Уклонение от уплаты налогов организацией

Судья фио Дело №10-1963/2026 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ адрес 5 февраля 2026 года Московский городской суд в составе: председательствующего судьи ФИО5, при помощнике судьи ФИО4, с участием: прокурора фио, осужденного ФИО1, защитника – адвоката ФИО3, рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя ФИО6, апелляционной жалобе защитника – адвоката ФИО3 на приговор Перовского районного суда адрес от 6 октября 2025 года, которым ФИО1, паспортные данные, гражданин Российской Федерации, несудимый, осужден по п.«б» ч.2 ст.199 УК РФ к 2 годам лишения свободы, с заменой на основании ст.53.1 УК РФ принудительными работами на срок 2 года, с удержанием 10% из заработной платы в доход государства, перечисляемых на счет соответствующего территориального органа уголовно-исполнительной системы. Срок отбывания наказания исчислен со дня прибытия осужденного в исправительный центр. Мера пресечения осужденному в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу. Постановлено взыскать с ООО «организация изъята» в доход Российской Федерации денежные средства в размере сумма в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением. Решена судьба вещественных доказательств и разрешен вопрос о наложенном аресте на имущество. Заслушав доклад судьи ФИО5, выступления осужденного ФИО1, защитника – адвоката ФИО3, поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора фио, полагавшей приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции у с т а н о в и л : по приговору суда ФИО1 признан виновным в совершении уклонения от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, в особо крупном размере. Преступление осужденным совершено в адрес, в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. В апелляционном представлении государственный обвинитель ФИО6, не оспаривая правильность квалификации содеянного ФИО1 и доказанности его вины, указывает о том, что в описательно-мотивировочной части приговора суд ошибочно сослался на то, что наказание назначается подсудимому фио, тем самым допустил техническую ошибку. Просит приговор суда изменить, в описательно-мотивировочной части приговора указать, что наказание назначается ФИО1, в остальной части приговор суда оставить без изменения. В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник – адвокат фио выражает несогласие с приговором суда, который считает незаконным, необоснованным, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом; приговор вынесен при существенном нарушении уголовно-процессуального закона, неправильном применении уголовного закона. Указывает о том, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований ст.220 УПК РФ, что исключало возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основании данного заключения. Отмечает, что с уголовным делом, возбужденным 19.03.2023 по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.199 УК РФ, в отношении неустановленных лиц, в одно производство соединено уголовное дело, незаконно возбужденное 21.11.2022 по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.199 УК РФ, в отношении ФИО1 ввиду истечения сроков давности уголовного преследования. По мнению автора жалобы, поскольку обвинение ФИО1 в рамках соединенного уголовного дела охватывает и период по незаконно возбужденному уголовному делу, то объем данного обвинения также является незаконным, в связи с чем ФИО1 был вынужден защищаться от незаконного обвинения и его право на защиту было нарушено. Считает, что в суде первой инстанции не нашло своего подтверждения предъявленное ФИО1 обвинение по п.«б» ч.2 ст.199 УК РФ. Так, не был доказан прямой умысел ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления. Ссылаясь и анализируя показания свидетелей, приведенных в приговоре, приходит к выводу, что ни один свидетель обвинения не свидетельствует об умышленном совершении ФИО1 инкриминируемого преступления. Считает, что ряд доказательств, на которые ссылается автор жалобы, а именно: показания фио, протокол выемки от 04.04.2023, протокол осмотра предметов от 09.04.2023, вещественные доказательства, должны быть исключены из числа доказательств обвинения, так как получены в ходе предварительного следствия по незаконно возбужденному уголовному делу. Кроме того, исключено из числа доказательств должно быть заключение эксперта, поскольку один из экспертов, а именно фио не был предупрежден об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, также следует исключить показания эксперта Афанасьева, поскольку его допрос в суде произведен до оглашения заключения эксперта. Отмечает, что в связи с тем, что в ходе следствия не были допрошены учредители ООО «организация изъята» фио, фио, осуществлявшие управление финансами компании и взаимодействовавшие с контрагентами, поэтому суд был лишен возможности дать оценку их роли в исследуемых событиях, равно как и роли ФИО1 Полагает, что без возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, возможность вынесения приговора или иного решения исключается, иначе результатом судебного разбирательства уголовного дела должен быть оправдательный приговор. Кроме того, обращает внимание суда на несправедливость приговора, на то, что суд формально сослался в приговоре на отсутствие оснований для назначения ФИО1 наказания с применением ст.ст.64,73 УК РФ, фактически не мотивировал данное решение. Вместе с тем, совокупность установленных судом смягчающих обстоятельств существенно уменьшает степень общественной опасности инкриминируемого его подзащитному преступления. Полагает, что назначенное осужденному ФИО1, являющемуся единственным кормильцем для своей супруги и троих малолетних детей, а также страдающим тяжелыми заболеваниями родителей – пенсионеров и матери супруги – инвалида, наказание в виде принудительных работ является чрезмерно суровым, не соответствующим фактическим обстоятельствам содеянного, положительным данным о личности осужденного. Просит приговор суда отменить и возвратить уголовное дело прокурору. Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в апелляционных представлении, жалобе, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. Вопреки доводам жалобы выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре, в том числе: показаниями свидетеля фио, из которых следует, что в отношении ООО «организация изъята» проведена выездная налоговая проверка по всем налогам и сборам за период с 01.01.2017 по 31.12.2019, за исключением налога на добавочную стоимость с 01.07.2017 по 30.09.2017. В проверяемый период генеральным директором являлся ФИО1 Основной вид деятельности компании: оказание услуг в области добычи нефти и природного марка автомобиля. Основным заказчиком Общества является ООО «организация изъята». Исходя из анализа деятельности организации на основании имеющихся документов, отчетности, анализа банковских выписок, анализа книг покупок ООО «организация изъята» поставщиками являлись: ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», которые необходимой лицензии не обладали. В отношении ООО «организация изъята» установлено, что ⁠сотрудники данной компании также получали заработную плату в ООО «организация изъята»; ООО «организация изъята» являлся единственным заказчиком ООО «организация изъята»;⁠ ⁠установлена минимальная численность сотрудников в анализируемом периоде; основной вид деятельности ООО «организация изъята» не соответствует характеру заключенных сделок на выполнение услуг с ООО «организация изъята». По компании ООО «организация изъята» установлено, что между ООО «организация изъята» (исполнитель) и ООО «организация изъята» (соисполнитель) заключен ряд договоров, в нарушение условий первоначального договора, на оказание услуг по анализу и обработке данных (без выезда на объекты). Также установлено ⁠пересечение сотрудников ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята»; генеральный директор ООО «организация изъята» являлся доверенным лицом ООО «организация изъята» и получал заработную плату в ООО «организация изъята», также установлено совпадение IР-адресов при сдаче налоговой отчетности ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята»; ООО «организация изъята» являлось единственном покупателем у ООО «организация изъята». При проведении осмотра в арендуемом помещении обнаружены и изъяты первичные учетные документы, договоры, уставные документы по взаимоотношениям ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята». В отношении аффилированного лица ООО «организация изъята» установлено ⁠пересечение сотрудников ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята»; ООО «организация изъята» не обладало сертификатами для проведения работ/услуг, оказываемых якобы для ООО «организация изъята»; ⁠генеральный директор ООО «организация изъята» фио также являлся генеральным директором ООО «организация изъята»; ООО «организация изъята» совершало минимальные налоговые платежи в 2017-2019 гг.; ⁠согласно данным федерального информационного ресурса транспортные средства, имущества у ООО «организация изъята» отсутствуют; ⁠ООО «организация изъята» не осуществляло платежи с расчетного счета, подтверждающие реальность ведения финансово-хозяйственной деятельности. В отношении компании ООО «организация изъята» установлено, что основной вид деятельности компании - утилизация отсортированных материалов. При этом денежные средства от ООО «организация изъята» не поступали на расчетный счет ООО «организация изъята», данная компания предоставила в налоговый орган нулевые декларации по НДС, не исчислив и не уплатив НДС в бюджет по реализации в адрес ООО «организация изъята». В отношении компании ООО «организация изъята» установлено, что между ООО «организация изъята» (исполнитель) и ООО «организация изъята» (соисполнитель) заключен ряд договоров, в нарушение условий первоначального договора, на оказание услуг по анализу и обработке данных результатов диагностических исследований. ООО «организация изъята» денежные средства от ООО «организация изъята» не поступали; ООО «организация изъята» предоставило в налоговый орган декларацию по НДС за адрес 2019г., не отразив в декларации по НДС реализацию в адрес ООО «организация изъята», не исполнило корреспондентские обязательства по уплате НДС, в связи с этим установлено несоответствие сумм НДС, заявленных к вычету у ООО «организация изъята». В части взаимоотношений с ООО «организация изъята» установлено, что между ООО «организация изъята» (исполнитель) и ООО «организация изъята» (соисполнитель) заключен ряд договоров, в нарушение условий первоначального договора, на оказание услуг; денежные средства от ООО «организация изъята» не поступали на расчетный счет ООО «организация изъята», следовательно, оказания услуг произведено не было; ⁠ООО «организация изъята» предоставило в налоговый орган декларацию по НДС за адрес 2019г., адрес 2019г., не исчислив и не уплатив НДС в бюджет по реализации в адрес ООО «организация изъята»; ⁠движение денежных средств между ООО «организация изъята» и контрагентами второго и третьего звеньев, назначение платежа при перечислении денежных средств не соответствует назначению платежа и предмету договоров, между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята». Таким образом, в нарушение п.1 ст. 54.1 НК РФ, пп. 3 п. 1 статьи 23, п. 2 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ ООО «организация изъята» неправомерно учло в составе налоговых вычетов суммы НДС по взаимоотношениям с вышеуказанными организациями в размере сумма за адрес 2017 года, адрес 2017 года; адрес 2018 года, адрес 2018 года, адрес 2018 года; адрес 2019 года, адрес 2019 года, адрес 2019 года, адрес 2019 года. Сумма штрафов составила сумма; сумма пени сумма; показаниями свидетеля фио, согласно которым в проверяемом периоде обязанности генерального директора исполнял ФИО1, он же являлся бенефициарным владельцем ООО «организация изъята». В ходе выездной налоговой проверки выявлено привлечение подконтрольных/аффилированных организаций: ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», для выполнения услуг по анализу и обработке данных диагностических обследований, с целью создания фиктивного документооборота для включения вычетов в декларации по НДС. Установлено совпадение ТР-адресов между ООО «организация изъята» и его контрагентами ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята». Сотрудники ООО «организация изъята» получали доходы в ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята». Выявлена финансовая зависимость между ООО «организация изъята» и указанными организациями. Мероприятиями налогового контроля установлено, что услуги, указанные в договорах между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», не могли быть оказаны. Анализ банковских выписок показал снятие наличных денежных средств через корпоративные карты контрагентов последующих звеньев, а также переводы физическим лицам за якобы выполненные ремонтно-отделочные работы; показаниями, свидетеля фио, из которых усматривается, что в апреле 2019 года устроился в ООО «организация изъята» заместителем генерального директора. У организации имелись различные приборы для проведения диагностических работ, в офисе у ООО «организация изъята» один из кабинетов был оборудован под складское помещение, где хранились данные приборы, необходимые для осуществления основного вида деятельности. Каждый раз при выезде на объекты бригада под контролем начальника лаборатории получала данное оборудование; показаниями свидетеля фио, согласно которым с марта по октябрь 2018 года она осуществляла трудовую деятельность в ООО «организация изъята», состояла в должности оператора базы данных. Основной вид деятельности ООО «организация изъята» - грузоперевозки. Генеральным директором являлся фио При выполнении ею должностных обязанностей компания никогда и ни для кого не выполняла работы по обработке и анализу результатов диагностических обследований, в офисе компании никогда не находилось какое-либо оборудование, никто из сотрудников не приезжал в офис с целью предоставления отчета о предоставлении услуг; показаниями свидетеля фио, согласно которым в период с 2010 года она состояла в должности главного бухгалтера ООО «организация изъята». Штат ООО «организация изъята» составлял не более 50 сотрудников, которые были трудоустроены официально. Все работы (услуги) выполнялись силами ООО «организация изъята» с привлечением субподрядных компаний. В офисе ООО «организация изъята» находилось оборудование для выполнения работ, все сотрудники обладали профессиональными навыками для выполнения своих должностных обязанностей. Основными заказчиками были ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята». Вся первичная документация поступала ей от ФИО1, документооборот между компаниями осуществлялся в строгом соответствии с действующим законодательством. ФИО1 представлял интересы компании, подписывал первичные документы, и давал управленческие указания по деятельности ООО «организация изъята». ФИО1 являлся единоличным исполнительным органом ООО «организация изъята», который в соответствии с законодательством осуществлял персональную ответственность по ведению финансово-хозяйственной деятельности ООО «организация изъята». Компании ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» ей неизвестны; показаниями свидетеля фио, согласно которым примерно с марта 2017 года по 2019 год он осуществлял трудовую деятельность в ООО «организация изъята», состоял в должности заместителя главного инженера, в его обязанности входило: организация работ производственной части, а именно получение допусков на объекты газотранспортной системы, получение готовности, техническое диагностирование, координация работ. Генеральным директором ООО «организация изъята» являлся ФИО1 Руководство финансово-хозяйственной деятельностью занимался ФИО1 Его (фио) работа состояла в следующем: ООО «организация изъята» заключал договор (в основном) с генподрядчиком ООО «организация изъята» на выполнение работ по техническому диагностированию и экспертизе промышленной безопасности. Данные работы на объектах выполняли только сотрудники ООО «организация изъята», других работников для выполнения задач ООО «организация изъята» не привлекало. Компании ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» ему неизвестны; показаниями свидетеля фио, согласно которым в январе 2017 г. он совместно с фио представил документы для учреждения ООО «организация изъята» в ИФНС России № 46 по адрес. При этом фактически он финансово-хозяйственную деятельность указанной компании не осуществлял, значился номинальным генеральным директором и учредителем. Никакие документы не подписывал, налоговую отчетность не сдавал. Примерно через 8-9 месяцев по указанию фио компания продана неизвестному мужчине; показаниями свидетеля фио, согласно которым в ООО «организация изъята» он работал по совместительству примерно с августа 2018 по октябрь 2018 года в должности эксперта. Руководителем Общества являлся генеральный директор ФИО1 Примерно в 2019 году из выписки пенсионного фонда РФ ему стало известно о том, что он был трудоустроен в ООО «организация изъята». При этом в вышеуказанный период каких-либо документов для трудоустройства в ООО «организация изъята» он не подписывал. Кроме того, виновность ФИО1 подтверждается письменными доказательствами: заключением эксперта согласно выводам которого: включение в состав налоговых вычетов недостоверных сведений о сделках с ООО «организация изъята» данные изъяты, ООО «организация изъята» данные изъяты, ООО «организация изъята» данные изъяты, ООО «организация изъята» данные изъяты, ООО «организация изъята» данные изъяты, ООО «организация изъята» данные изъяты, в разрезе каждой из организаций и налогового периода, привело к уменьшению суммы НДС, подлежащего исчислению к уплате в бюджет ООО «организация изъята» за период с 01.01.2017 по 31.12.2019, всего на общую сумму сумма; ответом МИ ФНС России по ЦОД от 13.08.2024, согласно которому представлены сведения о физических лицах – ФИО1, а также лицах, числившихся в штате и получателей дохода в следующих компаниях: ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята»; протоколом осмотра предметов от 17.08.2024, согласно которому CD-R диск (оптический носитель), поступивший из МИ ФНС России по ЦОД от 13.08.2024 осмотрен. В ходе анализа электронных носителей установлен факт миграции сотрудников ООО «организация изъята» и подконтрольных (аффилированных) компаний: ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята»; протоколом обыска, согласно которому в офисных помещениях, расположенных по адресу: адрес, изъяты предметы, документы и электронные носители в отношении ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», печать «Алькор-СКМ», системный блок; копией решения № 22-21/5092 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 26.07.2022 ООО «организация изъята», из которого следует, что в проверяемом периоде ООО «организация изъята» установлена аффилированность и согласованность действий между участниками схемы ООО «организация изъята» и подконтрольностью его контрагентов – технических компаний, а именно: основным видом деятельности ООО «организация изъята» является технические испытания, исследования, анализ и сертификация. Исходя из анализа деятельности организации на основании имеющихся документов, отчетности, анализа банковских выписок, анализа книг покупок ООО «организация изъята» поставщиками являлись: ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята». В ходе проверки установлено, что все вышеуказанные контрагенты не обладали квалификацией для исполнения взятых на себя обязательств, в том числе наличием у них финансовых ресурсов, оборудования и других материальных ресурсов, принадлежащих им на праве собственности или на ином законном основании, опыта работы, связанного с предметом договора, и деловой репутации, специалистов и иных работников определенного уровня квалификации (квалификация трудовых ресурсов (руководителей и ключевых специалистов), для оказания услуг). При этом установлено, что спорные контрагенты использованы ООО «организация изъята» исключительно для минимизации своих налоговых обязательств путем применения необоснованных налоговых вычетов; и другими доказательствами, приведенными в приговоре. Указанные и иные доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом. Все изложенные в приговоре доказательства суд в соответствии с требованиями ст.ст.87, 88 УПК РФ проверил, сопоставил их между собой и дал оценку с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности. Суд апелляционной инстанции соглашается с оценкой доказательств, данных судом первой инстанции. Каких-либо сведений о заинтересованности свидетелей в исходе дела, оснований для оговора осужденного, равно как и противоречий в показаниях свидетелей, ставящих их под сомнение, судом апелляционной инстанции не установлено. Требования закона при оглашении показаний свидетелей соблюдены. Вопреки доводам жалобы оснований для исключения показаний эксперта Афанасьева не имеется. Протоколы следственных действий составлены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, что подтверждается подписями участвующих лиц, и содержат сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, в связи с чем суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными в приговоре, дав надлежащую оценку. Заключение экспертов соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, выводы экспертов являются понятными, достоверными и обоснованными, экспертиза проведена экспертами, имеющими соответствующую квалификацию и стаж работы по экспертной специальности, которые были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, в том числе и эксперт фио, что следует из содержания данного заключения. Экспертиза проведена с соблюдением норм УПК РФ, оснований не доверять выводам экспертов у суда не имелось, в связи с чем суд обоснованно положил заключение экспертов в основу обвинительного приговора по делу. Оснований сомневаться в достоверности и допустимости заключения экспертов у суда апелляционной инстанции также не имеется, заключение было дано на основании постановления следователя, в производстве которого находилось уголовное дело и предоставленных в распоряжение экспертам необходимых материалов, совокупность которых ими расценена как достаточной для дачи заключения, которое полностью соответствует требованиям ст.204 УПК РФ. Вопреки доводам жалобы протокол выемки от 04.04.2023, а также показания свидетеля фио, оглашенные в ходе судебного разбирательства и подтвержденные указанным свидетелем, обоснованно судом положены в основу обвинительного приговора, поскольку получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона по возбужденному уголовному делу, при наличии повода и оснований, предусмотренных ст.140 УПК РФ. Протокол осмотра предметов от 09.04.2023, вещественные доказательства, на которые ссылается защитник, не приведены судом в приговоре в качестве доказательств и поэтому проверке не подлежат. Доводы жалобы о несогласии с оценкой доказательств по делу, данной судом, не свидетельствуют о наличии нарушений закона, которые могут повлечь отмену приговора, и направлены на переоценку доказательств, исследованных судом по правилам ст.ст.87, 88 УПК РФ. Тот факт, что эта оценка не совпадает с позицией осужденного и его защитника, не свидетельствует о нарушении судом требований ст.88 УПК РФ и не является основанием для отмены или изменения приговора. Выводы суда, изложенные в приговоре, основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, и соответствуют им, вследствие чего с доводами жалобы о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, суд апелляционной инстанции согласиться не может. Вопреки доводам жалобы, формулировок, которые бы действительно искажали правовое значение исследуемого деяния, имели взаимоисключающий смысл, либо влияли на существо выводов суда, в приговоре не допущено. При этом имеющиеся несоответствия номеров томов и листов дела, отраженных в приговоре, с фактически исследованными судом доказательствами не влияют на законность и обоснованность судебного решения и являются явной технической ошибкой. Отсутствие допросов учредителей ООО «организация изъята» фио, фио, на которые ссылается автор жалобы, суд апелляционной инстанции считает не влияет на законность и обоснованность приговора суда, поскольку, принимая решение о виновности ФИО1 в инкриминируемом ему деянии, суд исходил из достаточности совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, которые подтверждают вину осужденного в совершенном им преступлении. Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами жалобы об отсутствии у ФИО1 умысла на уклонение от уплаты налогов, поскольку, оценив совокупность всех исследованных по делу доказательств и правильно установив фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции с достаточной полнотой мотивировал свои выводы об умышленных действиях ФИО1, связанных с уклонением от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией ООО «организация изъята», путем включения в налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость за налоговые периоды 2,3,адрес 2017 года; 2,3,адрес 2018 года; 1,2,3,адрес 2019 года заведомо ложных сведений о суммах налоговых вычетов, суммах налога на добавленную стоимость, подлежащих уплате в бюджет, тем самым совершил уклонение от уплаты налога на добавленную стоимость ООО «организация изъята» на общую сумму сумма, то есть в особо крупном размере. Доводы защитника о невиновности ФИО1 опровергаются вышеприведенными, а также изложенными в приговоре доказательствами, в том числе показаниями свидетелей, которые осуществляли непосредственную трудовую деятельность в ООО «организация изъята», подтвердившие выполнение всех технических работ компанией своими средствами, с использованием своего оборудования, без привлечения сторонних работников, при этом некоторые работники зачислялись в иные компании, что подтверждает аффилированность этих компаний, отсутствие у них какого-либо фактического вида деятельности. Исследовав и оценив доказательства в их совокупности, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, пришел к верному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления и правильно квалифицировал его действия по п.«б» ч.2 ст.199 УК РФ. Органами следствия при производстве предварительного расследования и судом при рассмотрении дела каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, допущено не было. Как видно из материалов уголовного дела, судебное следствие проведено судом объективно, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, судом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, были приняты все предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон. Ходатайства, заявленные в судебном заседании, в том числе стороной защиты, разрешены судом согласно ст.271 УПК РФ, право на защиту осужденного как в ходе предварительного следствия, так и судебного разбирательства не нарушено. Обвинительное заключение составлено в соответствии со ст.220 УПК РФ и оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ не имеется. Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами апелляционного представления, считает, что суд допустил явную техническую ошибку, сославшись в описательно-мотивировочной части приговора при назначении наказания на фамилию и инициалы «ФИО7», и полагает необходимым приговор суда изменить, уточнив в описательно-мотивировочной части приговора, что наказание судом назначается ФИО1 Наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденного, смягчающих обстоятельств, а именно: то, что он ранее не судим, положительно характеризуется, вину признал частично и в содеянном раскаялся, оказание материальной и иной помощи своим близким родственникам, состояние здоровья осужденного и его близких родственников, наличие малолетних детей, наличие грамот и участие в благотворительной деятельности. Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено. В суд апелляционной инстанции представлены дополнительные сведения о личности осужденного, характеризующие его положительно, а именно: благодарственные письма за оказанную помощь воинским формированиям, принимающим участие в специальной военной операции, а также о состоянии здоровья самого осужденного и его малолетнего ребенка. Суд апелляционной инстанции, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления средней тяжести, положительные данные о личности осужденного, в том числе и дополнительно представленные в суд второй инстанции, а также совокупность смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, полагает возможным смягчить ФИО1 наказания путем назначения наименее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией п.«б» ч.2 ст.199 УК РФ, в виде штрафа, при установлении размера которого судом апелляционной инстанции учитывается тяжесть совершенного преступления и имущественное положение осужденного и его семьи, возможность получения осужденным заработной платы или иного дохода. Выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст.64 УК РФ мотивирован судом первой инстанции, суд апелляционной инстанции также не усматривает оснований для применения указанных норм закона. Гражданский иск прокурора судом рассмотрен правильно. Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым отменить приговор в части разрешения вопроса о сохранении наложенного ареста на денежные средства, принадлежащие ООО «организация изъята», направив уголовное дело в этой части на новое судебное рассмотрение в порядке ст.ст.397,399 УПК РФ, поскольку, сохранив арест, наложенный на имущество ООО «организация изъята», в обеспечение исполнения гражданского иска, согласно которому с ООО «организация изъята» в доход Российской Федерации взысканы денежные средства в счет возмещения ущерба, причиненного в результате преступления, суд не мотивировал свое решение в этой части. Более того, приняв решение о сохранении ареста, наложенного на имущество ООО «организация изъята», суд не принял во внимание, что сроки наложения ареста на имущество истекли и по ходатайству государственного обвинителя о наложении ареста на имущество ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» суд 23 сентября 2025 года вынес постановление о наложении ареста до 23 декабря 2025 года только на имущество и денежные средства, принадлежащие ООО «организация изъята». С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает иных оснований для отмены либо изменения приговора суда. На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции п о с т а н о в и л : приговор Перовского районного суда адрес от 6 октября 2025 года в отношении ФИО1 отменить в части разрешения вопроса о сохранении ареста, наложенного на денежные средства, принадлежащие ООО «организация изъята», направив уголовное дело в этой части на новое судебное рассмотрение в порядке ст.ст.397, 399 УПК РФ. Этот же приговор в отношении ФИО1 изменить: уточнить в описательно-мотивировочной части приговора, что судом наказание назначается ФИО1; смягчить назначенное ФИО1 по п.«б» ч.2 ст.199 УК РФ наказание, назначив ему штраф в размере сумма. В остальном приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, апелляционное представление удовлетворить. Настоящее апелляционное постановление может быть обжаловано в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ во Второй кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, в случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. Председательствующий: