Оспаривание решения налогового органа о доначислении налогов

ПОСТАНОВЛЕНИЕ Дело № А41-33917/2022 28 апреля 2025 года г. Москва Резолютивная часть постановления объявлена 14 апреля 2025 года Полный текст постановления изготовлен 28 апреля 2025 года Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего – судьи ФИО41 судей ФИО37, ФИО39, при участии в заседании: от заявителя: ФИО1, доверенность от 15.11.2024; от заинтересованного лица: ФИО2, доверенность от 20.01.2025; ФИО3, доверенность от 17.03.2025; рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ООО «организация изъята» на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2024 по делу по заявлению ООО «организация изъята» к Межрайонной ИФНС России №3 по Московской области о признании недействительным решения от 30.08.2021 №2323, УСТАНОВИЛ: ООО «организация изъята» (далее – заявитель, налогоплательщик, общество) обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением к Межрайонной ИФНС России №3 по Московской области (далее – заинтересованное лицо, налоговый орган, инспекция) о признании недействительным решения от 30.08.2021 №2323. Решением Арбитражного суда Московской области от 03.07.2024 заявленные требования удовлетворены частично, решение Межрайонной ИФНС России №3 по Московской области от 30.08.2021 №2323 признано недействительным в части доначислений по налогу на прибыль организаций в размере, превышающем 43 808 830,52 руб., по НДС в размере, превышающем 10 952 207,6 руб., штрафа в размере 48 991 937 руб., а также соответствующих сумм пени, начисленных на указанные суммы. В удовлетворении остальной части заявления отказано. Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2025 решение Арбитражного суда Московской области от 03.07.2024 отменено, в удовлетворении заявления отказано. Не согласившись с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом, ООО «организация изъята» обратилось с кассационной жалобой, просит отменить постановление суда апелляционной инстанции и оставить в силе решение суда первой инстанции. В обоснование кассационной жалобы заявитель указал на нарушение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте суда апелляционной инстанции, не соответствуют обстоятельствам дела. До рассмотрения кассационной жалобы по существу ООО «организация изъята» заявило ходатайство об утверждении мирового соглашения, представило текст мирового соглашения. Представитель заинтересованного лица ходатайство об утверждении мирового соглашения не поддержал, просил обжалуемый судебный акт суда апелляционной инстанции оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения. Отзыв на кассационную жалобу приобщен судебной коллегией в материалы дела. Обсудив заявленные доводы, заслушав доводы лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность принятых по делу судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к выводу, что обжалуемый судебный акт суда апелляционной инстанции подлежит оставлению без изменения, а кассационная жалоба – без удовлетворения по следующим основаниям. Как установлено судами и следует из материалов дела, Инспекцией на основании решения от 06.05.2019 № 2 совместно с Межрайонной ИФНС России № 8 по Московской области, а также с сотрудниками правоохранительных органов проведена выездная налоговая проверка за период с 01.01.2016 по 31.12.2018 по всем налогам и сборам. По результатам проверки составлен акт от 03.07.2020 № 2207, дополнение к акту от 12.11.2020 № 7 и, с учетом письменных возражений налогоплательщика от 13.08.2020 № 297 (вх. 25597 от 19.08.2020) и от от 09.12.2020 № 09/12 (вх. 41273 от 10.12.2020), а также от 14.12.2020 14/12 (вх. 41612 от 14.12.2020), от 25.01.2021 № 2 (вх. 01743 от 26.01.2021), принято оспариваемое решение от 30.08.2021 № 2323 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. В соответствии с оспариваемым решением заявителю доначислены суммы НДС за 3, 4 кварталы 2016 года, за 2, 3, 4 кварталы 2017 года, за 1, 2, 3, 4 кварталы 2018 года в общей сумме 365 658 201 руб., начислены пени, за неполную уплату НДС в общей сумме 157 782 736,74 руб., налогоплательщик привлечен к ответственности, предусмотренный п. 3 ст. 122 НК РФ в размере 48 991 937 руб., установлено неправомерное списание в расходы сумм, уменьшающих налогооблагаемую базу по налогу на прибыль организаций в общем сумме 1 914 752 653 руб. и, как следствие, завышение убытка за 2017 и 2018 годы в размере 905 016 472 руб. Основанием для доначисления спорных сумм послужили выводы Инспекции о нарушении ООО «организация изъята» положений пунктов 1, 2 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) по взаимоотношениям с ООО «организация изъята» ИНН , ООО «организация изъята» ИНН , ООО «организация изъята» ИНН . Не согласившись с выводами Инспекции, ООО «организация изъята» обратилось с жалобой на решение от 30.08.2021 № 2323 в вышестоящий налоговый орган в порядке, установленном статьей 139 НК РФ. Решением Управления ФНС России по Московской области от 14.02.2022 № 07-12/009126@ решение Инспекции от 30.08.2021 № 2323 отменено в части излишнего уменьшения Инспекцией суммы убытка по налогу на прибыль организаций за 2018 год на 47 841 руб., в остальной части решение Инспекции оставлено без изменения, а жалоба налогоплательщика - без удовлетворения. На стадии рассмотрения дела в суде первой инстанции, поскольку у сторон имелись противоречия при определении действительной налоговой нагрузки общества, было заявлено ходатайство о назначении экспертизы. Определением Арбитражного суда Московской области от 06.04.2023 заявленное ходатайство было удовлетворено, производство экспертизы было поручено экспертам ООО «организация изъята» ФИО4, ФИО5 Согласно заключению эксперты дали следующие ответы на поставленные судом вопросы: Ответ на первый вопрос: «Объемы фактически выполненных строительно-монтажных работ в натуральном и стоимостном выражении различаются с объемами, указанным в первичной документации на 54 761 038,12 руб. с НДС. Итоговая стоимость выполненных работ, полученная в результате исследования Экспертами составляет 1 419 740 065,88 руб. с НДС. По мнению ООО «организация изъята»1 474 501 104,00 руб. с НДС». Ответ на второй вопрос: «Работы, фактически выполнялись: по договору подряда № БГ/ТГ-2017-4 от 12.04.2017 (ООО «организация изъята») с 12.04.2017 по 25.09.2017; по договору подряда №АТ-ТГ-2018 от 09.01.2018 (ООО «организация изъята») с 09.01.2018 по 29.03.2018; по договору подряда №АТ-ТГ-2018-04 от 03.04.2018 (ООО «организация изъята») с 03.04.2018 по 22.06.2018; по договору подряда №АТ-ТГ-05 от 04.05.2018 (ООО «организация изъята») с 04.05.2018 по 02.07.2018; по договору подряда №АТ-ТГ-2018-06 от 01.10.2018 (ООО «организация изъята») с 01.10.2018 по 28.12.2018». Ответ на третий вопрос: «Работы фактически выполнялись ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята». Принимая во внимание выводы судебной экспертизы, суд первой удовлетворил требования в части, признав недействительным решение Межрайонной ИФНС России №3 по Московской области от 30.08.2021 №2323 в части доначислений по налогу на прибыль организаций в размере, превышающем 43 808 830,52 руб., по НДС в размере, превышающем 10 952207,6 руб., штрафа в размере 48 991 937 руб., а также соответствующие суммы пени, начисленные на указанные суммы задолженности. Суд первой инстанции пришел к выводу, что в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации налоговый орган не представил надлежащих и допустимых доказательств участия общества в создании контрагентов для целей получения необоснованной налоговой выгоды. Также суд первой инстанции указал на отсутствие доказательств того, что взаимоотношения и условия сделок между обществом и рассматриваемыми контрагентами выходили за пределы обычной хозяйственной деятельности. Суд первой инстанции пришел к выводу, что в рассматриваемом случае налоговый орган не только не доказал обстоятельств, свидетельствующих о взаимозависимости, подконтрольности и согласованности действий между заявителем и спорными контрагентами, но и не установил условий сделок, которые могли привести к получению необоснованной налоговой выгоды, в связи с чем обстоятельств, предусмотренных статьей 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации, и препятствующих применению налоговых вычетов и учету затрат в отношении хозяйственной деятельности общества в проверяемый период не имелось. Конкретных фактов, свидетельствующих о согласованности действий заявителя контрагентов, предопределенности движения денежных и товарных потоков, совершении иных действий, направленных на создание искусственного документооборота и получение налоговой экономии, в ходе проверки не выявлено. Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции, пришел к выводу, что заключение эксперта не опровергает выводов налогового органа по результатам налоговой проверки о нереальности операций, заявленных по взаимоотношениям со спорными контрагентами. Учитывая установленные обстоятельства умышленных действий налогоплательщика, а также отсутствие в материалах дела доказательств наличии смягчающего ответственность обстоятельства, суд апелляционной инстанции посчитал необоснованным и неправомерным освобождение налогоплательщика от ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного п.3 ст. 122 НК РФ. Суд апелляционной инстанции по результатам исследования установленных по делу обстоятельств пришел к выводу, что экспертом взяты за основу объемы работ, указанные в первичной документации, составленной от имени спорных контрагентов, что противоречит целям и задачам назначения данной судебной экспертизы, поскольку во взаимосвязи с положениями статей 65, 71 АПК РФ, оценка имеющихся в материалах судебного дела первичных документов (доказательств), относится к полномочиям суда, а не эксперта в рамках статьи 82 АПК РФ. Заключение судебной строительно-технической экспертизы, принято судом первой инстанции без учета того обстоятельства, что положения пунктов 1 и 2 статьи 54.1 НК РФ в их нормативном единстве с положением подпункта 3 пункта 2 статьи 45 НК РФ, предусматривающим право налоговых органов изменять юридическую квалификацию сделок, совершенных налогоплательщиком, его статус и характер деятельности, устанавливают ряд критериев оценки операций, отраженных налогоплательщиками в целях налогообложения: а) реальность операции, то есть имела ли место операция в действительности и получено ли исполнение по сделке налогоплательщиком; б) исполнение обязательства надлежащим лицом; в) действительный экономический смысл хозяйственной операции, отсутствие искажения юридической квалификации операций, статуса и характера деятельности их сторон в целях налогообложения; г) наличие иной основной цели совершения налогоплательщиком операции, чем уменьшение налоговой обязанности (деловая цель). Согласно пункту 10 Письма ФНС России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@ налогоплательщиком в соответствии с требованиями подпункта 6 пункта 1 статьи 23, пункта 1 статьи 54 НК РФ должны быть представлены сведения и документы, позволяющие установить указанное лицо и параметры спорной операции. Поскольку соответствующие сведения, а также подтверждающие их документы, должны быть проверены и оценены в рамках соответствующих контрольных мероприятий, то их предоставление должно производиться налогоплательщиком в ходе налоговой проверки, при представлении возражений на акт проверки. При отсутствии в материалах настоящего судебного дела первичных документов, раскрывающих действительные и реальные параметры спорой операции по проведению ремонтных работ (в том числе о действительном подрядчике), заключение судебной экспертизы на основании документов с искаженными сведениями о реальном исполнителе сделки, противоречит нормам действующего налогового и процессуального законодательства. На основании изложенного, во взаимосвязи с положениями Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», суд апелляционной инстанции установил, что заключение строительно-технической экспертизы не опровергает выводы налогового органа и не подтверждает реальность спорных сделок в спорный период. В соответствии с абз. 3 п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 12 октября 2006 г. № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган. В связи с этим в п. 2 указанного Постановления Пленума ВАС РФ отмечается, что при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям, установленным ст. 162 АПК РФ, и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений ст. 71 АПК РФ. Как установлено судом апелляционной инстанции, заключение эксперта от 11.12.2023 № 37/12-23 основано на первичных документах, содержащих недостоверные сведения; направлено на сравнение стоимости строительно-монтажных работ (указанной в первичной документации за период 2016 – 2018 годы) с рыночной стоимостью с учетом действующих цен на материалы по сведениям интернет ресурсов по состоянию на 2023 год (на момент проведения экспертизы). Сравнение рыночных цен на период совершения сделок 2016 – 2018 годы экспертом не проводилось. В свою очередь, как обоснованно указано судом апелляционной инстанции, обстоятельства, подлежащие доказыванию по настоящему делу, связаны с реальностью выполнения работ в определенный временной промежуток времени, которые не исполнены лицами, являющимися сторонами договора, заключенного с налогоплательщиком, что не соответствует выводам суда первой инстанции, сделанным на основании заключения эксперта. В доказательство своих доводов о нереальности выполнения работ налоговым органом было приведено следующее: По ООО «организация изъята»: 1. Анализ первичных документов по взаимоотношениям со спорными контрагентами, показал, что строительно-монтажные работы от имени ООО «организация изъята» содержат условия о проведении капитального ремонта, а именно: монтаже перегородок, монтаже входного дверного полотна, стяжки и утеплении пола, шумоизоляции стен и пр. Налоговым органом в ходе проведения выездной налоговой поверки установлено, что в период с января 2012 года по июль 2013 года в рамках договора № Н-01 от 10.01.2012 генподрядчик ЗАО «организация изъята» выполнял для ОАО «организация изъята» строительно-монтажные, отделочные работы по монтажу инженерного оборудования, монтаж мебели в гостинице, включая мебель номерного фонда, мест общего пользования, служебных, технических и вспомогательных помещений, монтаж инвентаря, декоративных элементов по адресу: (включая помещения, впоследствии переданные в аренду обществу, в которых якобы проводились СМР контрагентом ООО «организация изъята»). При этом, согласно актам выполненных работ (КС-2), составленных от имени спорного контрагента ООО «организация изъята», сметная договорная стоимость составлена на уровне текущих (прогнозных) цен за январь 2000 года, что не могло быть актуальным в 2018 году. Данные факты свидетельствуют о комплексном проведении ремонтных и отделочных работ в период 2012-2013, а не заявленный период 2016-2018. 2. Инспекцией получены документы от Регионального Центра операционной поддержки г. Воронеж Банкa ВТБ (ПАО) по требованию №99/11856 от 10.04.2023 о предоставлении информации в отношении ОАО «организация изъята», истребованных с целью подтверждения сведений, представленных налогоплательщиком в ходе судебного процесса. Так, между ООО «организация изъята» и Банком ВТБ (ПАО) заключено кредитное соглашение от 18.02.2016 № 382 и договор об ипотеке нежилых помещений от 16.03.2016 № 3892-ДИ (далее – договор от 16.02.2016 № 3892-ДИ), согласно которым ОАО «организация изъята» с целью получения кредитных денежных средств передает банку в залог помещения, расположенные по адресу: . Из приложения № 1 к вышеназванному договору об ипотеке, из представленных банком документов следует, что в залог были переданы, в том числе спорные помещения (301, 302, 303, 304, 305, 306306а, 403, 404, 404а, 405, 406а, 407, 601, 606, 606а, 606б, 607а, 611б, 613, 614, 701, 703, 703а, 703б, 801, 802, 803, 803а, 804, 805, 806, 807, 901, 903а, 1001, 1002, 1003, 1003а, 1101, 1103, 1103а,1202). В соответствии с пунктом 2.2 договора от 16.02.2016 № 3892-ДИ рыночная стоимость переданных помещений установлена на основании отчета об оценке рыночной и ликвидационной стоимости установленных прав. Пунктом 3.3 договора от 16.02.2016 № 3892-ДИ определено, что собственнику допускается производить переоборудование/перепланировку помещений без предварительного письменного согласия банка, если переоборудование/перепланировка помещений не связана с изменением внешних границ, не носит капитальный характер, не затрагивает несущие или другие существенные конструктивные элементы. Также, согласно документам, полученным от страховой компании «Газпром страхование» по требованию от 21.03.2023 № 26-05/4807, во исполнение условий договора от 16.02.2016 № 3892-ДИ, ОАО «организация изъята» заключен договор страхования имущества с ООО «организация изъята» от 17.02.2017 № V07477-0004452, согласно которому (пункт 2.7) ОАО «организация изъята» либо субподрядчиками по его поручению могут проводиться некапитальные работы, а именно: строительно-монтажные и ремонтно-отделочные работы, при условии, что таковые не затрагивают несущие конструкции, по стоимости не превышают 12 874 840 руб., срок проведения работ не превышает 180 дней, а пусконаладочных работ – 5 дней. Также определено, что при проведении работ не могут быть ухудшены противопожарные меры безопасности. В приложениях к договору страхования от 17.02.2017 № V07477-0004452, а именно в заявлении по страхованию имущества, указано, что последний капитальный ремонт проводился в 2011 году. В ответ на требование № 99/11856 от 10.04.2023 также представлен отчет об оценке помещений, выполненных ООО «организация изъята» ИНН в феврале 2018 года № RU8789 по договору от 12.02.2018 №RU8789, заключенному с ОАО «организация изъята» ИНН . Как следует из отчета оценки рыночной стоимости нежилых помещений, принадлежащих ОАО «организация изъята», составленного 22.02.2018, в ходе проведения осмотра объектов оценки, в том числе спорных помещений, 13.02.2018 оценщик отметил, что небольшая часть апартаментов и резиденций находится на финальной стадии отделки (пуско-наладочные работы и меблировка). Как отмечено в отчете, заказчик не предоставил оценщику информацию о размере оставшихся затрат на полное завершение отделочных работ, но сообщил о том, что все работы планируется завершить в течение 1 месяца. Перечисленные обстоятельства свидетельствуют о невозможности выполнения капитальных работ, предусмотренных представленной ООО «организация изъята» первичной документации от имени ООО «организация изъята», поскольку таковая противоречит условиям договора об ипотеке от 16.02.2016 № 3892-ДИ и договора страхования от 17.02.2017 № V07477-0004452. Кроме того, согласно представленной Региональным Центром операционной поддержки г. Воронеж Банкa ВТБ (ПАО), ООО «организация изъята», в принципе, не могло заключать договоры с ООО «организация изъята» на выполнение работ № АТ-ТГ-2018/04 от 03.04.2018 на сумму 270 588 679,63 руб., в т. ч. НДС – 41 276 239,27 руб.; № АТ-ТГ-2018/05 на 04.05.2018 на сумму 288 773 488,01 руб., в т. ч. НДС – 44 050 193,10 руб.; № АТ-ТГ-2018/06 от 01.10.2018 на сумму 258 269 330,83 руб., в т. ч. НДС – 37 153 410,49 руб. Во-первых, проводимые ремонтные работы в феврале 2018 уже находились в финальной стадии отделки. Во-вторых, по договорам с ООО «организация изъята» стоимость строительно-монтажных работ по каждому объекту предельно превышала стоимость ремонта, определенную условиями договора страхования от 17.02.2017 № V07477-0004452 (12 874 840 руб.). При этом информации о нарушении условий договора страхования от 17.02.2017 № V07477-0004452 не представлено. Как установлено судом апелляционной инстанции, данные обстоятельства подтверждаются показаниями ФИО6 – зам.генерального директора ООО «организация изъята», который сообщил, что по состоянию на 03.05.2017 в помещениях, в том числе в апартаментах, ведется косметический ремонт (протокол допроса от 03.05.2017 № 10-22/00500@). В протоколе допроса от 30.03.2017 № 10-22/00236@ ФИО6 показал, что ремонт начался в 2016 году. При этом согласно представленным первичным документам, аренда помещений у ОАО «организация изъята» оформлена только с 29.12.2017, что свидетельствует о невозможности проведения ремонта от имени ООО «организация изъята», в том числе с участием привлеченных организаций, а также о фиктивности документооборота, представленного в налоговый орган и впоследствии в суд. В отношении ООО «организация изъята» установлены обстоятельства, позволяющие сделать вывод о нереальности выполнения работ силами ООО «организация изъята» по договорам подряда № АТ-ТГ-2018/01 от 09.01.2018, № АТ-ТГ-2018/04 от 03.04.2018, № АТ-ТГ-2018/05 от 04.05.2018, № АТ-ТГ-2018/06 от 01.10.2018, а также о формальном существовании организации, которая создана под контролем генерального директора ООО «организация изъята» - ФИО6 (сведения из протокола допроса ФИО7 от 30.10.2022). Как следует из материалов выездной налоговой проверки, ООО «организация изъята» указывает, что ООО «организация изъята» было привлечено с целью выполнения условий договоров с ОАО «организация изъята», согласно которым ООО «организация изъята» (арендатор) с собственником помещений ОАО «организация изъята» (арендодатель) заключены договоры аренды нежилых помещений для проведения в них комплекса ремонтных работ «под ключ» от 29.12.2017 № 1217 ДТ, от 01.04.2018 № 0418 ДТ, от 04.05.2018 № 0518 ДТ, от 01.10.2018 № 1018 ДТ, от 30.11.2018 № 1118 ДТ, от 01.03.2019 № 0319 ДТ. Инспекцией установлено несоответствие и противоречия в первичных документах по заявленным сделкам, а именно: 1) Предметы договоров ООО «организация изъята» с ООО «организация изъята» направлены на выполнение строительно-монтажных работ в виде капитального ремонта, а именно: монтаж перегородок, монтаж входного дверного полотна, стяжка и утепление пола, шумоизоляция стен и пр. При этом условия договоров ООО «организация изъята» с собственником помещений ОАО «организация изъята» предусматривают выполнение отделочных работ, работ по внутренней инженерии, поставке и монтаже встроенной мебели, техники, проведение пусконаладочных работ и пр. Налоговым органом установлено, что договоры от 01.03.2019 № 0319 ДТ и от 30.11.2018 № 1118 ДТ дублируют условия договоров от 01.04.2018 № 0418 ДТ и от 29.12.2017 № 1217 ДТ соответственно (заключены повторно), что свидетельствует об их мнимости. Договоры между ОАО «организация изъята» и ООО «организация изъята» не содержат условий о порядке компенсации за производимые ремонтные работы, что также свидетельствует о фиктивности сделок, а равно неправомерности учета расходов по произведенным ремонтным работам по смыслу положений статьи 252, пункта 1 статьи 256, статьи 260 НК РФ. Порядок учета затрат на модернизацию, реконструкцию, техническое перевооружение арендованного имущества зависит от того, возмещает ли собственник затраты на ремонт или нет. Данные выводы согласуются с позицией Минфина России, изложенной в Письме от 17.12.2015 № 03-07-11/74085. ООО «организация изъята» ссылалось на то, что закупило мебель для расстановки в апартаментах, которые принадлежат ОАО «организация изъята». Между тем, договоры с ОАО «организация изъята» оформлены только в 2018 году, а сделки по приобретению мебели оформлены в 2016 году. Данные обстоятельства свидетельствуют о фиктивности документооборота между участниками сделок. Собственником помещений (ОАО «организация изъята») не представлены первичные документы бухгалтерского учета, в том числе, инвентарные карточки спорных объектов основных средств (по помещениям 301, 302, 303, 304, 305, 306306а, 403, 404, 404а, 405, 406а, 407, 601, 606, 606а, 606б, 607а, 611б, 613, 614, 701, 703, 703а, 703б, 801, 802, 803, 803а, 804, 805, 806, 807, 901, 903а, 1001, 1002, 1003, 1003а, 1101, 1103, 1103а,1202), подтверждающие стоимость модернизации, объем выполненных ремонтных работ, а равно факт выполнения ремонтных работ силами ООО «организация изъята». Инвентарные карточки ОАО «организация изъята» представлены в отношении иных объектов (по помещениям 307, 308, 309, 310, 406а, 408, 409, 411, 512, 603, 604, 606а, 606в, 607, 608, 609, 611, 611а, 615, 902). При этом, информация о проведении ремонтных работ в инвентарных карточках отсутствует. В отношении помещения 606а выявлено, что по данным карточки ОС-6, представленной собственником, стоимость модернизации составила 47 тыс. руб., а по актам КС-2 стоимость СМР – 12 млн. руб. (без НДС), что, по мнению налогового органа, свидетельствует о формальном документообороте общества со спорным контрагентом. Иных сведений, позволяющих налоговому органу определить реальность выполнения ремонтных работ, а равно размер фактически понесенных затрат на проведение ремонтных работ, в ходе проведения выездной налоговой проверки, а равно в материалы дела, налогоплательщиком не представлено. В ходе проверки установлено, что 01.10.2018 ООО «организация изъята» заключен договор № ТГГ-10/18 субаренды спорных помещений с ООО «организация изъята» (за исключением двух (404а и 405). Согласно акту-приема передачи с ООО «организация изъята» помещения не требуют проведения каких-либо работ со стороны арендатора, все арендованные помещения находятся в состоянии пригодном к использованию (отремонтированы и оснащены мебелью). Кроме того, ряд помещений (606б, 607а, 801, 802, 803, 803а, 806, 903а), переданных по договору аренды с ОАО «организация изъята» от 01.10.2018 № 1018 ДТ, не могли быть отремонтированы спорным контрагентом, т.к. 01.10.2018 данные помещения уже были переданы ООО «организация изъята» в надлежащем состоянии и не требовали никакого ремонта. Ряд помещений (306а, 404а, 405) не могли быть отремонтированы спорным контрагентом по договору подряда от 01.10.2018 № АТ-ТГ-2018/06, т.к. 01.10.2018 данные помещения уже были переданы ООО «организация изъята» в надлежащем состоянии и не требовали никакого ремонта. Рабочая документация, представляемая ООО «организация изъята» в качестве исходных данных для проведения экспертизы, содержит сведения о составлении рабочих проектов в 2017 году ООО «организация изъята», привлеченным только в 2018 году, а также в 2016 году ООО «организация изъята». При этом договоры аренды с собственником помещений заключены только в 2018 году. Задолженность общества перед ООО «организация изъята» по договорам подряда в размере 838 млн. руб. (из 1 055 млн. руб.) не оплачена и не включена обществом в состав внереализационных доходов после исключения контрагента из ЕГРЮЛ в 2020 году. Помещения приняты ОАО «организация изъята» к бухгалтерскому учету незадолго до и в момент заключения договора аренды нежилых помещений от 01.04.2018, заключенных с ООО «организация изъята», о чем свидетельствуют представленные инвентарные карточки. Условиями договоров аренды, заключенных между ОАО «организация изъята» и ООО «организация изъята», не предусмотрены условия по передаче спорных объектов на баланс арендатора, а значит, начисление амортизации должно производиться у арендодателя (ОАО «организация изъята»). При этом в графе «сумма начисленной амортизации» в представленной ОАО «организация изъята» инвентарной карточке отсутствует информация о начислении амортизации в отношении спорных объектов. В разделе выбыл/передан отсутствует информация о передаче этих помещений в аренду, об изменении первоначальной стоимости, данные по ремонту не отражены. В рамках проведения дополнительных мероприятий налогового контроля проведены допросы свидетелей ФИО8 (протокол № 183 от 30.10.2020), ФИО9 (протокол № 135 от 03.11.2020), ФИО10 (протокол № 113 от 22.10.2020), ФИО11 (протокол б/н от 22.10.2020), ФИО12 (протокол № 508 от 29.10.2020), согласно которым свидетели – сотрудники ООО «организация изъята» подрядные работы для ООО «организация изъята» не выполняли. Допрошенный ФИО7, числившийся учредителем и руководителем ООО «организация изъята», сообщил (протокол допроса от 30.10.2020 б/н), что 01.11.2017 он был принят на работу в ООО «организация изъята» на должность водителя газели; бывший генеральный директор ООО «организация изъята» ФИО13 в связи со своим увольнением попросил его временно занять должность руководителя и учредителя и только после неоднократной беседы с юристом ФИО14 через 1,5 – 2 месяца он дал согласие на регистрационные действия. Денежные средства, поступившие на расчетный счет ООО «организация изъята» от ООО «организация изъята», с назначением платежа «оплата за выполненные СМР» выводились на счета индивидуальных предпринимателей. В ходе проверки установлено, что ЗАО «организация изъята» в период с января 2012 года по июль 2013 года выполняло для ОАО «организация изъята» строительно-монтажные, отделочные работы по монтажу инженерного оборудования, монтаж мебели в гостинице, включая мебель номерного фонда, мест общего пользования, служебных, технических вспомогательных помещений, монтаж инвентаря, декоративных элементов по адресу: . Перечисленные несоответствия и противоречия свидетельствуют о том, что сделки по ремонту спорных помещений носят формальный характер. По ООО «организация изъята» контрольными мероприятиями, проведенными в рамках проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля, установлены обстоятельства, свидетельствующие о нереальности выполнения работ силами ООО «организация изъята» по договору подряда № Б/ТГ-2017-4 от 12.04.2017, а именно: ООО «организация изъята» не располагало имуществом, среднесписочная численность за 2016 – 0 чел., за 2017 и 2018 - 4 чел., по юр. адресу не располагалось, величина вычетов за 2017-2018 годы составляет 99% (по цепочке контрагентов установлены «разрывы»), в 2019 году принято решение о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ. Руководитель ООО «организация изъята» ФИО15 сообщил (протокол допроса от 15.06.2018 № 386), что не помнит о проведенных строительно-монтажных работах для ООО «организация изъята», руководитель ООО «организация изъята» ФИО6 пояснил (протокол допроса от 05.12.2018), что ремонтные работы в 2017 году ООО «организация изъята» выполняло в местах общего пользования (холлах, коридорах, лестничных пролетах). Работы выполнялись в ночное время по окончании рабочего дня арендаторов. Однако, показания руководителя ООО «организация изъята» ФИО6 в протоколе допроса от 05.12.2018 о проведении работ в ночное время противоречат условиям договора с управляющей компанией (проведение работ возможно исключительно в период 8.00 до 9.30 и с 18.30 до 20.00). Кроме того, управляющей компанией ООО «организация изъята» представлен договор управления зданием № ТУ-7 от 24.12.2013 по адресу: , согласно которому управляющая компания за плату обязуется осуществлять управление зданием, включая оказание услуг (выполнение работ) по поддержанию в надлежащем состоянии и обслуживанию общего имущества, его текущему и капитальному ремонту, с указанием перечня обязательных работ (услуг), выполняемых (оказываемых) управляющей компанией. Указанный перечень включает в себя ежедневное, постоянное поддержание в работоспособном, качественном состоянии элементов и конструкций, относящихся к общему имуществу здания, в том числе: кровли здания, фасадов, полов, фальшполов, напольных покрытий, стен (стеновых покрытий), потолков, осветительных приборов, лестниц внутренних и на земельном участке, мебели в местах, являющихся общим имуществом и др. Таким образом, установлено, что выполнение ремонтных работ в местах общего пользования не входило в компетенцию ООО «организация изъята». Анализом инвентарных карточек учета объектов основных средств общества установлено, что в них не отражена информация о проведенных ремонтных работах; ООО «организация изъята» не исполняло обязательства по оплате в рамках договоров, заключенных с ООО «организация изъята», а кредиторская задолженность была погашена в 2020 году путем выдачи простого векселя, распоряжение которым ООО «организация изъята» не осуществило в своих интересах, а передало в залог ПАО «организация изъята» под обеспечение обязательств ООО «организация изъята» перед ПАО «организация изъята» по договору об открытии не возобновляемой кредитной линии. Таким образом, выгодоприобретателем по договорам, заключенным с ООО «организация изъята», является ООО «организация изъята»; заявителем в возражениях на акт и дополнение к акту указывалось, что ремонтные работы проводились в ночное время, после закрытия торгового центра и свидетели не могли наблюдать за процессом ремонтных работ. Инспекцией проведены допросы арендаторов помещений Торговой галереи «Модный Сезон» (ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21). Свидетели пояснили, что ремонтные работы в указанный период не проводились, изменения внутренней отделки помещений по сравнению с 1 кварталом 2017 года (отделка напольного покрытия, лестниц, плинтусов, стен, заменены ли светильники, двери, окна, сантехника) не появились. Полученные в ходе допросов сведения дополнительно подтвердили отсутствие реальных взаимоотношений ООО «организация изъята» с ООО «организация изъята». Согласно информации, поступившей из Следственного Управления по САО г. Москвы письмом от 14.02.2023 № 120-11-53/406 (вх.03739 от 16.02.2023) в соответствии с положениями статьи 82 НК РФ на основании запроса от 03.02.2023 № 04-18/02094, Приговором Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 27.12.2022 ФИО22 и ФИО23 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ. Расследованием установлено, что генеральный директор ООО «организация изъята» ИНН ФИО22, действуя в сговоре с ФИО23 и иными неустановленными лицами, совершили мошенничество, не выполнив обязательства по государственному контракту. Материалами налоговой проверки подтверждается, что ФИО22, являющийся сотрудником ООО «организация изъята», также является учредителем и руководителем ООО «организация изъята» ИНН . ФИО23 также являлся сотрудником ООО «организация изъята» ИНН и ООО «организация изъята». Кроме того, на момент оформления вексельных обязательств с ООО «организация изъята» (по переуступке права требования), в которой ФИО22 также получал доход, сведения о рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО22 уже были размещены в интернет-источниках, что подтверждается оспариваемым ненормативным актом. Следовательно, установлено, что ООО «организация изъята» умышленно использовало контрагента ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» с целью заявления необоснованных вычетов по НДС и уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль организаций, поскольку знало и должно было знать о недобросовестности контрагента, что подтверждается в том числе показаниями ФИО7, ФИО24 Представление обществом налоговому органу пакета необходимых документов для возмещения НДС из бюджета, а также признания расходов по налогу на прибыль организаций, не может являться безусловным доказательством наличия реальных хозяйственных операций без проверки достоверности сведений, содержащихся в указанных документах и не влечет автоматического предоставления права на применение налоговых вычетов по НДС и уменьшения налогооблагаемой базы по налогу на прибыль организаций. Оценивая действия ООО «организация изъята» с точки зрения добросовестности, налоговый орган при принятии оспариваемого решения от 30.08.2021 №2323 исходил из совокупности всех обстоятельств, их объективного указания на злоупотребление налогоплательщиком правом на применение налоговых вычетов и уменьшение расходов при исчислении налога на прибыль организаций. Налогоплательщику необходимо подтвердить не выполнение работ (поставку товаров, оказание услуг) как таковых, а выполнение работ (поставку товаров, оказание услуг) именно его контрагентом (контрагентами). Судом апелляционной инстанции установлено, что доказательств, свидетельствующих о принятии мер по установлению деловой репутации контрагентов, заявителем не представлено. Согласно определению Арбитражного суда Московской области от 06.04.2023 о назначении судебной строительно-технической экспертизы, по ходатайству ООО «организация изъята» экспертиза назначена с целью определения фактически выполненных объемов строительно-монтажных работ в проверяемый период, а именно: по ООО «организация изъята» - в 2017 году, по ООО «организация изъята» в 2018 году. В качестве исходных данных для проведения заявленной экспертизы ООО «организация изъята» была представлена проектная и рабочая исполнительная документация, а также первичные документы, представленные в налоговый орган во время выездной налоговой проверки (договоры подряда на проведение строительно-монтажных работ, заключенные с ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята», счета-фактуры, акты выполненных работ по форме КС-2 и КС-3). Вместе с тем, заключение судебной строительно-технической экспертизы, как обоснованно указано судом апелляционной инстанции, в том числе, по поставленным перед экспертным учреждением вопросам, является субъективным мнением специалистов в отсутствие каких-либо документарных и нормативных оснований и не может расцениваться как доказательство, опровергающее позицию налогового органа в оспариваемом решении от 30.08.2021 № 2323. Суд апелляционной инстанции, вопреки доводам кассационной жалобы, правомерно отметил, что предмет строительно-технической экспертизы и ее результат не соответствуют предмету настоящего спора, а равно перечню вопросов, подлежащих разрешению судом, в ходе рассмотрения заявления ООО «организация изъята» о признании недействительным решения от 30.08.2021 № 2323 о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения. Исходя из предмета судебной экспертизы, проведена именно экспертиза проектно-сметной документации, что само по себе не позволяет определить реальность выполненных работ, поскольку проектная документация подлежит экспертизе, как правило, в целях определения соответствия проектной документации договору (техническому заданию) и/или законодательству. В соответствии с положениями пункта 45 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» материалы, полученные в результате осуществления оперативно-розыскных мероприятий, соответствующие требованиям Федерального закона Российской Федерации от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», учитываются арбитражным судом в числе других доказательств при рассмотрении судебного дела. На основании материалов, полученных Инспекцией в рамках статьи 82 НК РФ на основании запроса от 14.02.2023 № 04-18/02852 по уголовному делу, возбужденному в отношении должностных лиц ООО «организация изъята» по признакам преступлений, предусмотренных подпунктами «а», «б», части 2 статьи 199, подпунктами «а», «б» части 2 статьи 199 Уголовного кодекса Российской Федерации Постановлением от 31.01.2022 по делу № данные изъяты, установлено следующее. Должностные лица ООО «организация изъята» ФИО25, ФИО26 Н, ФИО6 признали свою вину в совершении налогового правонарушения, что подтверждается их деятельным раскаянием и возмещением ущерба бюджету Российской Федерации в виде уплаты доначисленных выездной налоговой проверкой налогов, пени и штрафов. В этой связи, уголовное дело в отношении должностных лиц ООО «организация изъята» по признакам преступлений, предусмотренных подпунктами «а», «б», части 2 статьи 199, подпунктами «а», «б» части 2 статьи 199 Уголовного кодекса Российской Федерации прекращено Постановлением от 24.06.2022 по нереабилитирующим основаниям. Так, из протоколов допросов подозреваемых ФИО26 от 31.03.2022, ФИО25 от 13.05.2022, следует, что никаких управленческих функций они не осуществляли, фактическим руководителем являлся ФИО27, все процессы ведения предпринимательской деятельности осуществляла ФИО29. ФИО27 (протокол допроса от 08.04.2022) являлся единственным учредителем ООО «организация изъята» ИНН , которая занималась управлением комплексом зданий по адресу: . ФИО28 (протокол допроса от 12.04.2022) показала, что все вопросы по содержанию налоговых деклараций согласовывала с ФИО29, спорных контрагентов не знает. ФИО29 (протокол допроса от 06.04.2022) показала, что работала в должности финансового контролера в ООО «организация изъята», а также занимала должность генерального директора в ОАО «организация изъята» с 2019 года. Собеседование на принятие на работу в ООО «организация изъята» проводил ФИО27 Все действия по отражению показателей налоговых деклараций согласовывала с ФИО27 ФИО29 сообщила, что документы по взаимоотношениям с ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» приносил ФИО6 в период, когда он был уже генеральным директором организации (то есть с мая 2018 года). ООО «организация изъята», равно как и ОАО «организация изъята» во время выездной налоговой проверки не представило документы, подтверждающие проведение строительно-монтажных работ спорными контрагентами. Кроме того, учредителем ООО «организация изъята» до 2015 года являлось ОАО «организация изъята», а впоследствии ООО «организация изъята». Генеральным директором ООО «организация изъята» в период с 01.03.2016 по 18.11.2021 являлся ФИО24 ИНН , который также с 25.02.2016 занимал должность технического директора в ООО «организация изъята». Перечисленные обстоятельства свидетельствуют о нереальности поставки мебели и выполнения строительно-монтажных работ силами спорных контрагентов, а равно о фиктивности документооборота и о согласованности действий участников сделок ОАО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» и спорных контрагентов. В материалах судебного дела содержатся доказательства, подтверждающие комплексное проведение ремонтных и отделочных работ в период 2012-2013 силами ЗАО «организация изъята» «Лусине», а также доказательства, подтверждающие нереальность выполнения строительно-монтажных работ силами ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» в период 2016-2018 годов. Иных доказательств, в том числе, свидетельствующих о проведении каких-либо ремонтных работ силами самого налогоплательщика либо силами третьих лиц, в материалы судебного дела налогоплательщиком не представлено. В заключении эксперта от 11.12.2023 № 37/12-23 указано, что экспертами установлено, что часть работ (не указано какая именно часть и по каким именно работам – с ООО «организация изъята» или с ООО «организация изъята») представляет собой скрытые работы, результаты которых невозможно проконтролировать после проведения последующих работ в соответствии с технологией строительства, реконструкции, капитального ремонта. Между тем, в приложениях к договору страхования от 17.02.2017 № V07477-0004452, а именно в заявлении по страхованию имущества, указано, что последний капитальный ремонт проводился в 2011 году. В этой связи, как установлено судом апелляционной инстанции, скрытые работы не могли быть проведены в 2017 и в 2018 годах, поскольку это противоречит условиям договора об ипотеке от 16.02.2016 № 3892-ДИ и договора страхования от 17.02.2017 № V07477-0004452, оформленных собственником помещений ОАО «организация изъята». Данные обстоятельства подтверждаются материалами контрольных мероприятий, полученных в ходе выездной налоговой проверки. Судом апелляционной инстанции при повторном рассмотрении дела установлено, что строительно-монтажные работы и меблировка помещений произведена в рамках инвестиционного проекта воссоздания гостиницы «Москва» по адресу , утвержденному Постановлением Правительства г. Москвы от 29.04.2003 № 311-ПП. Для реализации инвестиционного проекта воссоздания гостиницы «Москва» принято решение создать ОАО «организация изъята». ОАО «организация изъята» (заказчик) заключен с ЗАО «организация изъята» договор строительного подряда от 10.01.2012 № Н-01 на проектные работы, строительно-монтажные, отделочные, пуско-наладочные иные работы, включая работы, включая работы по фасадам и крыше, монтажу инженерного оборудования, отделочные работы, монтаж мебели в гостинице, включая мебель номерного фонда, мест общего пользования, монтаж инвентаря, декоративных элементов. С 30.04.2012 по 31.12.2012 строительно-монтажные работы окончены и приняты ОАО «организация изъята», согласно данным справок КС-3. 30.04.2013 между ОАО «организация изъята» (покупатель) и ЗАО «организация изъята» (поставщик) заключен договор на поставку мебели и предметов интерьера. Поставка осуществлена в 4 квартале 2014. ОАО «организация изъята» товар принят к учету по счетам-фактурам, составленным ЗАО «организация изъята». Согласно банковским выпискам Мебель приобреталась у ЗАО «организация изъята» по договору купли-продажи от 25.06.2013 № ОП-77/13. Кроме того, ОАО «организация изъята» (Продавец) с ООО «организация изъята» заключен договор купли-продажи от 14.12.2012 № Г-9 существующего недвижимого имущества и недвижимого имущества, которое будет создано в будущем. По условиям приложения № 7 «описание движимых вещей» к данному договору купли-продажи следует, что апартаменты на 4 – 10 этажах здания (номера с 401 по 412, с 501 по 512, с 514 по 516, с 518 по 519, с 601 по 612, с 614 по 622, с 624 по 628, с 701 по 712, с 714 по 731, с 801 по 812, с 814 по 818, с 820 по 830, с 832 по 836, с 901 по 912, с 914 по 918, с 920 по 930, с 932 по 936, с 1001 по 1012, с 1014 по 1026, с 1028 по 1032) должны были быть оснащены: картинами, аксессуарами, оформленными окнами (тюлью), декоративными тканями (покрывалами, подушками, балдахинами), мягкой мебелью, мебелью, светильниками, зеркалами, каркасами кроватей и матрасами, зеркалами в ванных комнатах с встроенными ТВ. Однако, в целях подтверждения поставки мебели ООО «организация изъята» представлены договоры со следующими контрагентами: ООО «организация изъята» договор поставки от 26.09.2016 № 1; ООО «организация изъята» договор купли-продажи от 06.10.2016 № Б-ТГ/10; ООО «организация изъята» договор купли-продажи от 20.11.2017 № ТГ-АТ/20-11-17. В целях подтверждения покупки мрамора Bianko Carrara представлен договор купли-продажи с ООО «организация изъята» от 15.06.2017 № БТ-ТГ/1506. В целях подтверждения выполнения комплекса строительно-монтажных работ: строительных и отделочных работ, внутренней инженерии, монтажа оконечных устройств, проведения всех пусконаладочных работ представлены договоры с ООО «организация изъята»: договор подряда от 09.01.2018 № АТ-ТГ-2018/01; договор подряда от 03.04.2018 № АТ-ТГ-2018/04; договор подряда от 04.05.2018 № АТ-ТГ-2018/05; договор подряда от 01.10.2018 № АТ-ТГ-2018/06. В качестве обоснования вывода о нереальности сделки по поставке мебели контрагентом ООО «организация изъята» на сумму 277 138 096 руб. (в том числе НДС по ставке 18 процентов 42 275 303 руб.) материалы проверки содержат следующие доказательства. Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, ООО «организация изъята» зарегистрировано в качестве юридического лица 19.10.2015. В качестве основного вида деятельности заявлено строительство жилых и нежилых зданий (ОКВЭД 41.20). По результатам обхода территории установлено, что ООО «организация изъята» по адресу регистрации: , эт. 4, пом. 10, не располагается. Имущество, транспорт, земельные участки, основные средства, зарегистрированные на праве собственности за ООО «организация изъята», отсутствуют. Среднесписочная численность ООО «организация изъята» в 2016 году составляла 1 человек. По итогам анализа сведений информационного ресурса за 3 квартал 2016 года в отношении ООО «организация изъята» Инспекцией установлены расхождения вида «разрыв» на 4 – 9 звеньях, в связи с представлением контрагентами от ООО «организация изъята» по цепочке налоговых деклараций по НДС с нулевыми показателями либо не представления налоговых деклараций по данному налогу вовсе. Кроме того, организации, присутствующие в данной цепочке контрагентов, имеют признаки фирм – «однодневок». По итогам анализа банковских выписок данного контрагента Инспекцией установлено отсутствие перечислений денежных средств, связанных с приобретением спорного товара (мебели), а также отсутствие операций между ООО «организация изъята» и контрагентами первого звена по данным информационного ресурса АСК НДС-2 - ООО «организация изъята», ООО «организация изъята». Поступления денежных средств в адрес ООО «организация изъята» в 2016 году усматриваются от ООО «организация изъята» за материалы производственного назначения в сумме 9 027 620 руб., от ООО «организация изъята» за строительные материалы в сумме 100 000 911 руб., от ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» за строительные материалы на общую сумму 620 153 руб., которые в последующем перечисляются ООО «организация изъята» в адрес ООО «организация изъята» за аренду нежилых помещений, а также в адрес организаций, имеющих признаки фирм-«однодневок» - ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» за строительные материалы. В период 2016 - 2018 годов на расчетные счета ООО «организация изъята» не установлены перечисления денежных средств от ООО «организация изъята». При этом, налоговый орган, проанализировав документы, указал на невозможность идентификации мебели, приобретенной у ООО «организация изъята», в связи с тем, что в спецификации к договору от 26.09.2016 № 1 не указан производитель мебели. В результате осмотров ряда апартаментов (протоколы осмотров от 27.04.2017 б/н, от 19.06.2019 б/н) также выявлено отсутствие идентифицирующих данных на мебели; часть апартаментов осмотреть не удалось ввиду сдачи их в аренду физическим лицам; в ряде апартаментов установлена мебель сербской компании Enterijer Jankovic, при этом, по сведения ФИР «Таможня-Ф» спорный контрагент и его контрагенты по цепочке импорт мебели не осуществляли; на складе общества и территории паркинга установлено наличие мебели как новой, так и бывшей в употреблении. ООО «организация изъята» в подтверждение приобретения мебели представлен договор с ООО «организация изъята» от 01.07.2016 № МА-АГ-2016-р-07 и на перевозку мебели с ООО «организация изъята» от 08.07.2016 № 425, от 29.09.2016 № 594, и с ООО «организация изъята» по договорам от 15.07.2016 № 07-112623/2016, от 18.07.2016 № 07-112637/2016. Однако, как следует из договора ООО «организация изъята» с ООО «организация изъята» от 01.07.2016 № МА/АГ-2016-р-07, ООО «организация изъята» приобретает у ООО «организация изъята» строительные материалы (пункт 1.1 данного договора), однако, в счетах-фактурах, товарных и товарно-транспортных накладных, составленных в рамках данного договора, перечислена мебель: диваны, кресла, консоли, кухни и т. д. По итогам проведенных мероприятий налогового контроля, а также анализа сведений, содержащихся в информационных ресурсах, Инспекцией установлено, что ООО «организация изъята» имеет признаки сомнительного контрагента, а именно: отсутствие материальных и трудовых ресурсов, не представление документов по требованию налогового органа, не представление налоговой и бухгалтерской отчетности, по расчетным счетам прослеживается обналичивание денежных средств. Согласно ЕГРЮЛ, у ООО «организация изъята» не заявлены виды деятельности, связанные с производством и реализацией мебели. По расчетным счетам ООО «организация изъята» приобретение и реализация мебели не прослеживается. Оплата за мебель между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» отсутствует. Перевозчики мебели ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» также имеют признаки сомнительных контрагентов, а именно: отсутствие материальных и трудовых ресурсов, «массовые» руководители, исключены из ЕГРЮЛ в связи с непредставлением отчетности и наличием недостоверных сведений. По расчетным счетам оплата за услуги от ООО «организация изъята» в адрес ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» также отсутствует. Проанализировав товарно-транспортные накладные, Инспекцией установлено, что в качестве пункта погрузки указан адрес: , пункта разгрузки – адрес: . При этом, из сведений информационного ресурса установлено, что по адресу пункта погрузки зарегистрировано ООО «организация изъята», а также располагается складкой комплекс. Из пояснений ООО «организация изъята» от 21.05.2018 б/н следует, что им заключен 01.03.2014 договор о совместной деятельности по финансированию строительства и эксплуатации складского комплекса с ООО «организация изъята». ООО «организация изъята» заключило 01.10.2016 договоры аренды открытой площадки с арендаторами ООО «организация изъята», ООО «организация изъята». В связи с вводом в эксплуатацию складского комплекса 31.10.2016, ООО «организация изъята» заключены 01.11.2016 договоры аренды зданий и нежилых помещений с арендаторами: ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята». Таким образом, в июле 2016 года мебель не могла храниться и вывозится с вышеуказанного адреса пункта погрузки. Кроме того, собственниками ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» представлены пояснения, согласно которым в 2016-2018 годах с организациями: ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» в договорных отношениях не состояли. В ходе проведения дополнительных мероприятий налогового контроля Инспекцией допрошены и физические лица, указанные в товарно-транспортных накладных в качестве водителей, перевозивших мебель от ООО «организация изъята» в адрес ООО «организация изъята». Свидетели ФИО30, ФИО31, ФИО32 пояснили, что мебель для ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» не возили; организации ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» им не известны; работы и услуги в 2016 году для них не выполняли. Из справок 2-НДФЛ за 2016 год следует, что ФИО30 получал доход в ООО «организация изъята» г. Ижевск, ФИО33 – в ПОУ «Ухтинская автошкола ДОСААФ России» г. Ухта, ФИО31– в ООО «организация изъята» г. Воронеж, ФИО32 – в ФГБОУ ВО «Марийский государственный университет» г. Йошкар-Ола. В качестве доказательств нереальности сделок общества с ООО «организация изъята» по поставке мебели, мрамора, выполнению работ по благоустройству территории на общую сумму 903 273 393 руб. (в том числе НДС по ставке 18 процентов 137 787 467 руб.) в материалах проверки приведены следующие обстоятельства. Согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее по тексту – ЕГРЮЛ), ООО «организация изъята» зарегистрировано в качестве юридического лица 18.07.2014. В качестве основного вида деятельности заявлено строительство жилых и нежилых зданий (ОКВЭД 41.20). При этом, в ходе осмотра юридического адреса ООО «организация изъята» (протокол осмотра от 23.11.2018 № 758) установлено, что по адресу: , данная организация не располагается, а располагается производственное предприятие «Малахит»; вывески с названием ООО «организация изъята» отсутствуют. Имущество, транспорт, земельные участки, основные средства, зарегистрированные на праве собственности за ООО «организация изъята», отсутствуют. Среднесписочная численность ООО «организация изъята» в 2016 году составляла 0 человек, в 2017 году и 2018 году - 4 человека. В результате проведения анализа показателей налоговых деклараций по НДС за 2016, 2017 годы, представленных ООО «организация изъята» в налоговый орган по месту учета, усматривается сведение к минимуму контрагентом общества налоговой нагрузки посредством применения налоговых вычетов, удельный вес которых составил 99 процентов. По итогам анализа сведений информационного ресурса за 4 квартал 2016 год, за 1, 2, 3 кварталы 2017 года в отношении ООО «организация изъята» Инспекцией установлены расхождения вида «разрыв» на 5-7 звеньях. Допрошенный ФИО15, являющийся генеральным директором ООО «организация изъята» с 18.07.2014 по настоящее время, (протокол допроса от 15.06.2018 № 386) пояснил, что не помнит о проводимых поставках товара в адрес ООО «организация изъята». В свою очередь ФИО6, являвшийся в проверяемый период заместителем генерального директора ООО «организация изъята» и в период с 28.05.2018 по настоящее время генеральным директором данной организации, (протокол допроса от 03.05.2017 №10-22/00500) в ходе допроса также затруднился ответить, для каких целей закупались товары у ООО «организация изъята» в 4 квартале 2016 года и в 1 квартале 2017 года. Допрошенный ФИО25, являвшийся в период с 21.07.2017 по 28.05.2018 генеральным директором ООО «организация изъята», подписавшим договор купли-продажи от 15.06.2017 № БГ-ТГ/1506, затруднился ответить, что именно общество приобретало в 2017 году у контрагента ООО «организация изъята» (протокол допроса от 13.04.2017 б/н). Документы, подтверждающие приобретение мебели, мрамора, ООО «организация изъята» не представлены. Доставка приобретенной у ООО «организация изъята» мебели документально также не подтверждена ООО «организация изъята», товар не содержит идентифицирующих признаков, отсутствует информация о производителе, а в последующем часть мебели реализована контрагенту ООО «организация изъята» с убытком в связи с наличием дефектов, что подтверждается, по мнению налогоплательщика, проведенной экспертизой. Исследовав заключение эксперта, налоговый орган указывает на отсутствие возможности понять, о какой конкретно мебели идет речь; размер снижения рыночной стоимости мебели, в связи с выявленными дефектами, составляет 40 процентов, при этом, стоимость мебели, приобретённой у ООО «организация изъята», при реализации самим Обществом была снижена на 74 процента. Из анализа движения денежных средств по расчетным счетам ООО «организация изъята» не установлены перечисления денежных средств, связанные с приобретением спорного товара (мебель, мрамор), при этом, в период 2016 – 2017 годов ООО «организация изъята» перечисляет денежные средства на счета ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ЗАО «организация изъята», ООО «организация изъята», АО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» за строительные материалы, ООО «организация изъята» за работы по договору подряда. В период 2016 - 2018 годов на расчетные счета ООО «организация изъята» не установлены перечисления денежных средств и от ООО «организация изъята». При этом до наступления срока оплаты (до 04.08.2017) по договору от 15.06.2017 № БГ-ТГ/1506 по поставке мрамора Bianko Carrara обществом был произведен возврат ООО «организация изъята» товара по причине претензий к качеству, который был оформлен договором от 20.07.2017 № 20-07/17 М. В период 14.06.2018 по 31.08.2018 на расчетный счет общества во исполнение данного договора установлено поступление денежных средств в общей сумме 223 578 652 руб. от сторонних организаций ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», АО «организация изъята», АО «организация изъята», ЗАО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» с назначением платежа «оплата за ООО «организация изъята», в то время как, по расчетному счету ООО «организация изъята» отсутствуют какие-либо операции с данными организациями. Инспекцией также установлено, что ранее сторонними организациями согласно банковским выпискам перечислялись в адрес ООО «организация изъята» денежные средства в качестве оплаты исключительно за аренду и через своих контрагентов. Вместе с тем, налоговым органом скорректированы налоговые обязательства ООО «организация изъята» по НДС и налогу на прибыль организаций с учетом обратной реализации в 3 квартале 2017 года. В отношении выполнения работ ООО «организация изъята» Инспекцией установлено, что показания руководителя ООО «организация изъята» ФИО6 (протокол допроса от 05.12.2018 б/н) о проведении данным контрагентом работ в ночное время противоречат условиям договора от 24.12.2013 № ТУ-7 с управляющей компанией - ООО «организация изъята», поскольку в соответствии с Правилами пользования зданием многофункционального комплекса «Гостиница Москва» (приложение № 4 к договору от 24.12.2013 № ТУ-7) проведение работ возможно исключительно в период 8.00 до 9.30 часов и с 18.30 до 20.00 часов. По итогам анализа инвентарных карточек учета объектов основных средств от 31.07.2016 № 109, №№ 142-154, №№ 301, 302, находящихся в собственности ООО «организация изъята» установлено, что на оборотной стороне инвентарных карточек информация о проведенных ремонтах основных средств не отражена. Кроме того, показания арендаторов и их сотрудников, не подтверждают факт проведения работ, о чем свидетельствуют протоколы допросов от 17.04.2019 №№ 37, 38, от 06.12.2019 № 387, от 09.12.2019 № 627, от 04.12.2019 № 212, от 13.12.2019 № 226, от 16.01.2020 № 31. В ходе дополнительных мероприятий налогового контроля обществом в отношении имеющейся кредиторской задолженности перед ООО «организация изъята», в том числе по договору купли-продажи от 06.10.2016 № Б-ТГ/10.16 в сумме 261 023 934 руб., по договору купли-продажи от 15.06.2017 № БГ-ТГ/1506 в сумме 222 364 032 руб., по договору подряда от 12.04.2017 № Б/ТГ-2017-4 в сумме 419 758 127 руб., представлено соглашение о замене обязательств от 16.03.2020, а также акт приема-передачи векселей от 17.03.2020 на общую сумму 1 139 016 413 руб. В соответствии с указанными документами, обязательства ООО «организация изъята» уплатить денежные средства, вытекающие, в том числе из вышеназванных договоров, прекращаются с момента передачи ООО «организация изъята» векселя от 17.03.2020 номиналом 1 139 016 413 руб. Срок погашения данного векселя – по предъявлении, но не ранее 24.08.2023. Согласно документам, полученным от ПАО «организация изъята», ООО «организация изъята» в соответствии с заключенным договором залога ценных бумаг от 22.06.2020 № 4480/13 передает в залог ПАО «организация изъята» указанный выше вексель в целях обеспечения исполнения должником (ООО «организация изъята») всех обязательств перед ПАО «организация изъята» по договору от 25.02.2013 № 4480 об открытии невозобновляемой кредитной линии на сумму 8 915 848 800 руб. Инспекцией установлено, что указанные кредитные средства были взяты ООО «организация изъята» у ПАО «организация изъята» для оплаты обязательств перед N.T.D. MANAGEMENT LIMITED по договору процентного займа от 19.11.2012 № 06/11/12. В свою очередь указанные заемные средства взяты ООО «организация изъята» у N.T.D. MANAGEMENT LIMITED под приобретение у ОАО «организация изъята» нежилых помещений, а также машиномест в зоне подземного гаража-стоянки, находящихся в здании многофункционального комплекса по адрес изъят, и впоследствии заключения договора купли-продажи от 04.12.2012 № ТГ-1. Таким образом, ООО «организация изъята» не осуществляет распоряжение полученным от ООО «организация изъята» векселем, следовательно, выгодоприобретателем по соглашению о замене обязательств от 17.03.2020 является ООО «организация изъята». По сделкам общества с ООО «организация изъята» по поставке мебели и выполнению строительно-монтажных работ «под ключ» в помещениях в здании многофункционального комплекса «Гостиница Москва» ( ) на общую сумму 1 454 865 108 руб. (в том числе НДС по ставке 18 процентов 221 928 577 руб.) основанием для вывода о мнимости договоров послужили следующие обстоятельства. Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, ООО «организация изъята» зарегистрировано в качестве юридического лица 25.02.2016. В качестве основного вида деятельности данной организацией были заявлены прочие строительные специализированные работы (ОКВЭД 43.99). Имущество, земельные участки, основные средства, зарегистрированные на праве собственности за ООО «организация изъята», отсутствуют; с 23.11.2018 в собственности имелось два грузовых автомобиля ГАЗ. Согласно справкам по форме 2-НДФЛ, численность ООО «организация изъята» в 2017 году составляла 23 человека с периодом работы ноябрь-декабрь 2017 года. В результате проведения анализа показателей налоговых деклараций по НДС за 2017, 2018 годы, представленных ООО «организация изъята» в налоговый орган по месту учета, усматривается сведение к минимуму контрагентом общества налоговой нагрузки посредством применения налоговых вычетов, удельный вес которых составил 99 процентов. По итогам анализа сведений информационного ресурса за 4 квартал 2017 года в отношении ООО «организация изъята» Инспекцией установлены расхождения вида «разрыв» на 4-7 звеньях. Допрошенный ФИО7, числившийся учредителем и руководителем ООО «организация изъята», сообщил (протокол допроса от 30.10.2020 б/н), что 01.11.2017 он был принят на работу в ООО «организация изъята» на должность водителя газели; бывший генеральный директор ООО «организация изъята» ФИО13 в связи со своим увольнением попросил его временно занять должность руководителя и учредителя и только после неоднократной беседы с юристом ФИО14 через 1,5 – 2 месяца он дал согласие на регистрационные действия. Свидетель подтвердил, что с бухгалтером ООО «организация изъята» Натальей ездил в банк для открытия счета и регистрации электронного ключа, вместе с тем, сообщил, что в финансово-хозяйственной деятельности ООО «организация изъята» не участвовал, первичные документы не подписывал, при заключении договоров не присутствовал; о договорных отношениях ООО «организация изъята» с ООО «организация изъята»не известно; с сотрудниками ООО «организация изъята» не знаком, однако, ФИО6 (генеральный директор ООО «организация изъята») знаком, поскольку в 2017 году отделом кадров был направлен на собрание, которое проходило в бизнес-центре «Агат» рядом с метро Семеновское, при участии номинальных руководителей организаций, в том числе ФИО9, ФИО34; собрания проводились ФИО6 в целях обучения номинальных руководителей организаций как необходимо вести себя при вызове в налоговые органы и какие давать показания в ходе проведения допроса. Свидетель также указал, что из ООО «организация изъята» он уволен по собственному желанию в июле 2019 года, а затем обратился к фактическому руководителю ФИО35 с требованием о «снятии» его с должности руководителя и учредителя ООО «организация изъята», однако, его требования были проигнорированы; в связи с этим им было написано заявление в налоговый орган, на основании которого в дальнейшем была внесена запись в ЕГРЮЛ о недостоверности сведений. Таким образом, лицо, заявленное в ЕГРЮЛ в качестве руководителя и учредителя ООО «организация изъята», фактически являлось номинальным, финансово-хозяйственную деятельность от лица данной организации не осуществлял. 12.08.2020 ООО «организация изъята» согласно сведениям ЕГРЮЛ исключено из данного реестра как недействующее юридическое лицо, при этом, предыдущая процедура исключения из ЕГРЮЛ, инициированная 16.03.2020, была прекращена в связи с заявлением ФИО36, являвшейся в 2017 году доверенным лицом общества. По итогам анализа банковских выписок данного контрагента Инспекцией установлено поступление от ООО «организация изъята» денежных средств в сумме 140 129,10 руб. по договору купли-продажи от 20.11.2017 № ТГ-АТ/20-11-17, при том, что цена товара (мебели), якобы приобретенного у ООО «организация изъята», в соответствии с данным договором составляла 400 140 129.10 руб. В отношении оставшейся задолженности по договору купли-продажи от 20.11.2017 № ТГ-АТ/20-11-17 в сумме 400 000 000 руб. ООО «организация изъята» (Цедент) заключен с ООО «организация изъята» (Цессионарий) договор уступки права требования от 03.09.2018 № АлТ/ФД/ТГ-0918, согласно которому указанная задолженность уступлена ООО «организация изъята» (Цессионарий) за 133 000 000 руб. Однако, по банковской выписке ООО «организация изъята» получение указанных денежных средств от ООО «организация изъята» не установлено, в налоговом учете спорного контрагента сведения о переуступке не отражены. В ходе проведения контрольных мероприятий Инспекцией затребованы у ООО «организация изъята» документы по взаимоотношениям с ООО «организация изъята», при этом, в ответ на требование налогового органа документы не представлены. По банковской выписке ООО «организация изъята» Инспекцией установлены исключительно операции по списанию по постановлениям судебных приставов в 2019 году, движения по расчетному счету в 2020 году вовсе отсутствуют. Из налоговых деклараций по НДС за 2018, 2019 годы, представленных ООО «организация изъята» в налоговый орган по месту учета, следует, что указанные налоговые декларации содержат нулевые показатели. Из анализа карточек «Расчеты с бюджетом» ООО «организация изъята» по НДФЛ, страховым взносам Инспекцией установлено, что данной организацией за 2018 - 2020 годы не исчислялись и не уплачивались налоги. Допрошенный ФИО22, за которого представлены ООО «организация изъята» справки 2-НДФЛ за 2017, 2018 годы, (протокол допроса от 12.03.2020 № 53) по существу деятельности ничего пояснить не смог. Таким образом, ООО «организация изъята» не ведет финансово-хозяйственную деятельность. При этом, ООО «организация изъята» в возражениях на акт от 03.07.2020 № 2207 указывает на частичное погашение в 2019 году уступленной ООО «организация изъята» кредиторской задолженности по договору купли-продажи от 20.11.2017 № ТГ-АТ/20-11-17 в размере 160 000 000 руб. В качестве подтверждения общество приводит уплату, произведенную 30.09.2019 и 11.11.2019 в адрес ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» с назначением платежа «оплата за ООО «организация изъята» в счет взаиморасчетов по договору уступки права требования (цессии) от 03.09.2018 № АлТ/ФД/ТГ-0918». Проанализировав движение денежных средств, Инспекцией установлено, что денежные средства в конечном итоге направлены ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» на приобретение валюты. В отношении кредиторской задолженности в сумме 240 000 000 руб. по договору купли-продажи от 20.11.2017 № ТГ-АТ/20-11-17 перед ООО «организация изъята» обществом представлено соглашение о замене обязательств от 16.03.2020, а также акт приема-передачи векселей от 17.03.2020. В соответствии с указанными документами, задолженность ООО «организация изъята» по данному договору купли-продажи погашена путем передачи ООО «организация изъята» векселя от 17.03.2020 номиналом 240 000 000 руб. Срок погашения данного векселя – по предъявлении, но не ранее 24.08.2023. Налоговым органом установлены факты (подтвержденные соответствующими доказательствами, материалами дела), что заявитель учредил организации - контрагенты, давал им обязательные указания и каким-либо иным образом контролировал или имел возможность контролировать деятельность указанных организаций, управлял их деятельностью, давал обязательные указания, определял действия спорных контрагентов и каким-либо образом получал обратно на свои счета денежные средства, перечисленные на счета организаций-контрагентов. Так, согласно документам, полученным от ПАО «организация изъята», ООО «организация изъята» аналогично ООО «организация изъята» в соответствии с заключенным договором залога ценных бумаг от 22.06.2020 № 4480/12 передает в залог ПАО «организация изъята» указанный выше вексель в целях обеспечения исполнения должником (ООО «организация изъята») всех обязательств перед ПАО «организация изъята» по договору от 25.02.2013 № 4480 об открытии невозобновляемой кредитной линии на сумму 8 915 848 800 руб. Таким образом, ООО «организация изъята», как и ООО «организация изъята» не осуществляет распоряжение полученным от ООО «организация изъята» векселем, следовательно, выгодоприобретателем по соглашению о замене обязательств от 17.03.2020 является ООО «организация изъята». Более того, Инспекцией проанализирована оборотно-сальдовая ведомость по 41 счету «Товары» и установлено, что движение товара ООО «организация изъята» за период 2016 – 2018 годов в основном состоит из движения мебели, приобретенной и реализованной у спорных контрагентов (ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята»). Из карточек счетов 41 «Товары» и 90 «Продажи» за 2016, 2017 годы следует, что от ООО «организация изъята» принята мебель той же номенклатуры, что и поставленная ООО «организация изъята». В дальнейшем, приобретенная у вышеуказанных контрагентов мебель реализована в адрес ООО «организация изъята» с убытком (выручка от реализации составила 88 258 000 руб., убыток – 251 197 000 руб.). Стоимость мебели при реализации снижена на 74 процента по отношению к стоимости приобретения у контрагентов ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята», при этом, экспертизой установлены дефекты (40 процентов) только в отношении мебели, которая была приобретена у ООО «организация изъята». Через два дня после реализации мебели в адрес ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» принимает к учету аналогичную мебель, по договору купли-продажи от 20.11.2017 № ТГ-АТ/20-11-17 с ООО «организация изъята», на сумму 339 101 804.35 руб. (цена по договору - 400 140 129,10 руб., в том числе НДС 61 038 324,75 руб.), то есть общество покупает мебель у ООО «организация изъята» по цене, превышающей цену приобретения в 2016 году у ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята». При этом счет-фактура и товарная накладная по приобретению мебели у ООО «организация изъята» отсутствуют, что свидетельствует о нарушении налогоплательщиком положений статей 169, 171, 172 и 252 НК РФ. Доказательств обратного заявителем в материалы дела не представлено. Инспекцией проанализирован счет 41 «Товары», на котором налогоплательщик учитывает мебель в проверяемом периоде, а также строку «Запасы» бухгалтерской отчетности за период с 2016 года по 2020 год, и установлено, что на конец 2020 года стоимость запасов резко снижается на 668 104 000 руб. (723 046 000 руб. - 54 942 000 руб.), при этом выручка от продажи товаров не увеличивается. По расшифровке счетов 90 «Продажи» и 91 «Прочие доходы и расходы», представленных налогоплательщиком в рамках камеральной налоговой проверки декларации по налогу на прибыль организаций за 2020 год, реализация мебели также не установлена. При анализе данных книг продаж ООО «организация изъята» за период 2018 – 2020 годов установлено, что состав контрагентов, которым общество сдает в аренду недвижимое имущество, в основном не меняется, новые контрагенты не добавляются, а так же не меняются суммы арендной платы. Уменьшение выручки состоит из того, что частично контрагенты прекратили взаимоотношения с ООО «организация изъята». При анализе банковской выписки по счетам ООО «организация изъята» за период 2020 год не установлены факты оплаты обществу за мебель, в основном идет перечисление постоянной и переменной части арендной платы. Исходя из приведенной выше информации, Инспекцией сделан вывод, что спорная мебель обществом не использовалась в деятельности, поскольку с запасов мебель списана в 2020 году, при этом её реализация не отражена. Следовательно, движение мебели у ООО «организация изъята», приобретенной/реализованной у ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», носит лишь формальный характер. Относительно договоров подряда с ООО «организация изъята» Инспекцией установлено, что обществом заключены договоры подряда от 09.01.2018 № АТТГ-2018/01, от 03.04.2018 № АТ-ТГ-2018/04, от 04.05.2018 № АТ-ТГ-2018/05, от 01.10.2018 № АТ-ТГ-2018/06 на выполнение данным контрагентом работ стоимостью 237 093 480 руб., 270 588 679.63 руб., 288 773 488.01 руб., 258 269 330.83 руб., соответственно, в то время как ООО «организация изъята» был вправе выполнять работы по договорам строительного подряда со стоимостью, не превышающей 60 миллионов руб. (первый уровень ответственности члена саморегулируемой организации) в отношении объектов капитального строительства (кроме особо опасных, технически сложных и уникальных объектов, объектов использования атомной энергии), о чем свидетельствует выписка из реестра членов саморегулируемой организации от 27.12.2017 № 0001673, представленная Саморегулируемой организацией Ассоциацией строительных организаций «Поддержки организаций строительной отрасли». Из банковской выписки следует, что по указанным договорам подряда ООО «организация изъята» по безналичному расчету уплачено ООО «организация изъята» только 216 582 159,63 руб., из общей причитающейся суммы 1 054 724 978,51 руб. При этом, задолженность общества перед ООО «организация изъята» в размере 838 142 818,88 руб. не оплачена и не включена обществом в состав внереализационных доходов после исключения данного контрагента из ЕГРЮЛ в 2020 году. По результатам налоговой проверки установлено, что ООО «организация изъята» в нарушение норм законодательства о бухгалтерском и налоговом учете стоимость отремонтированных апартаментов единовременно отнесло на расходы, а не учло в качестве неотделимых улучшений. Согласно инвентарным карточкам учета основных средств (ОС-6), представленных ОАО «организация изъята», помещения, в которых якобы проводились работы ООО «организация изъята», приняты собственником к бухгалтерскому учету незадолго до и в момент заключения договора аренды нежилых помещений от 01.04.2018 с ООО «организация изъята». Условиями договоров аренды, заключенных между ОАО «организация изъята» и ООО «организация изъята», не предусмотрены условия по передаче спорных объектов на баланс арендатора, а значит, начисление амортизации должно производиться у арендодателя (ОАО «организация изъята»). При этом, в графе «сумма начисленной амортизации» в представленной ОАО «организация изъята» инвентарной карточке отсутствует информация о начислении амортизации в отношении спорных объектов. В разделе выбыл/передан отсутствует информация о передаче этих помещений в аренду, об изменении первоначальной стоимости, данные по ремонту не отражены. В ходе налоговой проверки установлены также иные обстоятельства невозможности фактического исполнения ООО «организация изъята» работ по договорам подряда. Так, Обществом заключен 01.10.2018 договор субаренды с ООО «организация изъята» в отношении указанных арендованных нежилых помещений, за исключением двух (404а и 405). Согласно акту приема-передачи с ООО «организация изъята», помещения не требуют проведения каких-либо работ со стороны арендатора. В связи с чем, Инспекция пришла к выводу о том, что ремонтные работы не могли быть произведены ООО «организация изъята», так как 01.10.2018 данные помещения уже были переданы ООО «организация изъята» в надлежащем состоянии и не требовали никакого ремонта, а помещения, в отношении которых был заключен 29.01.2018 договор подряда с ООО «организация изъята» (согласно актам выполненных работ (КС-2), работы в них выполнены в период с января по март 2018 года), были переданы обществу в аренду собственником только 30.11.2018. Следовательно, работы по договору подряда общества с ООО «организация изъята» от 09.01.2018 не могли быть выполнены ранее заключения обществом договора аренды с собственником помещений ввиду отсутствия доступа к помещениям ОАО «организация изъята». Судом первой инстанции не дана оценка тем обстоятельствам, что по аналогичным правоотношениям в другой проверяемый период – 1, 2 кварталы 2019 года, налогоплательщиком была произведена замена контрагента, выполняющего спорные ремонтные работы с ООО «организация изъята» на ООО «организация изъята». Вступившим в законную силу решением Арбитражным судом Московской области от 30.06.2022 по делу № А41-16907/2022 установлено, что ООО «организация изъята» техническая организация, которая не могла выполнять строительно-монтажные работы для ООО «организация изъята». С учетом установленных обстоятельств и собранных доказательств, действия проверяемого налогоплательщика правомерно квалифицированы налоговым органом как действия, нарушающие положения пункта 1 статьи 54.1 НК РФ. Учитывая изложенные обстоятельства и приведенные нормы права, суд апелляционной инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что установленные в ходе выездной налоговой проверки нарушения налогового законодательства по указанным взаимоотношениям в достаточной мере свидетельствуют о нарушении налогоплательщиком положений статьи 54.1 НК РФ, поскольку в рассматриваемом случае заявленные финансово-хозяйственные взаимоотношения с ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» фактически отсутствуют. Таким образом, установленные обстоятельства исключают возможность предоставления налогового вычета сумм НДС и уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль организаций по взаимоотношениям с ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята». Согласно пункту 11 письма ФНС России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@, при непредоставлении налогоплательщиком сведений и подтверждающих их документов о лице, осуществившем фактическое исполнение, и действительных параметрах спорной операции в силу того, что имел место формальный документооборот с «технической» компанией с целью приобретения товаров (работ, услуг) в недекларируемом в целях налогообложения обороте, налогоплательщик не вправе применять налоговые вычеты и учитывать расходы, понесенные по спорным операциям, поскольку обязательство не исполнено надлежащим лицом, и при этом налогоплательщиком не раскрыты сведения и не представлены подтверждающие их документы о действительном поставщике (подрядчике, исполнителе) и параметрах совершенных с ним операций. Учитывая правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в Определении от 19.05.2021 № 309-ЭС20-23981 по делу № А76- 46624/2019, а также ввиду того, что бремя доказывания размера документально не подтвержденных операций с лицом, осуществившим фактическое исполнение по сделке, лежит на проверяемом налогоплательщике, в рассматриваемой ситуации основания для определения размера действительных налоговых обязательств общества отсутствуют. Судом апелляционной инстанции установлено, что налогоплательщикам ни в ходе рассмотрения материалов налоговой проверки, ни при рассмотрении спора в суде не представлено сведений и подтверждающих документов о лице, осуществившем фактическое исполнение, и действительных параметрах спорной операции в силу того, что имел место формальный документооборот с «технической» компанией налогоплательщиком, не раскрыты сведения и не представлены подтверждающие их документы о действительном поставщике (подрядчике, исполнителе) и параметрах совершенных с ним операций. Доводы заявителя о том, что налоговым органом при принятии обеспечительных мер признано существование спорной мебели не соответствуют действительности. Согласно положениям пункта 1, 4 статьи 112 НК РФ право устанавливать и учитывать при определении размера налоговых санкций обстоятельства, смягчающие или отягчающие ответственность за совершение налогового правонарушения, предоставлены налоговому органу и суду. При этом подпунктами 1 - 3 пункта 1 статьи 112 НК РФ закреплены конкретные обстоятельства, которые законодательством определены как смягчающие, которые в рассматриваемом случае не установлено. В пункте 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» также даны разъяснения, что если при рассмотрении дела, связанного с применением санкции за налоговое правонарушение, будет установлено наличие хотя бы одно из смягчающих ответственность обстоятельств (пункт 1 статьи 112 НК РФ), суд при определении размера подлежащего взысканию штрафа обязан в соответствии с пунктом 3 статьи 114 НК РФ уменьшить его размер не менее чем в два раза по сравнению с предусмотренным соответствующей нормой Налогового кодекса Российской Федерации. Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 16.12.2008 № 1069-О-О, законодатель, предусматривая ответственность за совершение налоговых правонарушений, должен исходить из конституционных принципов справедливости, юридического равенства, пропорциональности, соразмерности устанавливаемой ответственности конституционно значимым целям (статья 19, часть 1; статья 55, части 2 и 3 , Конституции Российской Федерации). Инспекцией проведен сравнительный анализ представленной налоговой и бухгалтерской отчетности за 2020, 2021 и 9 месяцев 2022 года, в том числе с учетом сведений из ресурса «Контур.Фокус», размещенных в сети интернет: https://focus.kontur.ru/. По результатам проведенного анализа суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что результаты сравнительного анализа бухгалтерской и налоговой отчетности ООО «организация изъята» опровергают доводы заявителя о снижении выручки от сдачи в аренду помещений. Инспекция обращала внимание суда первой инстанции на наличие отягчающего налоговую ответственность ООО «организация изъята» обстоятельства. Так, решением Межрайонной ИФНС России № 3 по Московской области от 06.09.2021 № 2407 ООО «организация изъята» было привлечено к налоговой ответственности за совершение аналогичного налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 3 статьи 122 НК РФ. Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 30.06.2022 по делу № А41-16907/2022 решение Инспекции от 06.09.2021 № 2407 признано законным и обоснованным. Учитывая установленные обстоятельства умышленных действий налогоплательщика, а также отсутствие в материалах дела доказательств наличии смягчающего ответственность обстоятельства, суд апелляционной инстанции обоснованно признал неправомерным освобождение налогоплательщика от ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного п.3 ст. 122 НК РФ. Исходя из правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 16.12.2008 № 1069-О-О, с учетом разъяснений в пункте 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57, санкция, примененная налоговым органом в отношении ООО «организация изъята» по результатам выездной налоговой проверки в виде штрафа в размере 48 991 937 руб., обоснованно признана соразмерной установленной степени вины правонарушителя и уменьшению не подлежит. Кассационная инстанция считает, что установленные судом апелляционной инстанции обстоятельства не опровергнуты заявителем, в том числе в кассационной жалобе, выводы суда не оспорены, в связи с чем отсутствуют основания для отмены постановления суда апелляционной инстанции. В целом доводы заявителя фактически сводятся к изложению обстоятельств дела, которые получили надлежащую правовую оценку и мотивированно отклонены, не подтверждают нарушений судом норм материального и (или) процессуального права, фактически направлены на переоценку выводов судов и не являются достаточным основанием для отмены постановления суда. Выводы суда апелляционной инстанции основаны на оценке всех доказательств, представленных участвующими в деле лицами в обоснование своих требований и возражений, установлении всех обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения настоящего спора, и правильности применения положений норм материального права, регулирующих рассматриваемые правоотношения, а также соблюдении норм процессуального права. Нарушения норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта суда апелляционной инстанции, не установлено. Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд ПОСТАНОВИЛ: Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2024 по делу № А41-33917/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. Председательствующий – судья Е.Ю. ФИО40: Ю.Л. ФИО38 Нагорная Суд: ФАС МО (ФАС Московского округа) (подробнее)