Признание завещания недействительным и установление родства

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

Дело №33-9586/2021 (2-21/2021) председательствующий в суде I инстанции – ФИО25

УИД 91RS0005-01-2020-000738-65 судья-докладчик – ФИО23

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

13 декабря 2021 года судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего – судьи ФИО23,

судей: ФИО22,

ФИО24,

при секретаре ФИО26,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Симферополе гражданское дело по иску ФИО19 к ФИО20, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора – нотариус Армянского городского нотариального округа Республики Крым – ФИО18, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, об установлении факта родственных отношений, признании завещания недействительным, признании права наследования имущества,

по апелляционной жалобе ФИО20 и апелляционной жалобе нотариуса Армянского городского нотариального округа Республики Крым – ФИО18 на решение Армянского городского суда Республики Крым от 13 июля 2021 года,

УСТАНОВИЛА:

В октябре 2020 года ФИО19 обратилась в суд с иском, в котором просит признать недействительным завещание, составленное её братом – ФИО4 и удостоверенное нотариусом Армянского городского нотариального округа Республики Крым – ФИО18, а также признать за ней право наследования имущества, оставшегося после смерти ФИО4 в виде: квартиры по адресу: <адрес> мебели и электрооборудования, находящегося в квартире, автобуса <данные изъяты>, денежных средств в сумме 1 000 000 рублей.

Также истец просила установить факт родственных отношений с умершим ФИО4 и признать за ней право на наследование имущества.

Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ умер брат истца – ФИО4. В день смерти он завещал всё своё имущество ФИО20. Истец считает, что завещание должно быть признано недействительным, так как на день удостоверения сделки её брат ввиду тяжелой болезни не понимал значения своих действий и не мог руководствоваться ими. Также истец отмечает, что её брат проживал с ФИО20 в период с весны 2017 года до лета 2019 года, после чего отношения были прекращены по причине конфликта.

В октябре 2019 года истцу стало известно, что её брат проживал с другим лицом – ФИО21, которая совместно с ФИО19 ухаживала за ФИО4 с мая 2020 года.

13 июля 2020 года истец в квартире брата обнаружила сына ФИО20, который указал, что они с матерью намерены помогать ухаживать за ФИО4, а 15 июля 2020 года от ФИО20 истец узнала о смерти брата, а также об оспариваемом завещании. Истец считает, что указанное завещание составлено с нарушением требований закона, нарушает её права как наследницы ФИО4

Решением Армянского городского суда Республики Крым от 13 июля 2021 года исковые требования удовлетворены частично. Установлено, что ФИО19, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является родной сестрой ФИО4, умершего ДД.ММ.ГГГГ. Завещание, составленное ФИО4 15 июля 2020 года и удостоверенное нотариусом Армянского городского нотариального округа Республики Крым – ФИО18, зарегистрированное в реестре №-№, признано недействительным. В остальной части исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным решением суда, ФИО20 и нотариус Армянского городского нотариального округа – ФИО18 обратились в суд с апелляционными жалобами, в которых просят решение суда отменить, принять новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать.

ФИО20 в своей апелляционной жалобе указывает, что истец не представила суду доказательств того, что она предпринимала попытки во внесудебном порядке установить родственные отношения с наследодателем, судом нарушены положения ст. 265 ГПК РФ. Апеллянт указывает, что суд неправомерно отказал в удовлетворении её ходатайства о разъединении дел: исковые требования должны рассматриваться в порядке искового производства, а требования об установлении факта, имеющего юридическое значение, – в порядке особого производства, считает, что отказ в удовлетворении данного ходатайства не мотивирован.

Также ответчик указывает, что суд принял в качестве доказательств только показания свидетелей истца, при этом показания иных лиц, а также нотариуса – не принял во внимание, критически отнёсся к характеристике наследодателя с места его работы – ООО «Крымские перевозки», не учел, что наследодатель проходил медицинское освидетельствование по месту работы, в составе комиссии был психиатр, который давал заключение о пригодности к работе. Суд, по мнению апеллянта, неверно указал, что ФИО4 в период конца июня – начала июля 2020 года принимал препарат «промедол», что противоречит материалам дела: 2 инъекции были поставлены в июне 2020 года, остальные возвращены. Также ФИО20 указывает, что суд необъективно оценил показания фельдшера – ФИО10, не в полной мере отразив их содержание. При этом полагает, что нотариусом были соблюдены установленные законом требования в части проверки дееспособности наследодателя.

Также ответчик выражает несогласие с результатами экспертизы, проведенной при рассмотрении дела судом первой инстанции, указывает, что её ходатайство о назначении повторной судебной психолого-психиатрической экспертизы было отклонено немотивированно; указывает, что в подписке эксперта о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения не указана дата предупреждения, на подписке имеются только подписи без указания фамилии и инициалов, экспертом не была учтена характеристика ФИО4 с места работы – ООО «Крымские перевозки», где он работал до 15 июля 2020 года, а также показания свидетеля ФИО11, не учтены показания врача ФИО12, ФИО13, ФИО16, ФИО14, нотариуса ФИО18, помощника нотариуса – ФИО15 Ответчик отмечает, что наследодатель не состоял на учёте врача-психиатра, что также не учтено экспертом.

Нотариус ФИО18 в своей апелляционной жалобе указывает, что ею были использованы все методы, предоставленные законом, для определения дееспособности наследодателя. Требования закона к порядку оформления завещания также были соблюдены, наследодатель проверил завещание до подписания, подтвердил, что его воля изложена верно, свидетели были привлечены по желанию ФИО4, предупреждены о необходимости соблюдать тайну завещания, установлены их личности. ФИО18 указывает, что судом неправомерно не приняты во внимание показания свидетелей ФИО11 и ФИО13, врача ФИО12, ФИО15, ФИО16, ФИО14, ФИО17, выражает несогласие с выводом суда о формальном подходе к процедуре совершения нотариального действия, которые не мотивирован.

Заслушав судью-докладчика, пояснения истца, её представителя, ответчика и нотариуса, обсудив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы гражданского дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в соответствии со статьей 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.

Удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанции исходил из их доказанности и обоснованности. При этом посчитал установленным, что истец является родной сестрой умершего, а завещание, составленное от его имени в пользу ответчика, не отвечало его воле в связи с тем, что на момент составления завещания он не был способен понимать значения своих действий и руководить ими.

Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда первой инстанции, исходя из следующего.

Как правильно установлено судом первой инстанции, ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Истец – ФИО19 23 июля 2020 года обратилась в нотариальную контору с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО4 как наследник второй очереди – сестра умершего.

В связи с отсутствием свидетельства о рождении ФИО4, затруднительностью получения копии актовой записи из органов ЗАГС <адрес> (Украина), истец просила установить факт родственных отношений с братом, представив в доказательство родственных отношений своё свидетельство о рождении, форму 1П на ФИО4, в котором его родителями указаны те же лица, что и родители истца, указанные в её свидетельстве о рождении.

Судом первой инстанции опрошены свидетели, длительное время знавшие истца и умершего как сестру и брата, а также приняты во внимание письменные доказательства.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда в указанной части.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы о допущенных судом процессуальных нарушениях при рассмотрении данных исковых требований, в частности, отсутствия доказательств невозможности получения копии актовой записи о рождении ФИО4, судебная коллегия принимает во внимание, что его место рождения – <адрес>, Украина, что, безусловно, затрудняет получение необходимого документа. В то же время судебная коллегия обращает внимание, что фактически наличие родственных отношений между истцом и ФИО4 ответчиком не оспаривается.

В силу положений ст. 1143 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) полнородная сестра относится к наследникам второй очереди.

Ответчик ФИО20 к числу наследников по закону первой и второй очереди не относится, вместе с тем 29 июля 2020 года она обратилась в нотариальную контору о принятии наследства после смерти ФИО4 по завещанию.

В соответствии с п. 1 ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

15 июля 2020 года от имени ФИО4 нотариусом Армянского городского нотариального округа Республики Крым – ФИО18 удостоверено завещание, которым он всё своё имущество, каковое на момент его смерти окажется ему принадлежащим, в чём бы таковое ни заключалось, и где бы ни находилось, завещал ФИО20.

В силу п. 2 ст. 1118 ГК РФ завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

Согласно ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений Гражданского кодекса Российской Федерации, влекущем за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права и законные интересы которого нарушены этим завещанием. Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается.

Завещание является односторонней сделкой, к нему применяются правила о недействительности сделок, предусмотренные в главе 9 ГК РФ (ст. ст. 166– 181 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина или иных лиц, чьи права или охраняемые интересы нарушены в результате ее совершения.

Заключением посмертной судебной психолого-психиатрической экспертизы, проведённой экспертами ГБУЗ РК «КРКПБ №1 имени ФИО27», сделан вывод о том, что при составлении завещания 15 июля 2020 года ФИО4 не мог понимать значения своих действий и руководить ими в силу органического расстройства личности.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об относимости и допустимости данного доказательства. В проведении экспертизы участвовали четыре эксперта, имеющие высшее медицинское образование, в том числе, в области психиатрии и медицинской психологии, имеющие значительный опыт работы по специальности. При проведении экспертизы исследованы материалы гражданского дела, в том числе медицинская документация, показания сторон и свидетелей.

Судебной коллегией не установлено никаких объективных обстоятельств, на основании которых можно усомниться в правильности или обоснованности указанного заключения экспертов. Неясности или неполноты заключение не содержит. Заключение по поставленным судом вопросам мотивировано, изложено в понятных формулировках и в полном соответствии с требованиями закона. Компетентность, беспристрастность и выводы экспертов у судебной коллегии сомнения не вызывают. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.

Доводы апелляционной жалобы ответчика относительно неверной оценки, данной судом пояснениям третьего лица – нотариуса и свидетелей, утверждающих об адекватном поведении ФИО4, судебная коллегия отклоняет, поскольку указанные лица не обладают специальными познаниями в области психиатрии, а все их пояснения, зафиксированные в протоколах судебных заседаний, приняты во внимание экспертами при подготовке заключения.

Довод апелляционной жалобы о том, что судом не учтено, что ФИО4 не состоял на учёте у психиатра, не влияют на правильность сделанных судом выводов, поскольку эксперты пришли к выводу о его неспособности понимать значение своих действий и руководить ими не в силу психического заболевания, а в связи с органическим расстройством личности, вызванного смешанными заболеваниями.

При изложенных обстоятельствах ни у суда первой инстанции, ни при апелляционном пересмотре дела не имелось и не имеется оснований для назначения повторной экспертизы.

Доводы апелляционной жалобы ответчика об отсутствии даты подписания экспертами расписки о предупреждении их об уголовной ответственности, а также расшифровки подписей экспертов судебная коллегия отклоняет, поскольку в определении суда о назначении экспертизы от 21 декабря 2020 года имеется указание на соответствующее предупреждение, а данные расписки содержатся в вводной части заключения.

Судебная коллеги также отклоняет доводы апелляционной жалобы ответчика о необходимости разъединения дел, рассмотрения требований об установлении факта родственных отношений в порядке особого производства, поскольку это противоречит ч. 3 ст. 263 ГПК РФ.

Доводы апелляционной жалобы третьего лица – нотариуса ФИО18 о том, что ею проверена дееспособность завещателя, для чего ему был задан ряд вопросов, судебная коллегия отклоняет, поскольку для определения способности ФИО4 понимать значение его действий, руководить ими, проведена судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами апелляционной жалобы третьего лица о том, что судом не дана оценка пояснениям присутствовавших при составлении завещания свидетелей – ФИО11 и ФИО13, поскольку в мотивировочной части решения приведены пояснения этих лиц, приняты во внимание они и экспертами.

Что касается доводов апелляционной жалобы третьего лица относительно указания судом на формальное проведение нотариусом оценки психического состояния завещателя, то судебная коллегия не может принять его во внимание, так как нотариус в силу имеющихся у неё возможностей (опросом завещателя) выполнила требования о необходимости проверки его дееспособности, однако в силу отсутствия специальных медицинских познаний не могла сделать безусловный вывод об этом.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, оценка доказательствам дана в соответствии с требованиями закона, правильно применены нормы материального права, нарушений норм процессуального права не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328 – 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Армянского городского суда Республики Крым от 13 июля 2021 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО20 и апелляционную жалобу нотариуса Армянского городского нотариального округа Республики Крым – ФИО18 – без удовлетворения.

Председательствующий судья ФИО23

Судьи ФИО22