Признание трудового договора действительным и взыскание заработной платы

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

дело 91RS0009-01-2024-003031-22 № 2-102/2025 № 33-10044/2025

Председательствующий судья первой инстанции

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

11 декабря 2025 года гор. Симферополь

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего, судьи – ФИО5,

судей – ФИО11, ФИО6,

при секретарях – ФИО13, ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Симферополе гражданское дело по исковому заявлению ФИО14 к индивидуальному предпринимателю ФИО8 об установлении факта трудовых отношений, признании незаконным приказа, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО14 на решение Евпаторийского городского суда Республики Крым от 1 августа 2025 года,

УСТАНОВИЛА:

ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО8, уточнив который в порядке ст. 39 ГПК РФ (том 3 л.д. 52-59), просил:

признать началом выполнения ФИО14 трудовых обязанностей у ИП ФИО8 с ДД.ММ.ГГГГ;

признать уважительным причину пропуска срока обжалования приказа МП ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ «О признании трудового договора незаключенным» и восстановить срок обжалования;

признать незаконным приказ ИП ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ «О признании трудового договора незаключённым» которым ИП ФИО8 в одностороннем порядке принял решение признать трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между истцом и ответчиком, недействительным;

взыскать с ИП ФИО8 в пользу ФИО14 своевременно невыплаченную заработную плату за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 550 000 рублей;

взыскать с ИП ФИО8 в пользу ФИО14 компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей.

Исковые требования мотивированы тем, что между ФИО14 и индивидуальным предпринимателем ФИО8 с ДД.ММ.ГГГГ возникли фактические трудовые отношения, что подтверждается выполнением истцом трудовых функций в должности менеджера по персоналу с совмещением обязанностей юриста и специалиста по охране труда, а также изданием ответчиком соответствующих приказов (об утверждении графика отпусков, штатного расписания и о возложении дополнительных обязанностей), с которыми истец был ознакомлен под роспись.

Письменный трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ закрепил сложившиеся правоотношения, установив месячный размер заработной платы в размере 100 000 рублей. Однако на протяжении периода с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ответчик заработную плату истцу не выплачивал, за исключением единовременной выплаты в размере 50 000 рублей, что нарушает право истца на своевременную и полную оплату труда. Общая сумма задолженности по заработной плате составляет 1 550 000 рублей.

Кроме того, приказом ИП ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ «О признании трудового договора незаключённым» ответчик в одностороннем порядке попытался аннулировать трудовые отношения, что является незаконным, поскольку трудовое законодательство не содержит механизма признания трудового договора недействительным, а основанием для издания приказа послужил недостоверный акт об отказе истца предоставить документы для оформления трудовых отношений и приступить к работе. Истец фактически приступил к работе и исполнял свои обязанности, о чем свидетельствуют представленные доказательства.

В связи с длительной невыплатой заработной платы, что повлекло нравственные страдания и тяжелое материальное положение истца и его семьи, ФИО14 также заявлены требования о компенсации морального вреда на основании ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации.

Решением Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, с учётом определения Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ об устранении описки (том 3 л.д. 229) в удовлетворении исковых требований ФИО14 отказано.

Не согласившись с решением суда, ФИО14 подал апелляционную жалобу, в которой ставится вопрос об отмене решения суда первой инстанции и принятии по делу нового решения об удовлетворении исковых требований в полном объёме.

Доводы жалобы сводятся к тому, что судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, неправильно применены нормы материального права, а также не применён закон, подлежащий применению.

Автор жалобы указывает, что суд не дал надлежащей оценки юридической силы приказа о приеме на работу от ДД.ММ.ГГГГ, который не был отменен в установленном порядке и, в соответствии с требованиями трудового законодательства и стандартов делопроизводства, порождает правовые последствия, подтверждая факт возникновения трудовых отношений.

Апеллянт ссылается на неправильное применение судом положений статьи 65 Трудового кодекса Российской Федерации, утверждая, что обязанность по предоставлению документов возникает у лица при заключении трудового договора, а не после его вступления в силу. Судом первой инстанции необоснованно применены нормы, регулирующие процедуру оформления трудовых отношений до их возникновения, к правоотношениям сложившимся между работником и работодателем, что привело к незаконному признанию правомерным приказа ответчика от ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, апеллянт указывает, что трудовое законодательство не содержит механизма признания трудового договора недействительным (незаключенным) в одностороннем порядке, а предусмотренный статьей 61 Трудового кодекса Российской Федерации единственный случай аннулирования договора – невыход работника на работу в день начала работы – в данном деле опровергнут доказательствами, включая видеозапись, переписку в мессенджере и показания свидетелей, которые судом проигнорированы.

Апеллянт оспаривает вывод суда о пропуске срока на обжалование оспариваемого приказа, указывая, что в соответствии со статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснениями высших судов, течение срока начинается с момента, когда работник ознакомился или должен был ознакомиться с соответствующим приказом. Поскольку с приказом от ДД.ММ.ГГГГ апеллянт был ознакомлен лишь ДД.ММ.ГГГГ в судебном заседании, а до этого работодатель не исполнил обязанность по ознакомлению его с данным локальным актом под роспись, срок на обращение в суд не мог быть пропущен. Судом первой инстанции не принято во внимание своевременное обращение апеллянта в государственную инспекцию труда, что в силу пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 15 от 29 мая 2018 года свидетельствует об уважительности причин пропуска срока.

Также апеллянт указывает на необоснованный вывод суда о наличии между сторонами гражданско-правовых отношений, противоречащий совокупности исследованных доказательств. В их числе – факт издания работодателем многочисленных приказов, интегрированность апеллянта в организационную структуру, выполнение работы по определенной должности, предоставление работодателем инструментов и материалов, а также устойчивый и стабильный характер отношений, основанный на подчинении и систематической отчетности. Судом первой инстанции не опровергнуты представленные доказательства, включая переписку в мессенджере и показания свидетелей, подтверждающие трудовой характер отношений с ДД.ММ.ГГГГ, и не приведена логическая связь между своими выводами и нормами закона.

Апеллянт указывает на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, в частности, на игнорирование судом сведений о его высшем юридическом образовании, подтвержденном трудовой книжкой, и о рассмотрение иска не в полном объеме, поскольку суд ошибочно указал в решении сумму исковых требований, не соответствующую заявленной в уточненном исковом заявлении.

Кроме того, апеллянт оспаривает вывод суда о его недобросовестном поведении, указывая, что судом не конкретизировано, в чем именно выразилось злоупотребление правом, и каким образом его действия нарушили права ответчика в гражданском судопроизводстве. Утверждения ответчика о предоставлении недостоверной информации, и ее влиянии на решения правоохранительных органов, по мнению апеллянта, не относятся к предмету данного трудового спора и не могут служить основанием для вывода о недобросовестности в рамках настоящего дела.

В дополнении к апелляционной жалобе апеллянт также указывает, что вывод суда о недобросовестности его поведения является голословным и неконкретным, поскольку судом не указано, в чем именно выразилось такое поведение и какими доказательствами по делу оно подтверждается. Недобросовестность, по мнению заявителя, в действиях ответчика, который, в нарушение статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, не ознакомил его с оспариваемым приказом, а также пытался ввести суд в заблуждение, отрицая факт подписания трудового договора и кадровых документов, что впоследствии было опровергнуто судебной экспертизой.

Кроме того, апеллянт оспаривает вывод суда о том, что исполнение обязанностей по должностям юриста и специалиста по охране труда охватывалось его основной трудовой функцией менеджера по персоналу и потому не требовало дополнительной оплаты. Ссылаясь на Постановление Госстандарта Российской Федерации от 26 декабря 1994 года № 367, апеллянт указывает, что данные должности имеют различные коды классификатора, что свидетельствует о принципиально разном функционале и предназначении каждой из них. Апеллянт акцентирует внимание на том, что в его трудовом договоре от ДД.ММ.ГГГГ зафиксированы обязанности только по должности менеджера по персоналу, в связи с чем возложение на него дополнительных функций в отсутствие соглашения о совмещении профессий (должностей) или расширении зон обслуживания является нарушением трудового законодательства. Он полагает, что оценка качества исполнения им этих обязанностей не входит в компетенцию суда, а отсутствие со стороны работодателя каких-либо дисциплинарных взысканий свидетельствует о надлежащем выполнении порученной работы до момента возникновения спора о заработной плате.

Также апеллянт указывает на необоснованную подмену судом норм трудового права нормами гражданского законодательства при оценке его поведения, отмечает, что такие обстоятельства, как ведение журналов с данными лиц, формально не оформленных на работу, работа в выходные дни, эпизодическое нахождение на рабочем месте по мнению других работников и получение части заработной платы на банковскую карту третьего лица, даже если они и имели место, регулируются исключительно трудовым законодательством и могут квалифицироваться как дисциплинарные проступки, но не как недобросовестное поведение в гражданско-правовом смысле, поскольку стороны находились в трудовых, а не гражданских правоотношениях. Апеллянт подчеркивает, что в трудовом праве понятие злоупотребления правом со стороны работника имеет специальное и крайне узкое применение, не охватывающее обстоятельства настоящего дела.

В возражениях на апелляционную жалобу, представитель ответчика ФИО4, ссылаясь на правильное применение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, и несостоятельность доводов истца об имеющихся основаниях для отмены решения, просит решение суда первой инстанции оставить без изменения (том 4 л.д. 15-20).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика индивидуального предпринимателя ФИО8 действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности ФИО4, против доводов апелляционной жалобы возражал, указывал на отсутствие оснований к отмене решения суда первой инстанции.

Прокурор отдела Прокуратуры Республики Крым ФИО12 предоставила в рамках дела заключение, согласно которому полагает, что аннулирование приказа о приеме на работу ФИО14 произведено без законных оснований, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы являются обоснованными, решения суда первой инстанции подлежит отмене.

Истец ФИО14 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился. О дате и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, что подтверждается материалами дела, а именно почтовым уведомлением о вручении судебной повестки. В Верховный Суд Республики Крым направил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, указал, что на доводах апелляционной жалобы настаивает.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в порядке ст. ст. 167, 327 ГПК РФ.

Судебная коллегия, проверив в соответствии со статьями 327 и 327.1 ГПК РФ законность и обоснованность решения суда первой инстанции, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, исследовав принятые судебной коллегией в качестве дополнительных (новых) доказательств: табели учета рабочего времени ИП ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ; обозрев контрольное производство Следственного комитета Российской Федерации Главного следственного управления по Республики Крым № по обращению ФИО14 оконченное ДД.ММ.ГГГГ, изготовив из него и приобщив в материалы настоящего дела копию акта от ДД.ММ.ГГГГ составленного комиссией ИП ФИО8 в отношении работника ФИО14; заслушав пояснения представителя ответчика, заключение прокурора, приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие основания для отмены обжалуемого судебного постановления в апелляционном порядке по доводам апелляционной жалобы, изученным материалам дела, имеются.

Так, из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между индивидуальным предпринимателем ФИО8 (работодатель, далее - ИП ФИО8) и ФИО14 (работник) был заключен трудовой договор с менеджером по персоналу (том 1 л.д. 12-17), по условиям которого ИП ФИО8 обязалась принять ФИО14 на работу на должность менеджера по персоналу (п. 1.1). Работа по настоящему договору является для работника основной (п. 1.2).

Местом работы ФИО14 определено административное помещение в г. Евпатория (п. 1.3 трудового договора).

В пунктах 2.1 и 2.2 трудового договора указано, что работник должен приступить к выполнению своих трудовых обязанностей с ДД.ММ.ГГГГ. Договор заключен на неопределенный срок.

За выполнение трудовых обязанностей работнику устанавливается должностной оклад в размере 80 000 рублей в месяц, а также дополнительно работодателем выплачиваются доплаты за выполнение работником, без освобождения от своей основной работы, функций юриста и специалиста по охране труда на производстве, в размере 20 000 рублей (п. 3.1 трудового договора).

Пунктами 3.2 и 3.3 трудового договора определена оплата труда за сверхурочную работу и работу в выходные и нерабочие праздничные дни.

Заработная плата работнику выплачивается путем выдачи наличных денежных средств работодателем или путем перечисления на счет работника в банке каждые полмесяца (п. 3.4 трудового договора). Из заработной платы работника могут производится удержания в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации (п. 3.5 трудового договора).

Согласно пункту 4.1 трудового договора ФИО14 установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями в субботу и воскресенье.

Время начала рабочего дня: 9.00 часов, время окончания рабочего дня: 18.00 часов (п. 4.2 трудового договора). В течении рабочего дня работнику установлен перерыв для отдыха и питания с 13.00 часов до 14.00 часов, который в рабочее время не включатся (п. 4.3 трудового договора). Работнику предоставляется ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней.

Разделом 5 трудового договора определены права и обязанности работника.

ДД.ММ.ГГГГ ИП ФИО8 издан приказ № о приеме ФИО14 на работу с ДД.ММ.ГГГГ на должность менеджер по персоналу, бессрочно, на постоянной основе, с тарифной ставкой (окладом) 80 000 рублей (том 1 л.д. 18).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 уведомил ИП ФИО8 о приостановлении работы с ДД.ММ.ГГГГ на основании статьи 142 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с неисполнением работодателем обязанностей по выплате заработной платы (том 1 л.д. 124, том 2 л.д. 158).

В материалах дела содержится скриншот банковского перевода от ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> часов о перечислении 50 000 рублей с указанием категории перевода: финансовые услуги на имя Ш-Х Мария М. (том 3 л.д. 80), как подтверждал ФИО14 в суде первой инстанции и не отрицал представитель ответчика в судебном заседании суда апелляционной инстанции данный перевод осуществлен ИП ФИО8 на банковскую карту «гражданской супруги» ФИО14 в качестве оплаты за выполненную работу у ИП.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 уведомил ИП ФИО8 о временном прекращении своей трудовой деятельности и не выходе на работу с ДД.ММ.ГГГГ на основании статьи 142 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с неисполнением работодателем обязанностей по выплате заработной платы (том 2 л.д. 50, том 2 л.д. 157).

Также в материалах дела имеется приказ ИП ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ заключенный с ФИО14 о приеме на должность менеджера по работе с персоналом в ИП ФИО8 признан недействительным (незаключенным) на основании статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с отказом ФИО14 предоставить документы, предусмотренные статьей 65 Трудового кодекса Российской Федерации при трудоустройстве и заключении трудового договора ДД.ММ.ГГГГ, а также приступить к выполнению трудовых функций менеджера по работе с персоналов в ИП ФИО8 и желании выполнять разовые задания с оплатой по факту выполнению, что носит гражданско-правовой характер. Основанием для вынесения приказа указан акт об отказе предоставить документы и приступить к работе от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д. 38).

Сведений о направлении ФИО14 приказа об аннулировании трудового договора, иным образом об ознакомлении с ним ФИО14 материалы гражданского дела не содержат.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика не отрицал, что с приказом об аннулировании трудового договора ФИО14 под роспись ознакомлен не был, иным способом приказ до сведения ФИО14 не доводился, при этом настаивал на том, что о существовании данного приказа ФИО14 было достоверно известно.

Как следует из принятого и приобщенного судебной коллегией в материалы настоящего дела нового доказательства, ДД.ММ.ГГГГ в г. Евпатория комиссия в составе ИП ФИО8, административного менеджера ФИО15, швеи ФИО16 составили акт о том, что ФИО14, заключивший ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ИП ФИО8 о приеме на работу на должность менеджера по работе с персоналом ДД.ММ.ГГГГ отказался предоставить необходимые документы для трудоустройства и приступить к выполнению трудовой функции по трудовому договору изъявив желание выполнять за вознаграждение в ИП ФИО8 разовые поручения.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции ФИО14 в подтверждение исполнения трудовых обязанностей у ИП ФИО8 представил переписку из мессенджера с «ФИО3» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; флеш-носитель содержащий переписку между истцом и ответчиком за аналогичный период, аудиозапись между истцом и ответчиком от ДД.ММ.ГГГГ (том 3 л.д. 74-79, 81).

Кроме того, в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции были допрошены свидетели ФИО16 и ФИО15 работники ИП ФИО8

Допрошенный свидетель ФИО16 поясняла, что с ДД.ММ.ГГГГ по трудовому договору работает на ИП ФИО8, ранее занимала должность швеи, в настоящее время заведующая производством. ФИО14 посещал предприятие с середины ДД.ММ.ГГГГ, находился на работе не каждый день. ФИО14 располагался в административном здании на втором этаже. ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 передавал ей журнал инструктажа, просил, чтоб в нем все расписались. Также пояснила, что ей известно о том, что ФИО14 не был принят на работу, её вызвал ФИО8 и сообщил о том, что ФИО14 не вышел на работу, не предоставил документы для трудоустройства, так как хочет работать по условиям гражданско-правового договора. Кроме того, указала, что на предприятии заработная плата перечисляется только на банковскую карту, иного способа получения заработной платы не имеется.

Свидетель ФИО15 поясняла, что с ДД.ММ.ГГГГ работает на ИП ФИО8, занимает должность административного менеджера, организует работу отдела, работает с программным обеспечением С-1. ДД.ММ.ГГГГ на интернет портале НН.RU размещала объявление о поиске сотрудника в ИП ФИО8, на которое откликнулся ФИО14, после чего они созвонились и она передала его номер телефона ФИО8, который проводил собеседование с ФИО14 в феврале 2024 года, в ходе которого были достигнуты договоренности о работе ФИО14 у ИП ФИО8 Свидетель делала визитки ФИО14, видела его во второй половине февраля 2024 года, в марте 2024 года не видела, встречалась с ним точечно. Не отрицала, что однократно расписывалась в журнале, который ей передавала ФИО16 Также пояснила, что должность юриста на предприятии отсутствовала, должность менеджера по персоналу появилась только ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ со слов ФИО8 ей известно о том, что ФИО14 будет трудоустроен в качестве менеджера по персоналу, однако в последующем стало известно о том, что ФИО14 не принес документы для трудоустройства. ДД.ММ.ГГГГ по просьбе ФИО8 подписала акт о заключении с ФИО14 иного договора. Подтвердила, что заработная плата на предприятии наличными денежными средствами никогда не выплачивалась, перечисляется на банковскую карту.

Разрешая спор и отказывая ФИО14 в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, пояснения допрошенных свидетелей, пришел к выводу о том, что после заключения трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ истец отказался от исполнения обязанностей по трудовому договору, согласился выполнять работу согласно гражданско-правовых отношений, получая оплату по факту её исполнения. Также указал о пропуске установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, поскольку доказательств, свидетельствующих об обстоятельствах, препятствующих истцу своевременно обратиться в суд с исковыми требованиями и подтверждающих наличие уважительных причин пропуска срока не представлено. Установив вышеизложенные обстоятельства, суд первой инстанции также пришел к выводу об отказе в удовлетворении производных требований ФИО14 о взыскании заработной платы и компенсации морального вреда.

С такими выводами суда первой инстанции в целом не может согласиться судебная коллегия, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам по делу, а также основаны на неверном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения сторон, ввиду нижеследующего.

Согласно части первой статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (часть 1 статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации).

В целях регулирования трудовых отношений по смыслу положений части 5 статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации работодателями - физическим лицами являются, в том числе физические лица, зарегистрированные в установленном порядке в качестве индивидуальных предпринимателей и осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица.

Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом (часть первая статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

В части первой статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном объеме выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 303 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что при заключении трудового договора с работодателем - физическим лицом работник обязуется выполнять не запрещенную названным кодексом или иными федеральным законом работу, определенную этим договором (часть первая статьи 303 Трудового кодекса Российской Федерации).

В письменный трудовой договор в обязательном порядке включаются все условия, существенные для работника и для работодателя (часть вторая статьи 303 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель - физическое лицо обязан: оформить трудовой договор с работником в письменной форме; уплачивать страховые взносы и другие обязательные платежи в порядке и размерах, которые определяются федеральными законами; оформлять страховые свидетельства государственного пенсионного страхования для лиц, поступающих на работу впервые (часть третья статьи 303 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (часть первая статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник обязан приступить к исполнению трудовых обязанностей со дня, определенного трудовым договором (часть вторая статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если в трудовом договоре не определен день начала работы, то работник должен приступить к работе на следующий рабочий день после вступления договора в силу (часть третья статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если работник не приступил к работе в день начала работы, установленный в соответствии с частью второй или третьей статьи 61 названного Кодекса, то работодатель имеет право аннулировать трудовой договор. Аннулированный трудовой договор считается незаключенным. Аннулирование трудового договора не лишает работника права на получение обеспечения по обязательному социальному страхованию при наступлении страхового случая в период со дня заключения трудового договора до дня его аннулирования (часть четвертая статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Исходя из приведенных положений трудового законодательства к характерным признакам трудовых отношений, в том числе трудовых отношений работников, работающих у работодателей - физических лиц, зарегистрированных в установленном порядке в качестве индивидуальных предпринимателей и осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя, подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы, обеспечение работодателем условий труда, выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

По общему правилу, трудовые отношения работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющимися индивидуальными предпринимателями) возникают на основании трудового договора, заключенного в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя, в том числе на работодателя - физическое лицо.

Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При этом работник обязан приступить к исполнению трудовых обязанностей со дня, определенного трудовым договором.

Следовательно, одним из основных признаков возникновения трудовых отношений является выполнение работником трудовой функции. Факт заключения трудового договора свидетельствует о возникновении между сторонами правоотношений по трудоустройству, которые предшествуют непосредственно трудовым отношениям и заканчиваются, когда работник приступил к выполнению трудовой функции.

Таким образом, работодатель вправе принять решение об аннулировании трудового договора, вследствие чего трудовой договор считается незаключенным, только в случае, если работник не приступил к работе в день начала работы, указанный в трудовом договоре, а если день начала работы в трудовом договоре не определен, то если работник не приступил к работе на следующий рабочий день после вступления трудового договора в силу.

По смыслу взаимосвязанных положений статей 15, 16, 56, 61, части второй статьи 67, статьи 303 Трудового кодекса Российской Федерации, если с работником оформлен трудовой договор в письменной форме и работник приступил к работе, наличие трудового правоотношения презюмируется, в связи с чем доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. Поскольку возможность аннулирования работодателем трудового договора закон связывает с тем, что работник не приступил к исполнению трудовых обязанностей в день начала работы, сам факт аннулирования трудового договора нельзя рассматривать в качестве доказательства того, что работник не приступил к работе. При этом работодатель, заключивший с работником в письменной форме трудовой договор, и принявший решение об аннулировании трудового договора с работником, должен представить доказательства, подтверждающие, что работник не приступил к исполнению своих трудовых обязанностей в день начала работы. При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности относятся письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи.

Однако суд первой инстанции, отказывая ФИО14 в удовлетворении исковых требований к ИП ФИО8, вследствие неправильного толкования приведенных норм материального права, а также неправильного распределения бремени доказывания имеющих значение для дела обстоятельств, при наличии заключенного между истцом и ответчиком в письменной форме трудового договора, неправомерно возложил на истца обязанность по доказыванию факта трудовых отношений, а также, нарушив правила о допустимости доказательств, пришел к ошибочному выводу о том, что истцом не представлено допустимых доказательств нарушения его прав неправомерными действиями ответчика.

В силу положений статей 67, 71, 195 - 198 ГПК РФ суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении является проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом. В противном случае нарушаются задачи и смысл гражданского судопроизводства, установленные статьей 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Эти требования процессуального закона, как усматривается из текста обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции при разрешении спора по иску ФИО14 к ИП ФИО8 выполнены не были.

Согласно материалам дела, между ФИО14 и ИП ФИО8 в письменной форме был заключен трудовой договор, в котором определена дата начала его действия - ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ ИП ФИО8 издан приказ о приеме ФИО14 на работу с ДД.ММ.ГГГГ на должность менеджера по персоналу; заключением комплексной судебной почерковедческой экспертизы и технической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ проведенной экспертами Федерального бюджетного учреждения Южный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации подтверждается, что подписи от имени ФИО8 расположенные в строке «работодатель» на 1-6 листах и в разделе «12. Реквизиты и подписи сторон» в графе «работодатель» на 6-ом листе трудового договора с менеджером по персоналу от 1 марта 2024 года выполнены ФИО8 (вопрос №); подпись от имени ФИО8 и запись «ФИО8» расположенные в строке «руководитель организации Индивидуальный предприниматель» приказа (распоряжения) № 12 о приеме работника на работу от 12 февраля 2024 года выполнены ФИО8 (вопрос №) (том 3 л.д. 4-20).

В материалах дела также имеется скриншот банковского перевода от ДД.ММ.ГГГГ в 12.27 часов о перечислении 50 000 рублей, с указанием категории перевода: финансовые услуги на имя Ш-Х Мария М., как подтверждал ФИО14 в суде первой инстанции и не отрицал представитель ответчика в судебном заседании суда апелляционной инстанции данный перевод осуществлен ИП ФИО8 на банковскую карту «гражданской супруги» ФИО14 в качестве оплаты за выполненную работу у ИП.

Переписка в мессенджере между ФИО14 и Рустем Муратов за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из содержания которой в том числе следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 просил ФИО8 немного раньше отлучиться с работы, на что последний ответил «Ок»; ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 просил ФИО8 находиться не постоянно на рабочем месте, а только когда есть люди или по документам нужно что-то сделать, на что последний также не возражал; ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 просил ФИО8 о получении расчетных денег и переводе их на карту супруги по номеру телефона телефон изъят Широких М., содержание которой представителем ответчика в судебном заседании суда апелляционной инстанции не опровергнуто; то есть после издания ИП ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ) приказа об аннулировании трудового договора с ФИО14

Также показания свидетеля ФИО16 подтверждают нахождение ФИО14 на работе в марте 2024 года, передачу ей для подписи и подписи иными сотрудника журнала инструктажа, рабочего места ФИО14 на втором этаже в административном здании работодателя; показания свидетеля ФИО15 подтверждают размещение на интернет портале HH.RU вакансии, отзыву на вакансию ФИО14, о собеседовании проведенном в феврале 2024 года ФИО8 с ФИО14, о наличии в ИП ФИО8 с январе 2024 года вакантной должности менеджера по персоналу, намерении ФИО8 с ДД.ММ.ГГГГ трудоустроить ФИО14, изготовление на имя ФИО14 визиток.

Представление прокуратуры города Евпатории Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ в адрес индивидуального предпринимателя ФИО8 об устранении нарушений законодательства в сфере оплаты труда в отношении работника ФИО14 (том 1 л.д. 130-131).

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 обратился в Инспекцию по труду Республики Крым с заявлением о проведении проверки соблюдения действующего трудового законодательства в деятельности ИП ФИО8, фальсификации документов, которыми были нарушены его трудовые права, а именно издание приказа от ДД.ММ.ГГГГ об аннулировании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ (том 3 л.д. 104-107). Ответом Инспекции по труду Республики Крым № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 рекомендовано обратиться за разрешением спора в суд (том 3 л.д. 131-133).

Между тем, в решении суда не приведены мотивы, по которым данные доказательства были отвергнуты судом первой инстанции, а также мотивы, по которым приказу ИП ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ об аннулировании трудового договора с ФИО14 как доказательству, подтверждающему отсутствие между ФИО14 и ИП ФИО8 трудовых отношений ввиду согласования между сторонами гражданско-правовых отношений, отдано предпочтение перед другими доказательствами, что привело к тому, что право ФИО14 на справедливую, компетентную полную и эффективную судебную защиту было существенно ущемлено.

Судебная коллегия, оценив представленные в материалы дела письменные доказательства, в том числе показания свидетелей ФИО16 и ФИО15 приходит к выводу о том, что после заключения письменного трудового договора ДД.ММ.ГГГГ, ФИО14 с ДД.ММ.ГГГГ приступил к выполнению трудовой функции по должности менеджер по персоналу с ведома и по поручению работодателя ИП ФИО8 При этом доказательств, подтверждающих отсутствие ФИО14 на рабочем месте после ДД.ММ.ГГГГ; отказе от выполнения возложенных трудовым договором обязанностей материалы дела не содержат, представитель ответчика таковые при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не приводил.

В ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции стороной ответчика не опровергнуто, что между истцом и ответчиком имелись именно трудовые отношения, а не гражданско-правовые отношения как на том настаивала сторона ответчика, с позицией которой согласился суд первой инстанции, в том числе и представленными новыми доказательствами по делу принятыми и приобщенными судебной коллегией в материалы настоящего гражданского дела, такими как: табели учета рабочего времени за февраль-март 2024 года, в которых отсутствуют сведения о работнике ФИО14 менеджер по персоналу.

Поскольку работодатель вправе принять решение об аннулировании трудового договора, вследствие чего трудовой договор считается незаключенным, только в случае, если работник не приступил к работе в день начала работы, указанный в трудовом договоре (часть 4 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации), при этом таких обстоятельств из материалов дела не следует, судебная коллегия приходит к выводу о том, что у ИП ФИО8 отсутствовали правовые основания для издания приказа от ДД.ММ.ГГГГ «О признании трудового договора, заключенного ДД.ММ.ГГГГ с ФИО14 о приеме его на должность менеджера по работе с персоналом в ИП ФИО8 недействительным (незаключённым)», в связи с этим, такой приказ является незаконным и подлежит отмене.

Судебная коллегия также признает ошибочными выводы суда первой инстанции о пропуске истцом срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

В данном случае, доказательств подтверждающих вручение ФИО14 копии приказа от ДД.ММ.ГГГГ об аннулировании трудового договора ответчик не представил, о наличии такого приказа ФИО14 стало известно лишь после его обращений в правоохранительные органы, органы прокуратуры с соответствующими заявлениями о нарушении трудовых прав связанных с невыплатой заработной платы, и последующим обращением ДД.ММ.ГГГГ в Инспекцию по труду Республики Крым с заявлением о проведении проверки соблюдения действующего трудового законодательства в деятельности ИП ФИО8, фальсификации документов, которыми были нарушены его трудовые права, а именно издание приказа от ДД.ММ.ГГГГ об аннулировании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, срок обжалования приказа об аннулировании трудового договора истцом не пропущен.

Между тем, с учетом имеющегося письменного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ заключенного между работником и работодателем; приказа ИП ФИО8 № от ДД.ММ.ГГГГ о принятии ФИО14 на работу с ДД.ММ.ГГГГ на должность менеджера по персоналу судебная коллегия не находит оснований для признания началом выполнения ФИО14 трудовых обязанностей у ИП ФИО8 с ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем требования ФИО14 в указанной части удовлетворению не подлежат.

Разрешая требования истца о взыскании задолженности по заработной плате, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы, при этом в силу ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика в его пользу заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 550 000 рублей, исходя из размера заработной платы за выполнение трудовых обязанностей по должности менеджер по персоналу в размере 80 000 рублей в месяц, а также доплаты за выполнение работником, без освобождения от основной работы, функций юриста и специалиста по охране труда на производстве, в размере 20 000 рублей, то есть из расчета 100 000 рублей ежемесячно, в соответствии с п. 3.1 трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ.

Определяя размер задолженности по заработной плате, судебная коллегия исходит из того, что с ДД.ММ.ГГГГ между работником ФИО14 и работодателем ИП ФИО8 заключен трудовой договор, пунктом 3.1 которого было предусмотрено, что за выполнение трудовых обязанностей работнику устанавливается должностной оклад в размере 80 000 рублей в месяц, а также дополнительно работодателем выплачиваются доплаты за выполнение работником, без освобождения от своей основной работы, функций юриста и специалиста по охране труда на производстве, в размере 20 000 рублей (том 1 л.д. 12-17).

При этом, приказом ИП ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ № о приеме ФИО14 на работу с ДД.ММ.ГГГГ на должность менеджер по персоналу, размер должностного оклада работника установлен 80 000 рублей (том 1 л.д. 18). Приказов о совмещении должностей и определения иного размера оплаты труда материалы дела не содержат, как и не содержат сведений о выполнении ФИО14 обязанностей юриста и специалиста по охране труда на производстве.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 уведомил ИП ФИО8 о приостановлении работы с ДД.ММ.ГГГГ на основании статьи 142 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с неисполнением работодателем обязанностей по выплате заработной платы (том 1 л.д. 124, том 2 л.д. 158).

Скриншотом банковского перевода от ДД.ММ.ГГГГ в 12.27 часов подтверждается о перечислении 50 000 рублей с указанием категории перевода: финансовые услуги на имя Ш-Х Мария М. (том 3 л.д. 80), как подтверждал ФИО14 в суде первой инстанции и не отрицал представитель ответчика в судебном заседании суда апелляционной инстанции данный перевод осуществлен ИП ФИО8 на банковскую карту «гражданской супруги» ФИО14 в качестве оплаты за выполненную работу у ИП.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 вновь уведомил ИП ФИО8 о временном прекращении своей трудовой деятельности и не выходе на работу с ДД.ММ.ГГГГ на основании статьи 142 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с неисполнением работодателем обязанностей по выплате заработной платы (том 2 л.д. 50, том 2 л.д. 157).

Соответственно, сумма задолженность по заработной плате ИП ФИО8 перед ФИО14 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, составит 110 000 рублей (исходя из размера заработной платы 80 000 рублей ежемесячно х 2 месяца работы – 50 000 рублей произведенная ИП ФИО8 оплата труда ФИО14).

Положениями ст. 142 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатель и (или) уполномоченные им в установленном порядке представители работодателя, допустившие задержку выплаты работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несут ответственность в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами. В случае задержки выплаты заработной платы на срок более 15 дней работник имеет право, известив работодателя в письменной форме, приостановить работу на весь период до выплаты задержанной суммы.

В период приостановления работы работник имеет право в свое рабочее время отсутствовать на рабочем месте.

На период приостановления работы за работником сохраняется средний заработок.

С учетом установленных по делу обстоятельств, а именно: приостановление ФИО14 работы у ИП ФИО8 в связи с имеющейся задержкой выплаты заработной платы, согласно уведомлениям ФИО14 от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, средний заработок ФИО14 за период приостановления работы у ИП ФИО8 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, составит 812 306,88 рублей (средний дневной заработок 2 051,28 рублей (80 000 рублей ? 39 дней = 2 051,28 рублей) х 396 дней (количество дней в периоде, подлежащим оплате с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ день принятия судебного акта)).

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснений, изложенных в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку в ходе судебного разбирательства по делу нашло свое подтверждение нарушение трудовых прав истца, связанных с незаконным аннулированием приказа о приеме на работу ФИО14, невыплатой заработной платы, судебная коллегия, руководствуясь вышеприведенными положениями действующего законодательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, с учетом объема и характера причиненных истцу нравственных страданий, а также степени вины работодателя, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу ФИО14 в счет компенсации морального вреда 10 000 рублей, которая, по мнению судебной коллегии, с учетом вышеприведенных обстоятельств, будет достаточной компенсацией.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленном истцом размере, с учетом вышеприведенных обстоятельств, судебная коллегия не усматривает.

В порядке ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит возмещению государственная пошлина в размере 15 423,07 рублей (исходя из удовлетворенной судебной коллегий требований, в том числе с учетом возмещения морального вреда).

Поскольку судом первой инстанции при вынесении обжалуемого решения допущено неверное толкование и неправильное применение норм материального права, регулирующих возникшие по делу правоотношения, неправильно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу об отмене данного решения с вынесением нового решения о частичном удовлетворении заявленных ФИО14 требований.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Евпаторийского городского суда Республики Крым от 1 августа 2025 года отменить.

Принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО14 удовлетворить частично.

Признать незаконным и отменить приказ Индивидуального предпринимателя ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ «О признании трудового договора, заключенного ДД.ММ.ГГГГ с ФИО14 о приеме его на должность менеджера по работе с персоналом в ИП ФИО8 недействительным (незаключённым)».

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО8 <данные изъяты>) в пользу ФИО14 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт № №, выдан ДД.ММ.ГГГГ Зимовниковским РОВД Ростовской области, №; адрес проживания: <адрес> задолженность по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 110 000 рублей, средний заработок за период приостановления работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 812 306,88 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, а всего сумму в размере 932 306,88 рублей.

В удовлетворении иной части исковых требований отказать.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО8 <данные изъяты> в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 15 423,07 рублей.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18 декабря 2025 года.

Председательствующий судья ФИО5

Судьи: ФИО11