Признание права собственности в порядке наследования

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е

О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

09 марта 2023 года судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего – судьи ФИО14,

судей: ФИО7,

ФИО9,

при секретаре ФИО15,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца ФИО10,

представителя ответчика ФИО2 – ФИО13,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Симферополе гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, Администрации Октябрьского сельского поселения Красногвардейского района Республики Крым о признании права собственности на квартиру в порядке наследования, признании договора дарения квартиры недействительным и применении последствий недействительности сделки, третьи лица: ФИО5, в лице законного представителя ФИО6, ФИО4; нотариус Красногвардейского районного нотариального округа Нотариальной палаты Республики Крым ФИО3; Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Красногвардейского районного суда Республики Крым от 13 сентября 2022 года,

у с т а н о в и л а:

в марте 2019 года ФИО1 обратился в суд с иском к Администрации Октябрьского сельского поселения Красногвардейского района Республики Крым о признании права собственности на квартиру в порядке наследования, мотивируя свои требования тем, что 26.04.2018 умер его отец ФИО5, в собственности которого находилась квартира. Наследодателем при жизни был утерян оригинал правоустанавливающего документа на квартиру. Нотариусом отказано истцу в выдаче свидетельства о наследстве по закону ввиду отсутствия оригинала свидетельства. Просил суд включить в наследственную массу оставшуюся после смерти ФИО5, умершего 26.04.2018, квартиру по адресу: <адрес>, общей площадью 54,8 кв.м., кадастровый номер: №, и признать право собственности за ФИО1 на указанную квартиру в порядке наследования. Уточнив исковые требования, просил включить в наследственную массу оставшуюся после смерти ФИО5 квартирц по адресу: <адрес>, общей площадью 54,8 кв.м., кадастровый номер: №, признать право собственности за ФИО1 на указанную квартиру в порядке наследования, признать недействительной доверенность от 22.12.2016, выданную от имени ФИО5 на ФИО11 и ФИО8 с правом оформления договора дарения спорной квартиры, признать недействительным договор дарения от 16.02.2017 и применить последствия недействительности ничтожных сделок (т. 2 л.д. 62-63).

Решением Красногвардейского районного суда Республики Крым от 13 сентября 2022 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

В обоснование апелляционной жалобы, ФИО1, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, неверное определение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. Указывает, что принятое решение суда является незаконным и необоснованным по имеющимся в деле доказательства, не исследованным судом. Суд, невзирая на наличие в деле надлежащих доказательств, указал, что истцом не представлено доказательств нарушения требований закона, являющихся основанием для признания сделки недействительной. По мнению суда, не представлено и доказательств, что при оформлении договора дарения, ФИО5 действовал под влиянием обмана либо заблуждения, имел намерения заключить иную сделку.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения истца и его представителя, поддержавших апелляционную жалобу, пояснения представителя ответчика, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия пришла к выводу, что апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Судом установлено, что ФИО5 являлся, собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес> согласно свидетельству о праве собственности на жилье от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированному 20.12.1999 в Джанкойском БТИ под реестровым номером №.

22.12.2016 ФИО5 нотариально удостоверенной доверенностью уполномочил ФИО11 и ФИО8 быть его представителями в компетентных органах по вопросам постановки на кадастровый учет и регистрации права собственности, перехода права собственности на принадлежащее ему недвижимое имущество - квартиру по адресу: <адрес>, с правом оформления договора дарения недвижимости на ФИО2

Согласно заключению судебной экспертизы от 29.04.2022 № 636, у ФИО5 в момент подписания доверенности 22.12.2016 какого-либо тяжелого психического расстройства (слабоумия, хронического психического расстройства, временного психического расстройства) не выявлялось, выявлялось органическое эмоционально-лабильное астеническое) расстройство вследствие других заболеваний, что не препятствовало ему понимать значение своих действий и руководить ими.

16.02.2017 ФИО8, действуя по доверенности от имени и в интересах ФИО5 (даритель), и ФИО2 (одаряемая) заключили договор дарения, согласно которому даритель безвозмездно передал в собственность одаряемой принадлежащую ему квартиру общей площадью 51,8 кв.м, по адресу: <адрес> кадастровый номер №.

03.03.2017 право собственности на спорную квартиру зарегистрировано за ФИО2

26.04.2018 ФИО5 умер.

Принимая во внимание, что ФИО5, выдачей доверенности представителю с правом заключения сделки дарения квартиры ФИО2, подтверждал свое намерение подарить квартиру последней, длительный период времени с момента выдачи доверенности и до своей смерти переход права собственности не оспаривал, суд пришел к выводу, что спорная квартира выбыла из владения ФИО5 по его воле и ему об этом было достоверно известно.

Из наследственного дела № 400/2018 следует, что наследником умершего ФИО5 является его сын ФИО1

Оспаривая договор и требуя признания права собственности за собой на наследуемое имущество, истец ссылался на ничтожность договора ввиду отсутствия у ФИО5 намерения дарить квартиру, заблуждения последнего относительно природы сделки и ее последствий, обмана со стороны ответчика ФИО2, а также на притворность оспариваемой сделки, поскольку под сделкой скрыт договор ренты. Указывал, что фактически между сторонами был заключен договор пожизненного содержания с иждивением (ренты), который прикрыт (оформлен) договором дарения.

В ходе судебного разбирательства истец, ссылался на то, что квартиру ФИО5 ФИО2 не дарил, а между ними был заключен договор пожизненного содержания с иждивением, так как ответчик должна была ухаживать за ним, помогать в физическом и материальном плане, то есть договор дарения был заключен под условием наличия встречного обязательства.

Из объяснений ФИО2 и ФИО12 следует, что уход за умершим осуществлялся до оформления договора дарения безвозмездно и ФИО5 сам предложил оформить договор дарения спорной квартиры.

На листе 2 заключения посмертной экспертизы и в характеристике участкового Сиваевского (т.3 л.д. 247) указано, что из материала проверки КУСП ОМВД России по Красногвардейскому району № 4666 от 25.04.2018 следует, что ФИО5 проживал один, уход за ним осуществляла по устной договоренности ФИО2 примерно с ноября 2016 года до дня смерти ФИО5

В судебных прениях представитель ответчика ФИО2 - адвокат ФИО13 указывает, что при подаче искового заявления о признании права собственности на квартиру в порядке наследования ФИО1 указал (т. 1 л.д. 2), что ФИО5 при жизни потерял оригинал правоустанавливающего документа на квартиру, чем объяснил их отсутствие, (хотя при этом знал, что документы находятся у ФИО2 и скрыл от суда сведения, что квартира имеет 2 кадастровых номера, находится в собственности ФИО2), в связи с чем суд не привлек к участию в рассмотрении дела ФИО2 и она не знала о данном судебном рассмотрении, так как никто ей об этом не сообщал. Несмотря на наличие у ФИО2 не оспоренных документов о ее зарегистрированном праве собственности на квартиру, истец ФИО1 вместе со своими родственниками завладел данной квартирой и сдавал ее в найм квартирантам. Затем ФИО1 в короткое время после оформления квартиры в собственность подарил ее своей внучке.

Все свидетели были вызваны и допрошены по ходатайству истца и подтвердили доводы ФИО2, которой ФИО5 добровольно, по своей инициативе подарил квартиру. Указанное подтверждается и иными доказательствами, имеющимися в материалах настоящего дела.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что в соответствии с пунктом 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

В силу ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

Согласно пункту 2 статьи 218 ГК РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2 статьи 223 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 420 ГК РФ, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

На основании пункта 1 статьи 185 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Пунктом 1 статьи 971 ГК РФ установлено, что по договору поручения одна сторона (поверенный) обязуется совершить от имени и за счет другой стороны (доверителя) определенные юридические действия. Права и обязанности по сделке, совершенной поверенным, возникают непосредственно у доверителя.

В силу абзаца 4 статьи 974 ГК РФ поверенный обязан передавать доверителю без промедления все полученное по сделкам, совершенным во исполнение поручения.

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (пункт 1 статьи 432 ГК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Договор дарения недвижимого имущества должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации (статья 574 ГК РФ).

На основании положений ч. 8 ст. 2 Федерального закона от 30.12.2012 № 302 ФЗ (ред. от 04.03.2013) «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», правила о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащиеся в ст. ст. 558, 560, 574, 584 ГК РФ, не подлежат применению к договорам, заключаемым после дня вступления в силу этого Федерального закона, т.е. к договорам, заключенным после 1 марта 2013 года, учитывая, что договор дарения заключен 16.02.2017, правила обязательной регистрации сделки не применяются.

В соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу ч. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Обман представляет собой умышленное введение другой стороны в заблуждение с целью вступить в сделку. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего, не соответствующие действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих для заключения сделки.

Как разъяснено в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Положениями ст. 178 ГК РФ установлено, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Поскольку сделка может быть признана недействительной только по основаниям и с предусмотренными законом последствиями, суд обязан установить наличие обстоятельств, с которыми закон связывает признание сделки недействительной и наступление определенных юридических последствий, а на истца в соответствии со ст. 56 ГПК РФ возложена обязанность доказать юридически значимые обстоятельства в рамках возникшего спора.

Часть первая статьи 56 ГПК РФ, в соответствии с которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, направлена на реализацию принципа состязательности и равноправия сторон при осуществлении правосудия, выступает процессуальной гарантией правильного рассмотрения и разрешения подведомственных судам общей юрисдикции дел.

Вопреки доводам жалобы, суд правомерно исходил из того, что между сторонами договора дарения жилого помещения были достигнуты соглашения по всем существенными условиям такового, в том числе о его предмете. Оснований полагать, что ФИО5 заблуждался в отношении природы сделки не имеется, поскольку относимыми и допустимыми доказательствами данные утверждения не подтверждены.

Не имеется в материалах дела достаточной совокупности относимых, допустимых доказательств, в подтверждение доводов о том, что ФИО5 заблуждался в отношении лица, с которым вступал в сделку, а его волеизъявление на заключение оспариваемого договора было сформировано под влиянием обмана со стороны ответчика и введения в заблуждение путем предоставления недостоверной, заведомо ложной информации.

Рассматривая иск о признании недействительным договора дарения, совершенного гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (п. 1 ст. 177 ГК РФ), суд должен установить, имели ли место указанные обстоятельства на момент заключения договора. Если при заключении договора гражданин осознавал значение своих действий, мог руководить ими и не был признан недееспособным, а доказательств обратного суду не представлено, нет оснований для признания заключенного им договора недействительным, так как его права и охраняемые законом интересы нарушены не были.

Волеизъявление ФИО5 на заключение договора дарения квартиры соответствовало в момент заключения договора его действительной воле, действия ФИО5 свидетельствуют о намерении заключить, именно, договор дарения квартиры, а не договор ренты с содержанием.

При рассмотрении дела доказательств обратного суду не представлено.

На основании изложенного суд пришел к правильному выводу об отсутствии правовых оснований, предусмотренных действующим законодательством, для признания сделки недействительной в соответствии со ст. ст. 178, 179 ГК РФ и применения последствий недействительности сделки.

Ссылка истца на нарушение оспариваемой им сделкой его наследственных прав является несостоятельной, поскольку как при заключении договора дарения, так и договора ренты, даритель или получатель ренты утрачивает право собственности на отчужденное по договору имущество, в связи с чем, оно не может быть включено в наследственную массу, оставшуюся после смерти лица.

Судебная коллегия не принимает доводы апелляционной жалобы, поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 170 ГПК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Статьей 601 ГК РФ предусмотрено, что по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).

К договору пожизненного содержания с иждивением применяются правила о пожизненной ренте, если иное не предусмотрено правилами настоящего параграфа.

Таким образом, в случае признания договора дарения притворной сделкой, к сделке, заключенной между ФИО5 и ФИО2 подлежали бы применению правила ст. 601 ГК РФ, что не повлекло бы включения спорного имущества в наследственную массу.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции правильно определены правоотношения, возникшие между сторонами по настоящему делу, а также закон, подлежащий применению, правильно определены и в полном объеме установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, правильно распределено между сторонами бремя доказывания указанных обстоятельств. Доводам сторон и представленным ими доказательствам дана надлежащая правовая оценка в их совокупности, а также в совокупности с установленными фактическими обстоятельствами.

В целом доводы апелляционной жалобы, по своей сути, повторяют основания заявленных исковых требований, не опровергают выводов суда, были предметом исследования и оценки судом первой инстанции, необоснованность их отражена в судебном решении с изложением соответствующих мотивов, не согласиться с которыми оснований не имеется.

При таких обстоятельствах, решение суда является законным и обоснованным, оснований к его отмене не усматривается.

Учитывая обстоятельства, установленные судебной коллегией в ходе проверки законности и обоснованности обжалуемого судебного постановления, оснований к удовлетворению апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 327, 328, 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым,

о п р е д е л и л а:

решение Красногвардейского районного суда Республики Крым от 13 сентября 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено в окончательной форме 10 марта 2023 года.

Судьи: