Признание недействительным отказа от наследства

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 15 января 2020 г. по делу № 33-611/2020 (№ 2-1091/2019)

Уникальный идентификатор дела: 91RS0004-01-2019-001190-07

Судья в 1-й инстанции ФИО30

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего судьи

судей

при секретаре судебного заседания

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Симферополе по докладу судьи ФИО36 гражданское дело по исковому заявлению ФИО26 к ФИО27 о признании недействительными заявлений об отказе от наследства и от обязательной доли в наследстве,

по апелляционной жалобе ФИО26 на решение Алуштинского городского суда Республики Крым от 25 сентября 2019 года, которым в удовлетворении иска отказано,-

у с т а н о в и л а:

04 июля 2019 года ФИО26 обратилась в суд с иском к ФИО27 с требованиями:

о признании недействительным заявления ФИО24 об отказе от принятия наследства после смерти ФИО25 в пользу ФИО5, удостоверенное 21.01.2013 года заместителем сельского головы по вопросам деятельности исполнительных органов Малореченского сельского совета города Алушта ФИО6;

признании недействительным заявления ФИО24 об отказе от принятия обязательной доли в наследстве после смерти ФИО25 в пользу ФИО5, удостоверенное 21.01.2013 года заместителем сельского головы по вопросам деятельности исполнительных органов Малореченского сельского совета города Алушта ФИО6.

Заявленные требования мотивированы тем, что ФИО26 является законным наследником первой очереди после смерти ФИО24, умершего 06.02.2018 года. По мнению истца, после смерти наследодателя ей должно принадлежать право собственности на <адрес> (в целом) в жилом <адрес>, а также право собственности на 1/4 долю в <адрес> жилом <адрес>. Однако нотариусом ФИО32 частично было отказано в оформлении вышеуказанных наследственных прав со ссылкой на заявления ФИО24 от 21.01.2013 года об отказе от принятия наследства и об отказе от обязательной доли в наследстве, оставшегося после смерти предыдущей жены наследодателя ФИО25, в пользу ФИО23 (ФИО5) Д.Ю. В связи с чем, она была вынуждена обратиться в суд с данным иском.

Решением Алуштинского городского суда Республики Крым от 25 сентября 2019 года в удовлетворении иска ФИО26 отказано.

Не согласившись с таким решением суда первой инстанции, ФИО26 24 октября 2019 года подала апелляционную жалобу, в которой по доводам, изложенным в ней, просила отменить решение Алуштинского городского суда Республики Крым от 25 сентября 2019 года, а заявленные исковые требования удовлетворить.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в том числе публично, путём размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Верховного Суда Республики Крым.

В судебном заседании апелляционной инстанции истец ФИО26 и её представитель ФИО33 просили решение суда первой инстанции отменить по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, и принять новое решение, которым заявленные исковые требования удовлетворить полностью.

Ответчик ФИО27 и её представитель ФИО35 просили решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении слушания по делу не подали.

Заслушав доклад судьи ФИО36, проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, признав возможным рассмотрение дела при имеющейся явке, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 2 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Оспариваемый судебный акт указанным требованиям соответствует.

Так, из представленной в материалы дела копии наследственного дела № 19/2016, открытого 01 марта 2016 года после смерти ФИО25 следует, что ФИО25 умерла 29.07.2012 года (лист дела 48).

В материалах наследственного дела имеется завещание ФИО29, удостоверенное 24 февраля 2009 года <данные изъяты> секретарем исполнительного комитета Малореченского сельского совета города Алушта АР Крым Украины, зарегистрированное в реестре под № 4, согласно которому ФИО25 на случай своей смерти сделала завещательное распоряжение: ? часть квартиры, расположенной по адресу: <данные изъяты>, завещала ФИО37, 1980 года рождения (лист дела 58).

К нотариусу с заявлениями о принятии наследства после смерти ФИО25 обратились: <данные изъяты>. – внучка наследодателя в порядке наследования по закону, ФИО19 – внук наследодателя в порядке наследования по закону и ФИО27 в порядке наследования по закону и по завещанию. В то же время ФИО20 обратилась с заявлением, в котором отказалась от принятия наследства после смерти ФИО25 в пользу Полыновской (Кретовой) Д.Ю.; ФИО24 (супруг наследодателя, что следует из свидетельства о браке) поданы заявления, зарегистрированные в реестре: за № 51 от 29 января 2013 года, в котором он отказывается от принятия наследства после смерти ФИО25 в пользу Полыновской (Кретовой) Д.Ю.; за № 53 от 29 января 2013 года, в котором он отказывается от принадлежащей ему обязательной доли наследственного имущества, которое осталось после смерти ФИО25 (листы дела 49-57).

Заявления ФИО24 об отказе от обязательной доли в наследстве и об отказе от наследства по его поручению, в связи с проблемами зрения (инвалид 1 группы по зрению), подписаны ФИО34 и удостоверено заместителем сельского головы по вопросам деятельности исполнительных органов Малореченского сельского совета города Алушта ФИО6, в присутствии самого ФИО24 (лист дела 56-57).

В рамках оформления наследства после смерти ФИО25 нотариусом Алуштинского городского нотариального округа ФИО32 10 ноября 2016 года на имя:

- ФИО19 выдано свидетельство о праве на наследство по закону, согласно которому ФИО19 унаследовал 1/6 долю квартиры, расположенной по адресу: Республика Крым, <адрес>;

- <данные изъяты> выдано свидетельство о праве на наследство по закону, согласно которому <данные изъяты> унаследовала 1/6 долю квартиры, расположенной по адресу: Республика Крым, <адрес>.

Свидетельства о праве на наследство по закону или по завещанию на иных лиц не выданы.

ФИО24 умер 06.02.2018 года, в связи с чем, на время открытия наследства после его смерти, основания приобретения права на наследственное имущество, порядок его принятия, круг наследников определялся в соответствии с законодательством Российской Федерации (лист дела 107).

Также в материалы дела представлена копия наследственного дела № 14/2018, открытого 13 февраля 2018 года.

Как следует из материалов наследственного дела № 14/2018, открытого после смерти ФИО24, умершего 06.02.2018 года, усматривается, что единственным наследником по закону является его супруга ФИО26, с которой был заключён брак 27.12.2014 года (лист дела 113).

Согласно копии наследственного дела и ответа нотариуса ФИО32 от 10.12.2018 года на обращение ФИО26, 22.11.2018 года нотариусом на имя истца (ФИО26) выдано свидетельство о праве на наследство по закону на 1/2 долю в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: Республика Крым, <адрес>, принадлежащую ФИО24 на основании Свидетельства о праве собственности на жильё, выданного 24.05.2001 года Малореченским сельским советом. В выдаче свидетельства о праве на наследство по закону на оставшуюся 1/2 долю в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: Республика Крым, <адрес>, которая принадлежала ФИО25, умершей 29.07.2012 года, отказано, в связи с тем, что наследодатель – ФИО24 отказался от наследства после умершей ФИО25 по всем основаниям (листы дела 127,130).

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 1110, 1113, 1112, 1115, 1152-1155 Гражданского кодекса Российской Федерации, указав, что отказ от наследства относится к сделкам, направленным на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании.

Так, статьей 11 Федерального закона «О введении в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», в редакции Федерального закона от 26.07.2017 года № 201-ФЗ, в случае открытия наследства до 18.03.2014 года к отношениям по наследованию на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя применяются положения законодательства, действовавшего на территориях Республики Крым и города Федерального значения Севастополя до 18.03.2014 года.

В соответствии со статьей 1273 Гражданского кодекса Украины, действовавшего в 2013 году на момент отказа от принятия наследства, наследник по закону может отказаться от принятия наследства в течении срока, установленного для принятия наследства. Отказ от принятия наследства является безусловным и безоговорочным. Отказ от наследства может быть отозван в течении срока, установленного для его принятия.

Отказ от принятия наследства может быть признан судом недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 225, 229-231, 233 Гражданского кодекса Украины (часть 5 статьи 1274 Гражданского кодекса Украины). Аналогичные правовые основания недействительности сделок закреплены в параграфе 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу положений части 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Часть 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В силу пункта 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий её недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путём применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Принимая во внимание изложенное выше, коллегия судей в полной мере соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что в исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

Вместе с тем, истцом не указано право, защита которого будет обеспечена путём признания недействительными заявлений ФИО24 его прав на наследство после смерти ФИО25, с учётом того обстоятельства, что брак между ФИО26 и ФИО24 был заключен с 27.12.2014 года, а оспариваемые сделки – отказ от принятия наследства и отказ от принятия обязательной доли в наследстве после смерти ФИО25 имели место 21.01.2013 года.

Таким образом, коллегия судей находит обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что вопреки положениям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено доказательств нарушения её прав при совершении оспариваемых сделок от 21.01.2013 года, поскольку брак с ФИО24 ею заключён лишь 27.12.2014 года.

Доводы стороны истца о том, что при заключении сделки по завещательному отказу отсутствовала воля ФИО24 на данную сделку не нашли своего подтверждения в судебном заседании. Процессуальных нарушений при совершении указанной сделки судом так же не установлено.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам апелляционной жалобы, коллегия судей в полной мере соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что исковые требования ФИО26 о признании недействительными заявлений ФИО24 об отказе от принятия наследства и об обязательной доли наследства после смерти ФИО25 в пользу Кретовой (Полыновской) Д.Ю., удостоверенные 21.01.2013 года, не подлежат удовлетворению.

Одновременно, в суде первой инстанции, ответчиком и представителем ответчика заявлено о пропуске истцом срока исковой давности, предусмотренного частью 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно положений статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В силу положений статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале её исполнения.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как верно установил суд первой инстанции, из содержания искового заявления следует, что об оспариваемых заявлениях истцу стало известно 20.02.2017 года при подаче заявления нотариусу о принятии наследства.

Вместе с тем, согласно материалам гражданского дела № 2-1105/2017 по иску ФИО24 к ФИО27 и Администрации города Алушты о признании незаконным свидетельства о праве на наследство по завещанию, признании права собственности в порядке наследования по закону, ФИО26 участвовала в судах первой второй инстанции в качестве представителя истца по доверенности от 28.07.2016 года, и, как верно указал суд первой инстанции, ей на тот момент уже было известно об оспариваемых заявлениях ФИО24

Гражданское дело № 2-1102/2017 обозревалось судом первой инстанции (лист дела 177). Установленные судом первой инстанции обстоятельства доводами апелляционной жалобы не опровергаются.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Изложенное привело суд первой инстанции к выводу о том, что истец и представитель истца злоупотребляют своим правом. Коллегия судей находит такой вывод суда верным.

Кроме того, сделка, исполненная с нарушением требований закона или иного правого акта, по общему принципу считается оспоримой (абзац 1 пункта 73 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Следовательно, суд сделал верный вывод о том, что истец пропустила срок исковой давности для обращения в суд с требованием о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, который истёк 21.01.2014 года.

Согласно положениям статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности при условии, что одна из сторон заявила о применении исковой давности, является основанием для отказа в иске.

Заявление о пропуске истцом срока исковой давности сделано стороной ответчика (лист дела 175).

Мотивы отказа в удовлетворении иска достаточно полно изложены в решении суда, основаны на материалах дела и представленных сторонами доказательствах и являются правильными.

Не влияющим на законность судебного акта, принятого по данному делу, является и довод апеллянта о том, что у суда первой инстанции не было оснований для применения положений части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а именно, как полагает апеллянт суд не мог считать установленными обстоятельства, которые установлены решением Алуштинского городского суда Республики Крым от 07 сентября 2017 года.

Согласно части 2 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации кодекса обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В силу части 2 статьи 209 этого же кодекса после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении».

Приведенные положения процессуального закона и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации направлены на обеспечение обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений и законности выносимых судом постановлений в условиях действия принципа состязательности

Действительно, разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что решением Алуштинского городского суда Республики Крым от 07 сентября 2017 года, оставленным без изменения Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 25.12.2017 года, в удовлетворении исковых требований ФИО24 к ФИО27, Администрации города Алушты о признании незаконным свидетельства о праве на наследство по завещанию, признании права собственности в порядке наследования по закону, отказано.

Гражданское дело № 2-1102/2017 обозревалось судом первой инстанции (лист дела 177), суд счёл установленными обстоятельства по названному гражданскому делу.

Вместе с тем, установленные судом обстоятельства, в полном объёме подтверждаются представленными светокопиями наследственных дел, открытых после смерти ФИО25 (листы дела 45-105) и ФИО24 (листы дела 106-132), проверены коллегией судей, стороной истца по данному делу оспорены не были, доказательства обратного в материалы дела не представлены.

Иные доводы апелляционной жалобы повторяют основания заявленных исковых требований, однако эти доводы являлись предметом исследования суда первой инстанции, направлены на переоценку доказательств по делу, а потому не могут служить основанием к отмене состоявшегося судебного решения.

Учитывая изложенное, судебная коллегия считает, что суд первой инстанции при разрешении возникшего между сторонами спора правильно применил нормы материального и процессуального права, дал оценку всем представленным сторонами доказательствам по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поэтому решение суда соответствует требованиям статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Обжалуемое решение, постановленное в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба, которая не содержит предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения, - оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым,-

о п р е д е л и л а:

Решение Алуштинского городского суда Республики Крым от 25 сентября 2019 года, которым в удовлетворении иска отказано, оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО26 – без удовлетворения.

Председательствующий судья

Судьи

ФИО38ФИО28