Оспаривание завещания и договора дарения

Судья первой инстанции: ФИО20 УИД 91RS 0002-01-2020-003398-85

№ 2-139/2020

№ 33-3706/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 апреля 2021 года г. Симферополь

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего, судьи: ФИО30,

судей: ФИО21, ФИО22

при секретаре: ФИО23,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи ФИО30 гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО4, третьи лица: Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, Нотариус Симферопольского городского нотариального округа ФИО1, о признании недостойным наследником, отстранении от наследования по завещанию и по закону, признании недействительным договора дарения и завещания

по апелляционным жалобам представителя ФИО4 – ФИО6, представителя ФИО5 – ФИО2

на решение Киевского районного суда города Симферополя Республики Крым от 16 декабря 2020 года,

у с т а н о в и л а:

В мае 2019 года ФИО28 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО24, в котором просил признать ответчицу недостойной наследницей, отстранить ее от наследования по завещанию и по закону после смерти ФИО26; признать недействительным завещание, составленное ФИО3 в пользу ФИО4; признать недействительным договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, по которому ФИО3 подарил свою часть ФИО4.

Исковые требования обоснованы тем, что ДД.ММ.ГГГГ умер отец истца – ФИО3. При жизни, ДД.ММ.ГГГГ, им было составлено завещание, удостоверенное нотариусом Третьей Симферопольской нотариальной конторы ФИО27, на основании которого, ФИО26 завещал ФИО28 часть <адрес>, расположенную в <адрес>, эллинг №, расположенный в блоке № в кооперативе «Якорь» в пгт. Николаевка, автомобиль ВАЗ 2103 государственный № КРТ и гараж № в ГСК-10, расположенный в <адрес>. 22.03.2019 года истец, обратившись к нотариусу Симферопольского нотариального округа ФИО12, узнал, что на наследство также претендует супруга умершего – ФИО4, на основании другого завещания. В апреле 2019 истцу стало известно, что ФИО3 будучи сособственником 1/3 доли спорной квартиры, на основании договора дарения квартиры от 29.09.2014 года подарил свою часть квартиры ФИО24 Истец считает, что договор дарения и завещание были составлены под давлением и путем ввода в заблуждение ФИО26 ответчицей, поскольку при жизни ФИО26 неоднократно уходил из дома жить к истцу из-за сложных отношений с ответчицей, которая лишала наследодателя денежных средств, забирала всю пенсию, а также не надлежаще ухаживала за ним. Считает, что ответчица является недостойной наследницей.

Решением Киевского районного суда города Симферополя Республики Крым от 16 декабря 2020 года, исковые требования удовлетворены частично.

Признан недействительным договор дарения 1/3 доли квартиры от 29.09.2014 года, заключенный между ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, предметом которого является безвозмездная передача в собственность ФИО4 1/3 доли 3-х комнатной квартиры, находящейся по адресу: <адрес>, <адрес>.

Признано недействительным завещание <адрес>6 от 15.07.2014 года, удостоверенное нотариусом Симферопольского городского нотариального округа ФИО29, которым ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, все свое имущество, какое на день его смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, завещает ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В остальной части иска – отказано.

Не согласившись с решением суда, представитель ответчика ФИО24 – ФИО31 подал апелляционную жалобу, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела, неправильным определением обстоятельств, имеющим значение для дела, недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, просил его отменить в части удовлетворения исковых требований, принять в указанной части новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме. В обоснование своих доводов апеллянт указывает на то, что в нарушение статьи 67 ГПК Российской Федерации, без оценки судом относимости и допустимости была принята в качестве одного из доказательств имеющих значение для дела справка из Диспансерного отделения КРУ «Клиническая психиатрическая больница № 1» от 22 июля 2014 года, тогда как в удовлетворении ходатайства, заявленного стороной ответчика о допросе свидетелей было необоснованно отказано, что отражено в протоколе судебного заседания от 16 декабря 2020 года.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель истца по доверенности ФИО19 просит ее оставить без удовлетворения, а решение суда в обжалуемой части оставить без изменения.

Не согласившись с решением суда, представитель истца ФИО28 – ФИО19 подала апелляционную жалобу, в которой просит решение суда в части отказа в удовлетворении апелляционной жалобы отменить, принять в этой части новое решение об удовлетворении исковых требований, указывая на то, что ответчица ФИО24 воспользовалась состоянием здоровья наследодателя ввела его в заблуждение и совершила сделку 29.09.2014 года по отчуждению квартиры, а также заранее составила завещание в свою пользу. Таким образом, умышленно совершила противоправные действия, лишив наследника его части наследства.

В возражениях на указанную апелляционную жалобу представитель ответчика – ФИО31 просит возвратить ее лицу, подавшему, поскольку она подана с пропуском установленного законом срока на апелляционное обжалование.

В судебном заседании истец, ответчик, а также их представители поддержали доводы поданных ими апелляционных жалоб и возражали против удовлетворения жалоб другой стороны.

Иные лица в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Верховного Суда Республики Крым.

Заслушав доклад судьи ФИО30, проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, признав возможным рассмотрение дела при имеющейся явке, судебная коллегия приходит к следующему.

Частью 1 ст. 195 ГПК РФ установлено, что решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» (пункты 2, 3) решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналоги права (часть 1 ст. 1, часть 3 ст. 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Указанным требованиям закона и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации обжалуемое решение соответствует.

Удовлетворяя частично исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что согласно заключению посмертной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 08.07.2020 года, ФИО26 страдал психическим заболеваниям, и на день совершения сделки и составления завещания не мог осознавать свои действия и руководить ими.

С такими выводами соглашается судебная коллегия.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ответчик ФИО24 является собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

Согласно данных, предоставленных КРП «Симферопольское меж-городское бюро технической инвентаризации» 12.09.2014 года, по состоянию на 01.01.2013 года право собственности на объект недвижимого имущества – <адрес>. 52 в г. Симферополе зарегистрировано за ФИО4 на 1/3 долю на основании свидетельства о праве собственности, выданного исполкомом Симферопольского городского совета 07.05.1993 года на основании распоряжения органа приватизации № 19 от 29.04.1993 года и Закона Украины «О приватизации государственного жилищного фонда»; ФИО17 па 1/3 долю на основании свидетельства о праве собственности, выданного исполкомом Симферопольского городского совета 07.05.1993 года на основании распоряжения органа приватизации № от ДД.ММ.ГГГГ и Закона Украины «О приватизации государственного жилищного фонда»; ФИО4 на 1/3 долю на основании свидетельства о праве на наследство по закону, выданного 21.09.1994 года ФИО32 государственным нотариусом Третьей Симферопольской государственной нотариальной конторы по реестру № 1-4558.

29.09.2014 года, между ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, заключен договор дарения 1/3 доли квартиры, предметом которого является безвозмездная передача в собственность ФИО4 1/3 доли 3-х комнатной квартиры, находящейся по адресу: <адрес>, <адрес>. Материалами дела подтверждается, что указанный договор зарегистрирован в Госкомрегисре 11.10.2014 года, и право собственности на спорную квартиру в целом зарегистрировано за ответчиком ФИО24

12.10.2018 года ФИО3 умер.

15.07.2014 года, нотариусом Симферопольского городского нотариального округа ФИО29, удостоверено завещание <адрес>6, согласно которого ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, все свое имущество, какое на день его смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, завещает ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Одним из источников сведений о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения гражданского дела, являются заключения экспертов (статья 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (статья 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Для проверки доводов истца, положенных в обоснование заявленных требований, о том, что на момент совершения оспариваемого договора дарения и составления завещания ФИО26 не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, судом в установленном законом порядке была назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУЗ РК «Крымская республиканская клиническая психиатрическая больница № 1 им. ФИО25»

Из заключения комиссии экспертов ГБУЗ РК «Крымская респуб-ликанская клиническая психиатрическая больница № 1 им. ФИО25» № 929 от 08.07.2020 года следует, что на момент составления завещания от 15.07.2014 года и совершении сделки 29.09.2014 года у ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, выявлялось тяжелое психическое расстройство – Органическое расстройства личности и поведения вследствие сосудистых заболеваний головного мозга с выраженным интеллектуально-мнестическим снижением. По своему психическому заболеванию на момент составления завещания от 15.07.2014 года и совершении сделки от 29.09.2014 года ФИО3 не мог осознавать свои действия и руководить ими. Вопрос «мог ли ФИО26 с учетом принимаемых препаратов, понимать характер и значение своих действий и руководить ими» поставлен некорректно в судебно-экспертном аспекте (в рамках назначенной экспертизы) поскольку имевшаяся у ФИО26 неспособность понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления завещания от 15.07.2014 года и совершении сделки 29.09.2014 года определялась наличием указанного выше тяжелого психического расстройства – Органическое расстройства личности и поведения вследствие сосудистых заболеваний головного мозга с выраженным интеллектуально-мнестическим снижением, а не наличием каких-либо иных факторов и причин.

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершённая гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент её совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате её совершения.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в пункте 21 Постановления от 29.05.2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

Наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления (пункт 73 указанного Постановления Пленума № 9).

Заключение экспертизы оценено судом первой инстанции в совокупности с другими доказательствами, в том числе показаниями свидетелей, допрошенных в суде первой инстанции, а поэтому выводы о недействительности договора дарения и завещания, являются обоснованными.

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, установив, что ФИО33 в момент совершения сделки от 29.09.2014 года и составления завещания 15.07.2014 года имел тяжелое психическое расстройство, в связи с чем не мог осознавать свои действия и руководить ими, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 166, 167, 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к обоснованному выводу о недействительности совершенной им сделки и составленного завещания.

Ссылки представителя ответчика в апелляционной жалобе на то, что суд не удовлетворил ходатайство экспертов о предоставлении дополнительных материалов и допросе свидетелей, в связи с чем, заключение экспертизы является не допустимым доказательством по данному делу, судебная коллегия отклоняет.

Так, из материалов дела следует, что для выполнения запроса эксперта о предоставлении дополнительных материалов и допросе свидетелей, определением суда от 10.01.2020 года производство по делу возобновлено, назначено судебное заседание на 28.01.2020 года. В судебном заседании 28.01.2020 года были опрошены свидетели по ходатайству эксперта, с учетом того, что не явились для опроса медицинские работники и не поступили ответы на запросы суда, судебное заседание отложено на 04.03.2020 года, в котором также были опрошены свидетели, и в связи с необходимостью опроса врача-невролога судебное заседание отложено на 03.04.2020 года. В судебное заседание 03.04.2020 года стороны и их представители, а также свидетели не явились.

Доводы апелляционной жалобы о том, что указанное заключение экспертизы является ненадлежащим доказательством, судебная коллегия отклоняет, поскольку она проведена комиссией экспертов, имеющих необходимый стаж работы в данной области, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, при проведении экспертизы использовались материалы гражданского дела и медицинской документации умершего Козлова ФИО18 иных доказательств, которые могли быть исследованы экспертами, ответчик и его представитель суду не предоставили. Несогласие с заключением экспертизы не свидетельствует о допущенных экспертами нарушениях, поэтому не может быть основанием для назначения еще одной экспертизы.

На основании изложенного, судебная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции основаны на законе и не противоречат собранным по делу доказательствам, которым суд дал оценку в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ.

В целом доводы апелляционной жалобы повторяют позицию ответчика и его представителя, изложенную при рассмотрении иска в суде первой инстанции, а потому не могут быть приняты судебной коллегией во внимание, так как не опровергают вышеизложенных выводов суда, основаны на неправильном толковании норм материального права, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции и правового значения не имеют.

Доводы представителя ответчика о том, что дело рассмотрено судом в отсутствии третьего лица опровергаются материалами дела, в связи с чем судебной коллегией отклоняются, поскольку безусловных оснований для отмены судебного решения, предусмотренных ч. 4 ст. 330 ГПК РФ судебной коллегией не установлено.

В целом доводы, указанные в апелляционной жалобе представителя ответчика, по существу сводятся к несогласию апеллянта с постановленным решением по основаниям, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции, эти доводы направлены на иную оценку установленных и исследованных судом первой инстанции обстоятельств, представленных доказательств по правилам ст. ст. 12, 56 и 67 ГПК РФ, а потому не могут служить поводом к отмене данного решения.

Рассматривая апелляционную жалобу, поданную представителем ответчика ФИО28 – ФИО19, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» течение месячного срока на подачу апелляционных жалобы, представления, предусмотренного частью 2 статьи 321 ГПК Российской Федерации, начинается согласно части 3 статьи 107 и статье 199 ГПК Российской Федерации со дня, следующего за днем составления мотивированного решения суда (принятия решения суда в окончательной форме), и оканчивается согласно статье 108 ГПК Российской Федерации в соответствующее число следующего месяца (абзац первый).

Из приведенных норм процессуального права и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что течение процессуального срока на апелляционное обжалование решения суда исчисляется со следующего дня после наступления события, которым определено его начало - принятие решения в окончательной форме, длится месяц и оканчивается в число, соответствующее событию, которым определено начало этого срока, то есть в число, соответствующее дате принятия решения в окончательной форме.

Из материалов дела следует, что в окончательной форме решение суда первой инстанции принято 22 декабря 2020 года, следовательно, срок на подачу апелляционной жалобы истекал 22 января 2021 года, которое являлось рабочим днем.

Апелляционная жалоба датирована 24 января 2021 года (л.д. 27, т. 3) и 25 января 2021 года сдана в организацию почтовой связи, что подтверждается штампом узла связи на почтовом конверте (л.д. 30, т. 3).

Таким образом, из материалов дела следует, что апелляционная жалоба подана с пропуском установленного ст. 321 ГПК РФ срока на ее подачу.

При этом ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока апелляционная жалоба не содержит.

Как разъяснено в п. 40 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.06.2012 года № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» если при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции будет установлено, что апелляционные жалоба, представление поданы с пропуском установленного статьей 321 ГПК РФ срока апелляционного обжалования и не решен вопрос о восстановлении этого срока, суд апелляционной инстанции на основании пункта 4 статьи 328 ГПК РФ выносит определение об оставлении апелляционных жалобы, представления без рассмотрения по существу.

Учитывая изложенное, апелляционная жалоба представителя ФИО28 – ФИО19 подлежит оставлению без рассмотрения по существу.

В связи с оставлением без рассмотрения по существу апелляционной жалобы представителя истца, решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО28 о признании недостойным наследником, пересмотру в апелляционном порядке не подлежит, поскольку представителем ответчика в указанной части решение не обжаловано.

Руководствуясь статьями 328 – 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия, -

о п р е д е л и л а:

Решение Киевского районного суда города Симферополя Республики Крым от 16 декабря 2020 года, оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО4 – ФИО6 – без удовлетворения.

Апелляционную жалобу представителя ФИО5 – ФИО2 на решение Киевского районного суда города Симферополя Республики Крым от 16 декабря 2020 года оставить без рассмотрения по существу.

Председательствующий

Судьи