Возмещение вреда здоровью при оказании медицинских услуг

 РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации 12 сентября 2023 года город Москва Кузьминский районный суд г. Москвы в составе судьи ФИО5, при секретаре ФИО2, при участии помощника Кузьминского межрайонного прокурора г. Москвы ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-657/23 по иску ФИО4 к ФГАО ВО Первый Московский Государственный Медицинский Университет им И.М. ФИО1 России о возмещении вреда, причиненного здоровью, взыскании утраченного заработка, расходов на лечение и реабилитацию, компенсации морального вреда, судебных расходов, установил: ФИО4 обратился в суд с иском к ответчику ФГАО ВО Первый Московский Государственный Медицинский Университет им И.М. ФИО1 России о возмещении вреда, причиненного его здоровью, просит суд взыскать с ответчика утраченный заработок в сумме 147 706 руб., затраты на реабилитацию и лекарственные средства 159 645 руб., компенсацию морального вреда 1 500 000 руб.. В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что 21.12.2017г. ему была оказана медицинская услуга - ***, которое включало в себя ***. Указанная услуга была оказана ненадлежащего качества, в результате данной услуги истцу был причинен вред здоровью, по факту оказания услуги ненадлежащего качества и причинения вреда здоровью было возбуждено уголовное дело. В результате ненадлежащего медицинского вмешательства на фоне тяжелой гипоксии мозга у истца развился ряд заболеваний, которые потребовали длительного лечения и реабилитации, истец в результате ненадлежащей медицинской услуги утратил трудоспособность и заработок, ему был причинен моральный вред, с 4.05.2018г. истцу присвоили инвалидность 3 группы, истцу необходим постоянный посторонний уход, лечение, прием медицинских препаратов и лекарственных средств. Истец о слушании дела судом извещался, в судебном заседании его представитель исковые требования поддержал. Третье лицо ФИО6 исковые требования также поддержала. Представитель ответчика в судебном заседании с исковыми требованиями была не согласна, письменные возражения с дополнениями поддержала. Суд, выслушав стороны, третье лицо, помощника прокурора, изучив материалы дела и медицинские документы, не находит оснований к удовлетворению иска ввиду следующих обстоятельств. В соответствии с ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Согласно положениям ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (ч. 1 ст. 20), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (ч. 1 ст. 41), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага. Согласно п. 3 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. Медицинская помощь – комплекс мероприятий, направленных на поддержание, восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга – медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение. Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата. В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 названного закона пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи. Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи (ст. 37 Закона). Порядки оказания медицинской помощи и стандарты медицинской помощи утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. В силу ст. 98 закона, медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации. Статьей 1068 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Под вредом понимается умаление, уничтожение какого-то блага, наличие неблагоприятных последствий для жизни и здоровья пациента. В сфере медицинской деятельности неблагоприятные последствия могут выражаться в недостижении планируемого результата оказания медицинской помощи, в причинении вреда здоровью пациента при оказании медицинской помощи в результате прямого повреждающего воздействия медицинских манипуляций, в осложнении основного заболевания, а также в возникновении нежелательных или неблагоприятных последствий проведенных медицинских мероприятий, не связанных с основным заболеванием. Гражданско-правовая ответственность в сфере медицинской деятельности наступает при нарушении медицинскими работниками своих профессиональных обязанностей, вследствие чего причиняется вред здоровью пациента, при этом законодатель, руководствуясь идеей охраны интересов более слабой стороны в гражданских правоотношениях, предусматривает различные варианты решения вопроса об ответственности в зависимости от того, о какой именно стороне идет речь. Согласно ст. 1085 ГК РФ возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, подлежат возмещению только в случае причинения гражданину увечья или иного повреждения его здоровья, и если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010г. № 1 также предусмотрено, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению, если будет установлено, что истец нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение либо имеет право на их бесплатное получение, но фактически был лишен возможности получить качественную и своевременную помощь. Как установлено по материалам дела, 21.12.2017г. в эндоскопическом кабинете ФГАО ВО Первый Московский Государственный Медицинский Университет им И.М. ФИО1 России истцу была оказана медицинская услуга – ***, включающее в себя *** и ***. Обследование проводилось под общей анестезией ввиду желания на то пациента и с использованием препарата пропофол. Противопоказаний для данного исследования согласно данным медицинской документации у истца не имелось, подготовка для обследования истцом была выполнена. По окончании исследований при пробуждении из состояния общей анестезии у истца развилась рвота, анестезиологом-реаниматологом начаты мероприятия, направленные на восстановление нормального дыхания (санация ротоглотки). По данным предоставленных медицинских документов истец находился в состоянии отсутствующего сознания до 24.12.2017 и в тяжелом состоянии. 21.12.2017 у истца было заподозрено развитие ***, проведен комплекс лабораторных и инструментальных исследований. 26.12.2017 истец был экстубирован, истцу оказывалось лечение и проводились инструментальные исследования. 18.01.2018 истец был выписан из стационара ФГАО ВО Первый Московский Государственный Медицинский Университет им И.М. ФИО1 России, при этом отмечено в медицинской документации о том, что он находился в сознании. Истец указывает, что оказанная ему медицинская услуга имела значительные недостатки, в результате которых он находился в состоянии нетрудоспособности, утратил заработок, в последующем длительное время проходил лечение и реабилитацию, ему была присвоена инвалидность, он претерпевал значительные физические и нравственные страдания, до настоящего времени находится на излечении, ему показана медикаментозная терапия и мероприятия по восстановительному лечению, затраты на которые должен возместить ответчик, виновный в причинении вреда его здоровью. С доводами истца не согласился ответчик, по ходатайству которого судом была назначена и проведена судебная медицинская экспертиза в Бюро судебно-медицинской экспертизы Департамента здравоохранения г. Москвы, заключение данного учреждения №2323000102 предоставлено в материалы дела. Согласно выводам экспертной комиссии перед диагностической манипуляцией ФИО4 был осмотрен врачом-анестезиологом, собран анамнез, дана интерпретация предоставленным пациентом лабораторным исследованиям (биохимический анализ крови от 18.12.2017 г., клинический анализ крови от 17.12.2017 г.), выполнена электрокардиограмма 21.12.2017 г. Проведенное обследование истца перед диагностическим *** под внутривенной анестезией было достаточным, соответствовало объему предстоящего вмешательства. Показаний для более углубленного обследования ФИО4 по данным анамнеза, результатам физикального и инструментально-лабораторного обследования, с учетом планировавшегося диагностического вмешательства, не имелось. Противопоказаний к проведению эндоскопических диагностических обследований по состоянию на 21.12.2017 г. не было выявлено. Дефектов на этапе подготовке к плановому диагностическому эндоскопическому вмешательству под внутривенной анестезией не установлено. Анестезиологический риск 3 (значительный) был определен правильно, в соответствии с данными анамнеза, результатами проведенного обследования перед манипуляцией, объемом запланированного диагностического вмешательства, видов выбранного анестезиологического пособия - внутривенная анестезия. Также экспертной комиссией установлено, что последовательность плановых эндоскопических обследований 21.12.2017 г. - *** (09:20-09:35), *** (09:35-09:55), была правильной. Сама процедура эндоскопического обследования истца, согласно протоколам и последующего обследования и наблюдения в стационаре, проведена без осложнений. Дефектов при проведении проведения планового эндоскопического обследования в КДО УКБ №4 Сеченовского Университета не было допущено. Отмеченное при эндоскопическом исследовании *** свидетельствует о правильной подготовке пациента к диагностическому обследованию. Также экспертная комиссия пришла к выводу о том, что действия врача- анестезиолога при оказании медицинской помощи пациенту, у которого до выхода из наркоза развилась рвота и десатурация (снижение насыщения крови кислородом) были верными. На основании экспертного анализа медицинской документации, результатов проведенных обследований пациента в первые сутки и далее в динамике, принимая во внимание вышеописанную хронологию изменений в состоянии пациента, экспертная комиссия пришла к выводу о том, что у ФИО4 21.12.2017 г. развилась *** вследствие возникших дыхательных нарушений, обусловленных рвотой, с частичной ***. При этом отмечено, что рвота и аспирация при проведении анестезии рассматриваются как многофакторное осложнение анестезиологического пособия, а экспертных данных о том, что развившаяся у ФИО4 рвота была обусловлена дефектами оказания медицинской помощи при изучении предоставленных документов не получено. Также отмечено, что правильная подготовка пациента к диагностическим манипуляциям является основой для профилактики рвоты, однако не исключает полностью возможность развития данного осложнения. При премедикации (до введения анестетика) врачом-анестезиологом использован лекарственный препарат «метоклопрамид», обладающий противорвотным эффектом. Согласно предоставленной медицинской документации, с момента развития рвоты все необходимые мероприятия врачом-анестезиологом были выполнены своевременно, правильно, в полном объеме; проведены экстренные манипуляции для предотвращения *** - очищена ротоглотка, положение пациента на боку. Однако, частичная *** с попаданием небольшого количества желудочного содержимого (желудочного сока) имела место, не смогла быть предотвращена комплексом адекватно и своевременно проведенных мероприятий. Таким образом, все меры для профилактики развившихся осложнений у пациента ФИО4 были предприняты врачом-анестезиологом, экспертной комиссией не установлены дефекты медицинской помощи, которые могли явиться причиной этих осложнений. Экспертами указано, что использованная при обследовании ФИО4 доза анестетика - пропофола - 275 мг в течение 30 минут анестезиологического пособия, являлась терапевтической, достаточной для обеспечения анестезии во время диагностической манипуляции. Рвота и тошнота при пробуждении, согласно инструкции к применению препарата, рассматриваются как возможные побочные его проявления, и не являются критериями передозировки препарата, иных дефектов его введения. Таким образом, данных о передозировке вышеуказанного лекарственного препарата пропофол не было установлено. Отвечая на вопрос о том, правильно ли были проведены реанимационные мероприятия истцу (своевременность, объем, иные характеристики)?, экспертная комиссия указала, что реанимационные мероприятия - это комплекс неотложных мероприятий, которые выполняются с целью выведения человека из термического состояния и последующего поддержания его жизни, начинаются реанимационные мероприятия при диагностике состояния клинической смерти. По данным представленных на экспертизу медицинских документов не подтверждается развитие у ФИО4 состояния клинической смерти, что исключает необходимость проведения ему реанимационных мероприятий. Неотложные мероприятия интенсивной терапии, направленные на восстановление адекватного, эффективного внешнего дыхания при диагностике развившегося у пациента ФИО4 осложнения, были начаты своевременно, проведены в достаточном объеме, и были эффективными, с последующим на фоне лечения восстановлением сознания. Последующая медицинская помощь в условиях стационара была направлена на устранение последствий развившихся осложнений, была адекватной, эффективной, на что указывает, в том числе и объективный неврологический и психический статус, который был зафиксирован после случившегося при обращении ФИО4 за медицинской помощью в Клинику Св. Бенедикта в Германии. Экспертами отмечено, что обнаруженные недостатки медицинской помощи (отсутствие указания на вес пациента) не могли явиться причиной возникших у истца осложнений, не влиял на правильность выбора дозы лекарственного препарата. Таким образом экспертная комиссия не установила в действиях сотрудников УКБ №4 и УКБ №3 Сеченовского Университета дефектов оказания медицинской помощи, причинивших вред здоровью ФИО4 в объеме, который указан в иске, а также не было установлено причинно- следственной связи между проведенным обследованием, имевшимся дефектом оказания медицинской помощи (отсутствие указания на вес пациента) и возникшими нарушениями состояния здоровья истца. Оценивая представленное заключение, анализируя соблюдение порядка проведения экспертизы, определяя полноту заключения, обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что оно отвечает требованиям относимости и допустимости, а также требованиям Федерального закона от 31.05.2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Эксперты предупреждались судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из представленных в их распоряжение материалов, основываются на исходных объективных данных. Данные обстоятельства не вызывают сомнений в обоснованности и правильности данного экспертами заключения. Каких-либо объективных доказательств, позволивших суду усомниться в результатах проведенной по делу экспертизы, не представлено. Доводы стороны истца о порочности, неполноте проведенного экспертного исследования суд находит несостоятельными, при назначении указанной экспертизы истцом или его представителем отводы экспертному учреждению либо его экспертам не заявлялись. При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между характером (качеством) оказания медицинской помощи и возникновением у истца ФИО4 последствий, описанных в иске и медицинской документации, что, безусловно, влечет отказ в удовлетворении заявленных им требований, включая требования о взыскании расходов на лечение, реабилитацию, медикаменты, а также утраченного ввиду нетрудоспособности заработка. Ввиду отказа в удовлетворении иска в силу ст. 98 ГПК РФ судебные расходы истцу возмещению не подлежат. Руководствуясь ст.193, ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд решил: В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФГАО ВО Первый Московский Государственный Медицинский Университет им И.М. ФИО1 России о возмещении вреда, причиненного здоровью, взыскании утраченного заработка, расходов на лечение и реабилитацию, компенсации морального вреда, судебных расходов - отказать. Решение может быть обжаловано в течение одного месяца в Московский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Кузьминский районный суд г. Москвы. Судья: ФИО5