Признание права собственности в порядке наследования

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

председательствующий судья суда первой инстанции ФИО30 (дело № 2-17/2024)

УИД 91RS0015-01-2023-001033-56

судья-докладчик суда апелляционной инстанции ФИО24 (№33-5770/2024)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

04 июля 2024 года город Симферополь

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего судьи ФИО24,

судей ФИО25, ФИО27,

при секретаре ФИО28,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО22 к администрации Акимовского сельского поселения Нижнегорского района Республики Крым, ФИО23, ФИО20, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: нотариус Ленинского районного нотариального округа Республики Крым ФИО19, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, об установлении факта принятия наследства, признании права собственности в порядке наследования по закону,

по апелляционной жалобе представителя ФИО22 – ФИО21 на решение Нижнегорского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ,

УСТАНОВИЛА:

ФИО22 в лице представителя по доверенности ФИО21 обратился в суд с настоящим иском, в котором просит установить факт принятия истцом наследства по закону после смерти отца – ФИО13, умершего ДД.ММ.ГГГГ; признать за истцом право собственности в порядке наследования по закону после смерти ФИО13 на 1/2 долю жилого дома площадью 27 кв. м и земельного участка площадью 1700 кв. м, расположенных по адресу: Республика Крым, <адрес>.

Истец ссылается на то, что ДД.ММ.ГГГГ умер его отец ФИО13, который при жизни ДД.ММ.ГГГГ приобрел жилой дом в с. Акимовка общей площадью 27 кв.м. с надворными строениями, расположенный на земельном участке площадью 1700 кв.м., переданном в пользование наследодателя решением общего собрания членов колхоза «Дружба» № от ДД.ММ.ГГГГ.

Поскольку жилой дом был приобретен наследодателем в период брака с ФИО23, указанное недвижимое имущество является совместно нажитым имуществом супругов.

После смерти отца истец фактически принял наследство, поскольку имеет регистрацию в спорном жилом доме с ДД.ММ.ГГГГ, совершает действия по управлению и пользованию наследственным имуществом, в том числе по подключению жилого дома к электроснабжению, осуществлению его текущего ремонта, пользованию земельным участком.

С целью оформления своих наследственных прав на 1/2 долю вышеуказанных жилого дома и земельного участка, истец обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, однако в выдаче свидетельства о праве на наследство ему было отказано ввиду недоказанности совершения им действий, направленных на фактическое принятие наследства, а также отсутствия доказательств наличия у наследодателя право собственности на данное имущество.

Решением Нижнегорского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО22 оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с решением суда, представитель истца ФИО22 – ФИО21 подал апелляционную жалобу, в которой просит судебное постановление отменить и принять новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме, ссылаясь на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права.

В обоснование доводов апелляционной жалобы представитель истца указал, что, поскольку установленный законом срок для принятия наследства после смерти ФИО13, умершего ДД.ММ.ГГГГ, истекал ДД.ММ.ГГГГ, суд первой инстанции необоснованно применил к спорным правоотношениям нормы законодательства Украины, которые в части порядка принятия наследства противоречат нормам российского законодательства.

Полагал, что судом первой инстанции дана ненадлежащая оценка представленным в материалы дела доказательствам, в частности пояснениям свидетелей, согласно которым на момент смерти наследодателя истец проживал с ним совместно одной семьей, вел общее хозяйство.

Возражений на апелляционную жалобу не поступало.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции стороны и третьи лица не явились, были извещены о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания не подавали, в связи с чем, на основании положений ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело без их участия.

Согласно требованиям Федерального закона Российской Федерации от 22 декабря 2008 года №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», ч. 7 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) информация о назначенном судебном заседании по апелляционной жалобе размещена на официальном сайте Верховного Суда Республики Крым.

Заслушав судью-докладчика, пояснения представителя истца ФИО21, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения, судебная коллегия приходит к выводу об отказе в удовлетворении жалобы по следующим основаниям.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что родителями истца являются ФИО13 и ФИО23, которые расторгли брак ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из протокола № от ДД.ММ.ГГГГ собрания уполномоченных колхоза «Дружба» Нижнегорского района Крымской области, ФИО13 выделен земельный участок в размере 0,17 га в с. Акимовка под приобретаемый у ФИО14 дом.

Согласно договора купли-продажи дома от ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 приобрел у ФИО14 жилой дом с надворными строениями общей площадью 27 кв.м. на земельном участке площадью 1700 кв.м по адресу <адрес>. Договор удостоверен секретарем исполнительного комитета Акимовского сельского совета ФИО15 и адрес изъят-20).

В соответствии со справкой о праве собственности колхозного двора на жилой дом, выданной председателем исполкома Акимовского сельского совета и председателем колхоза «Дружба» (т.1 л.д. 201-202), решением общего собрания членов колхоза «Дружба» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 предоставлен в пользование приусадебный земельный участок размером 1700 кв.м., на котором находится жилой дом.

Согласно письма ГУП РК «Крым БТИ» филиал в г. Джанкой от ДД.ММ.ГГГГ по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ право собственности на объект недвижимости по адрес изъят).

Как усматривается из письма Нижнегорского районного отдела Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ в ЕГРН отсутствуют объекты недвижимости (жилой дом и земельный участок) по адрес изъят).

Согласно письма администрации Акимовского сельского поселения Нижнегорского района Республики от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.70) земельный участок по вышеуказанному адресу находится в муниципальной собственности, категория земель: земли населенных пунктов; вид разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 умер, после его смерти с заявлением о принятии наследства ДД.ММ.ГГГГ к частному нотариусу Ленинского районного нотариального округа ФИО19 обратился внук ФИО20 по праву представления, указав в составе наследственного имущества право на земельный пай, земельный участок и жилой дом по адресу <адрес> и место жительства наследодателя в <адрес изъят-59).

Согласно материалам наследственного дела, истец ФИО22 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ, указав место регистрации ФИО13 Республика Крым, <адрес>.

В выдаче свидетельства о праве на наследство по закону после смерти ФИО13 нотариусом ФИО29 ФИО20 и ФИО22 было отказано по причине отсутствия правоустанавливающих документов наследодателя на наследственное имущество и документов о фактическом принятии наследства ФИО22

Как следует из материалов дела, истец с ДД.ММ.ГГГГ адрес изъят).

Отказывая в удовлетворении заявленного иска, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 218,1224 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 1218,1222,1261,1268-1270 Гражданского кодекса Украины и исходил из того, что законодательство, действующее на момент смерти наследодателя ФИО13, не предусматривало такого способа принятия наследства, как завладение и фактическое вступление в управление наследственным имуществом.

Также суд указал, что юридическим фактом, от которого зависит возникновение имущественного права ФИО22 в данном случае является факт его постоянного проживания вместе с наследодателем на время открытия наследства. Установление же факта принятия наследства, о котором просит истец в исковом заявлении, не влечет для него последствий, указанных в части 1 статьи 264 ГПК РФ, в связи с чем, исковые требования в данной части удовлетворению не подлежат.

Кроме того, суд первой инстанции исходил из недоказанности фактического принятия истцом наследства поле смерти отца ФИО13

Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда, которые основаны на законе и подтверждаются собранными по делу доказательствами.

Согласно статьи 23 Федерального Конституционного Закона от 21.03.2014 N 6-ФКЗ "О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя" законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации действуют на территории Республики Крым и города федерального значения Севастополя со дня принятия в Российскую Федерацию Республики Крым и образования в составе Российской Федерации новых субъектов.

Правовое регулирование в Российской Федерации отношений, связанных с наследованием имущества, осуществляется нормами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1110 - 1185).

В соответствии со статьей 11 Федерального закона от 26 ноября 2001 года N 147-ФЗ "О введении в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" (в редакции Федерального закона от 26 июля 2017 года N 201-ФЗ) положения раздела V "Наследственное право" части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации применяются к отношениям по наследованию на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя, если наследство открылось 18 марта 2014 года и позднее. В случае открытия наследства до 18 марта 2014 года к указанным отношениям применяются положения законодательства, действовавшего на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя до 18 марта 2014 года.

Частью 1 статьи 1224 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что отношения по наследованию определяются по праву страны, где наследодатель имел последнее место жительства, если иное не предусмотрено настоящей статьей. Наследование недвижимого имущества определяется по праву страны, где находится это имущество, а наследование недвижимого имущества, которое внесено в государственный реестр в Российской Федерации, - по российскому праву.

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 9 от 29 мая 2012 года "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснено, что наследственные отношения регулируются правовыми нормами, действующими на день открытия наследства.

Из анализа указанных норм закона и разъяснений следует, что правоотношения, связанные с переходом имущества граждан в порядке наследования, регулируется правом, действовавшим в момент открытия наследства.

Таким образом, право, подлежащее применению к наследственным правоотношениям в случае, когда наследодатель проживал на территории Крыма, определяется в зависимости от момента открытия наследства - до или после даты принятия Республики Крым в Российскую Федерацию. В случае смерти наследодателя до 18 марта 2014 года к наследованию имущества такого гражданина применяются нормы материального права Украины о наследовании, действовавшие в момент открытия наследства в Украине. В частности, этими нормами определяется круг наследников, очередность призвания к наследованию наследников по закону и их доли, порядок, способы и сроки принятия наследства, состав наследственного имущества.

В рассматриваемых правоотношениях по наследованию с учетом времени открытия наследства (ДД.ММ.ГГГГ) подлежит применению материальное право - Гражданский кодекс Украины (далее- ГК Украины) от 16 января 2003 года.

В связи с чем, довод апелляционной жалобы представителя истца о том, что суд первой инстанции необоснованно применил к спорным правоотношениям нормы законодательства Украины, отклоняется судебной коллегией как основанный на неправильном толковании норм закона.

Частью 1 статьи 1261 ГК Украины предусматривалось, что в первую очередь право на наследование по закону имеют дети наследодателя, в том числе зачатые при жизни наследодателя и родившиеся после его смерти, тот из супругов, который его пережил, и родители.

Согласно части 3 статьи 1268 ГК Украины, наследник, который постоянно проживал с наследодателем на время открытия наследства, считается принявшим наследство, если в течение шести месяцев со дня открытия наследства он не заявил об отказе от него.

В силу частей 1,2 статьи 1269 ГК Украины наследник, который желает принять наследство, но на момент открытия наследства не проживал постоянно с наследодателем, должен подать заявление о принятии наследства нотариусу лично.

Для принятия наследства устанавливается срок шесть месяцев, который начинается со дня открытия наследства – дня смерти лица (часть 1 статьи 1270, часть 2 статьи 1220 ГК Украины).

Таким образом, действующим на период открытия наследства после смерти ФИО13, наступившей ДД.ММ.ГГГГ, законодательством, было предусмотрены способы принятия наследства – постоянное проживание наследника с наследодателем на момент его смерти либо обращение с заявлением о принятии наследства к нотариусу на протяжении шести месяцев со дня смерти наследодателя.

Данные обстоятельства имели юридическое значение в рамках возникшего спора.

Как следует из материалов дела, истец обратился с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО13 к нотариусу только ДД.ММ.ГГГГ, через девять лет после его смерти, при этом доказательств совместного проживания истца с наследодателем на день его смерти суду предоставлено не было, требований об установлении факта совместного проживания ФИО26 с наследодателем ФИО13 на день смерти последнего стороною истца не заявлялось.

Положения действующего гражданского процессуального законодательства (статьи 38, 39 ГПК РФ) наделяют истца исключительным правом определения способа защиты его нарушенного права, который должен соответствовать характеру и последствиям нарушения и обеспечивать восстановление нарушенных прав истца.

Исходя из конституционно-правовых принципов справедливости, разумности и соразмерности, истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако, избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права, характеру и степени допущенного нарушения его прав или законных интересов, либо публичных интересов. В тех случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд, вправе воспользоваться именно этим способом защиты.

Эффективная судебная защита возможна, когда избранный истцом способ защиты нарушенного права направлен на реальное восстановление нарушенного материального права или защиту законного интереса. Заинтересованное лицо должно обосновать, каким образом обращение в суд с заявленным требованием будет способствовать восстановлению нарушенных прав.

Возможность выбора лицом, полагающим свои права нарушенными, того или иного способа защиты предполагает необходимость учета им в соответствующем случае характера допущенного в отношении него нарушения, поскольку выбранный им способ защиты должен соответствовать восстановлению его нарушенного права и удовлетворять материально-правовой интерес.

При этом изложенные основания иска должны соответствовать его предмету, то есть материально-правовому требованию, а в силу статьи 56 ГПК РФ лицо, участвующее в деле, должно доказать, что выбранный способ защиты нарушенного права приведет к его восстановлению.

Избрание судебного способа защиты и выбор процессуальной формы обращения в суд являются правом заинтересованного лица (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако реализация данного права безусловную обязанность суда по защите заявленного заинтересованным лицом права (интереса) не предопределяет.

Несоблюдение конституционно-правовых принципов справедливости, разумности и соразмерности, несоответствие избранного истцом способа защиты характеру и степени допущенного нарушения прав или законных интересов является основанием к отказу в удовлетворении заявленных исковых требований.

В связи с изложенным, суд первой инстанции на основании вышеприведенных законоположений пришел к правильному выводу, что избранный истцом способ защиты - установление факта принятия наследства, не влечет для него последствий, указанных в части 1 статьи 264 ГПК РФ, - возникновение наследственных прав после смерти отца ФИО13

Также суд первой инстанции обоснованно исходил из недоказанности стороною истца фактического принятия им наследства после смерти ФИО13

Как разъяснено в пункте 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу. В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом такие действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства.

В целях подтверждения фактического принятия наследства наследником могут быть представлены, в частности, справка о проживании совместно с наследодателем, квитанция об уплате налога, о внесении платы за жилое помещение и коммунальные услуги, сберегательная книжка на имя наследодателя, паспорт транспортного средства, принадлежавшего наследодателю, договор подряда на проведение ремонтных работ и т.п. документы.

Однако, каких-либо допустимых и относимых доказательств, что ФИО22 после смерти ФИО13 в течение шести месяцев совершил действия по управлению, распоряжению, содержанию и пользованию наследственным имуществом, открывшимся после смерти ФИО13, в материалах гражданского дела не имеется.

Вместе с тем, материалами дела подтверждается, что наследодатель в спорном жилом доме по адресу Республика Крым, <адрес>, на момент смерти зарегистрирован не был, был зарегистрирован и проживал по адресу: <адрес> Республики Крым.

Из показаний свидетелей ФИО17 и ФИО18, допрошенных в судебном заседании суда первой инстанции, следует, что ФИО13 постоянно не проживал в <адрес> Республики Крым по состоянию на день его смерти, после развода с женою ФИО23 он уехал в Ленинский район, где снова женился и умер, иногда ФИО13 приезжал в с. Акимовку, где похоронен его сын.

Также стороною истца в установленном законом порядке не доказана принадлежность спорного недвижимого имущества или его доли наследодателю ФИО13 на момент его смерти.

Как указано выше, право собственности на объекты недвижимости по адресу Республика Крым, <адрес>(жилой дом и земельный участок) не зарегистрировано, сведения о данных объектах в ЕГРН отсутствуют, жилой дом не инвентаризировался, технической документации на него в материалах дела не имеется, земельный участок не сформирован и находится в муниципальной собственности, в договоре купли-продажи дома от ДД.ММ.ГГГГ, на который ссылается представитель истца в обоснование завяленных требований, значится жилой дом с надворными строениями общей площадью 27 кв.м. на земельном участке площадью 1700 кв.м по адресу <адрес>, без указания улицы и номера дома.

Отсутствуют идентификационные сведения о земельном участке и в протоколе № от ДД.ММ.ГГГГ собрания уполномоченных колхоза «Дружба» Нижнегорского района Крымской области о выделении ФИО13 земельного участка в размере 0,17 га в с. Акимовка под приобретаемый у ФИО14 дом.

Документов о передаче спорного земельного участка в собственность наследодателя ФИО13 в материалах дела не имеется.

Вместе с тем, право постоянного бессрочного пользования земельным участком в порядке наследования не переходит, со смертью гражданина право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком, не переходя по наследству, прекращается.

Согласно статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 ГПК РФ, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

В силу статьи 56 ГПК РФ неисполнение лицом, участвующим в деле, процессуальной обязанности по доказыванию обстоятельств, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, влечет для него риск наступления последствий такого поведения.

Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности заявленных истцом ФИО22 требований и обоснованно отказал в удовлетворении иска.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы о несогласии с произведенной судом оценкой доказательств, отклоняются судебной коллегией как несостоятельные, поскольку представленные в материалы дела доказательства оценены судом в соответствии со статьями 67, 71 ГПК РФ.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях неоднократно указывал, что из взаимосвязанных положений статей 46 (часть 1), 52, 53 и 120 Конституции Российской Федерации вытекает предназначение судебного контроля как способа разрешения правовых споров на основе независимости и беспристрастности суда (Определения от 17 июля 2007 года №566-О-О, от 18 декабря 2007 года №888-О-О, от 15 июля 2008 года №465-О-О и др.). При этом предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что вместе с тем не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Из приведенных положений закона следует, что суд первой инстанции оценивает не только относимость, допустимость доказательств, но и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из содержания обжалуемого решения следует, что правила оценки доказательств судом первой инстанции соблюдены.

Несовпадение результата оценки доказательств суда с мнением заявителя жалобы обстоятельством, влекущим отмену решения, не является.

Отказывая в удовлетворении апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал доказательства, правильно применил нормы материального и процессуального права, постановил законное и обоснованное решение по существу спора, оснований для переоценки представленных доказательств и иного применения норм материального права у судебной коллегии не имеется, так как выводы суда первой инстанции полностью соответствуют обстоятельствам данного дела и спор по существу разрешен верно.

Процессуальных нарушений, являющихся безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, не допущено.

Доводы апелляционной жалобы не могут быть приняты во внимание судебной коллегией, поскольку в целом направлены на переоценку правильных выводов суда по существу спора и каких-либо новых и существенных для дела фактов, не учтенных судом первой инстанции, не содержат.

Несогласие апеллянта с произведенной судом первой инстанции оценкой представленных доказательств и сформулированными на ее основе выводами по фактическим обстоятельствам не является основанием для отмены в апелляционном порядке правильного судебного решения.

Учитывая обстоятельства, установленные судебной коллегией в ходе проверки законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, оснований к удовлетворению апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 327-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым

О П Р Е Д Е Л И Л А :

решение Нижнегорского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО22 – ФИО21 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного постановления, через суд первой инстанции.

Председательствующий судья:

Судьи: