Уклонение от уплаты налогов организацией

 УИД 77RS0016-02-2025-000184-69 Дело № 1-0196/2025 П Р И Г О В О Р ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ город Москва 22 декабря 2025 года Мещанский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи ФИО2, при секретаре суда ФИО6, при помощнике судьи ФИО11, с участием: государственных обвинителей – старшего помощника Мещанского межрайонного прокурора города Москвы ФИО7, старшего помощника Мещанского межрайонного прокурора города Москвы ФИО8, помощника Мещанского межрайонного прокурора города Москвы ФИО10, подсудимой ФИО1, защитника в лице адвоката ФИО9, представившего удостоверение № 14993 и ордер № ** от 13 марта 2025 года, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении: ФИО1, **, не судимой, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ, У С Т А Н О В И Л: ФИО1 совершила уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, в особо крупном размере, при следующих обстоятельствах: общество с ограниченной ответственностью «ДМ Инвест» (далее - ООО «организация изъята», Общество, Компания) 10 мая 2017 года зарегистрировано Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 46 по городу Москве и внесено в Единый государственный реестр юридических лиц в качестве самостоятельного юридического лица за основным государственным регистрационным номером (далее – ОГРН) **47, с присвоенным Обществу идентификационным номером налогоплательщика (далее – ИНН) **47, зарегистрировано и фактически располагалось в период с 10 мая 2017 года по 20 марта 2018 года по адрес изъят; в период с 20 марта 2018 года по 23 октября 2020 года по адрес изъят 2; в период с 23 октября 2020 года по настоящее время по адрес изъят Б, строение 1, состояло в период с 10 мая 2017 года по 20 марта 2018 года на налоговом учете в Инспекции Федеральной налоговой службы № 8 по городу Москве (далее - ИФНС России № 8 по г. Москве), расположенной по адрес изъят, с кодом причины постановки на учет **01; с 20 марта 2018 года по 23 октября 2020 года на налоговом учете в Инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по городу Москве (далее - ИФНС России № 2 по г. Москве), расположенной по адрес изъят, с кодом причины постановки на учет **01, с 23 октября 2020 года по настоящее время на налоговом учете в Инспекции Федеральной налоговой службы № 43 по городу Москве (далее - ИФНС России № 43 по г. Москве), расположенной по адрес изъят-2019 годов осуществляло коммерческую деятельность по оптовой торговле ювелирными изделиями (ОКВЭД **), подлежащую налогообложению в установленном законом порядке. Генеральным директором (единоличным исполнительным органом) ООО «организация изъята» на основании решения единственного учредителя № 1 от 03 мая 2017 года в период с 10 мая 2017 года по 11 января 2021 года являлась ФИО1 Также ФИО1 в период с 10 мая 2017 года по 12 ноября 2020 года являлась единственным участником, владельцем 100% доли в уставном капитале Общества, то есть бенефициарным владельцем, прямо владеющим Обществом, имеющим возможность контролировать деятельность юридического лица. Согласно ст. 57 Конституции Российской Федерации, каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы. В соответствии с п. 1 ст. 8 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) под налогом понимается обязательный, индивидуально безвозмездный платеж, взимаемый с организаций и физических лиц в форме отчуждения принадлежащих им на праве собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления денежных средств в целях финансового обеспечения деятельности государства и (или) муниципальных образований. В соответствии с п. 1 ст. 12 НК РФ в Российской Федерации установлены следующие виды налогов: федеральные, региональные и местные. К федеральным налогам, согласно п. 1 ст. 13 НК РФ относится налог на добавленную стоимость (далее - НДС). В соответствии с абз. 1 ст. 19 НК РФ налогоплательщиками и плательщиками сборов признаются организации и физические лица, на которых в соответствии с НК РФ возложена обязанность уплачивать, соответственно, налоги и (или) сборы (в редакции Федерального закона от 03 июля 2016 года № 243-ФЗ). В соответствии с пп. 1, 3, 4, 6, 7, 8 п. 1 ст. 23 НК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2016 года № 243-ФЗ) налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги, вести в установленном порядке учет своих доходов (расходов) и объектов налогообложения, если такая обязанность предусмотрена законодательством о налогах и сборах, представлять в установленном порядке в налоговый орган по месту учета налоговые декларации (расчеты), если такая обязанность предусмотрена законодательством о налогах и сборах, документы, необходимые для исчисления и уплаты налогов, выполнять законные требования налогового органа об устранении выявленных нарушений законодательства о налогах и сборах, а также не препятствовать законной деятельности должностных лиц налоговых органов при исполнении ими своих служебных обязанностей в течение четырех лет (в редакции Федерального закона от 30 сентября 2013 года № 267-ФЗ) обеспечивать сохранность данных бухгалтерского и налогового учета и других документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов, в том числе документов, подтверждающих получение доходов (для организаций - также и произведенные расходы) и уплаченные (удержанные) налоги, нести иные обязанности, предусмотренные законодательством о налогах и сборах. В соответствии с п. 5 ст. 23 НК РФ за невыполнение или ненадлежащее выполнение возложенных на налогоплательщика обязанностей налогоплательщик (плательщик сборов) несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 03 июля 2016 года № 243-ФЗ). Налог на добавленную стоимость представляет собой систему налогообложения товаров на сумму стоимости, добавленной на каждом этапе их производства, обмена или перепродажи. Налог на добавленную стоимость включается производителем или продавцом в цену товара, оплачивается покупателем, и рассчитывается как разность между налогом на добавленную стоимость, уплаченным покупателем, и налогом на добавленную стоимость, уплаченным в связи с расходами, включаемыми в себестоимость продукции. Таким образом, на всех этапах производства и перепродажи товаров суммы налога на добавленную стоимость, соответствующие добавленной стоимости на этих этапах, уплачиваются в бюджет. Согласно п. 1 ст. 143 НК РФ организация ООО «организация изъята» в налоговые периоды за 2 квартал 2018 года, 3, 4 кварталы 2019 года признавалась плательщиком НДС. Согласно положениям пп. 1 п. 1 ст. 146 НК РФ, объектом налогообложения налога на добавленную стоимость является реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. В соответствии с п. 1 ст. 154 НК РФ налоговая база при реализации налогоплательщиком товаров (работ, услуг), определяется как стоимость этих товаров (работ, услуг), исчисленная исходя из цен, определяемых в соответствии со ст. 105.3 НК РФ, с учетом акцизов (для подакцизных товаров) и без включения налога (в редакции Федерального закона от 18 июля 2011 года № 227-ФЗ). Налоговый период по налогу на добавленную стоимость, согласно ст. 163 НК РФ, установлен как квартал. Согласно п. 3 ст. 164 НК РФ налоговая ставка по налогу на добавленную стоимость для ООО «организация изъята» в налоговый период 2 квартал 2018 года составляла 18 % (в редакции Федерального закона от 07 июля 2003 года № 117-ФЗ), в налоговые периоды 3, 4 кварталы 2019 года составляла 20 % (в редакции Федерального закона от 03 августа 2018 года № 303-ФЗ). В соответствии с абз. 1, 2 п. 1 ст. 168 НК РФ при реализации товаров (работ, услуг), а также при получении сумм оплаты, частичной оплаты в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг), налогоплательщик дополнительно к цене (тарифу), реализуемых товаров (работ, услуг), обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг) соответствующую сумму налога (в редакции Федеральных законов от 22 июля 2005 года № 119-ФЗ, от 03 августа 2018 года № 302-ФЗ) и в соответствии с абз. 1 п. 3 ст. 168 НК РФ, выставить соответствующие счета-фактуры не позднее пяти календарных дней, считая со дня отгрузки товара (выполнения работ, оказания услуг) или со дня получения сумм оплаты, частичной оплаты в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг), передачи имущественных прав (п. 3 в редакции Федерального закона от 26 ноября 2008 года № 224-ФЗ). Согласно абз. 1 п. 1 и абз. 1 п. 2 ст. 169 НК РФ, счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг) сумм налога к вычету при выполнении требований их составления и оформления, установленных п. 5, 5.1 и 6 данной статьи. В соответствии с абз. 1 п. 6 ст. 169 НК РФ счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации. В соответствии с п. 3 ст. 169 НК РФ, налогоплательщик обязан вести книги покупок (в редакции Федеральных законов от 20 апреля 2014 года № 81-ФЗ, от 03 августа 2018 года № 302-ФЗ). В соответствии с п. 1 ст. 171 НК РФ, налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога на добавленную стоимость, подлежащую уплате в бюджет, на налоговые вычеты. Согласно пп. 1, 2 п. 2 ст. 171 НК РФ, вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ, а также в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи (пп. 2 в редакции Федерального закона от 30 марта 2016 года № 72-ФЗ). Согласно п. 8 ст. 171 НК РФ, вычетам также подлежат суммы налога, исчисленные налогоплательщиком с сумм оплаты, частичной оплаты, полученных в счет предстоящих поставок товаров (работ, услуг) (в редакции Федеральных законов от 22 июля 2005 года № 119-ФЗ, от 03 августа 2018 года № 302-Ф). Источником для применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость являются суммы налога, уплаченные в бюджет на всех этапах перепродажи товара (работ, услуг) внутри страны. Согласно абз. 1 п. 1, п. 3 ст. 172 НК РФ, вычеты сумм налога на добавленную стоимость, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком этих товаров (работ, услуг) и принятия их на учет, на момент определения налоговой базы, установленной ст. 167 НК РФ (п. 1 в редакции Федеральных законов от 27 ноября 2010 года № 306-ФЗ, от 27 ноября 2017 года № 335-ФЗ) (п. 3 в редакции Федерального закона от 22 июля 2005 года № 119-ФЗ). При этом сумма налога на добавленную стоимость, подлежащая уплате в бюджет, согласно п. 1 ст. 173 НК РФ, исчисляется по итогам каждого налогового периода как уменьшенная на сумму налоговых вычетов и увеличенная на суммы налога, восстановленного в соответствии с указанной главой. Согласно абз. 1 п. 1, абз. 1 п. 5 ст. 174 НК РФ уплата налога на добавленную стоимость по операциям, признаваемым объектом налогообложения в соответствии с пп. 1-3 п. 1 ст. 146 НК РФ, на территории Российской Федерации производится по итогам каждого налогового периода исходя из фактической реализации (передачи) товаров (выполнения, в том числе для собственных нужд, работ, оказания, в том числе для собственных нужд, услуг) за истекший налоговый период равными долями не позднее 25-го числа каждого из трех месяцев, следующего за истекшим налоговым периодом (в редакции Федерального закона от 29 ноября 2014 года № 382-ФЗ). Налогоплательщик обязан представить в налоговый орган по месту своего учета, соответствующую налоговую декларацию по налогу на добавленную стоимость в срок не позднее 25-го числа месяца, следующего за истекшим налоговым периодом (в редакции Федеральных законов от 29 ноября 2014 года № 382-ФЗ, от 27 ноября 2017 года № 335-ФЗ). Положением абз. 8, 9 ст. 313 НК РФ установлено, что данные налогового учета должны отражать порядок формирования суммы доходов и расходов, порядок определения доли расходов, учитываемых для целей налогообложения в текущем налоговом (отчетном) периоде, сумму остатка расходов (убытков), подлежащую отнесению на расходы в следующих налоговых периодах, порядок формирования сумм создаваемых резервов, а также сумм задолженности по расчетам с бюджетом по налогу. Подтверждением данных налогового учета являются: первичные учетные документы, аналитические регистры налогового учета, расчет налоговой базы. Согласно п. 1 абз. 1 п. 2 ст. 286 НК РФ, налог определяется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы. Сумма налога по итогам налогового периода определяется налогоплательщиком самостоятельно. В соответствии с п. 1 ст. 274 НК РФ, налоговой базой признается денежное выражение прибыли, подлежащей налогообложению. В соответствии с п. 7 ст. 6.1 НК РФ, в случаях, когда последний день срока приходится на день, признаваемый в соответствии с законодательством Российской Федерации выходным и (или) не рабочим праздничным днем, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день (в редакции Федерального закона от 29 мая 2002 года № 57-ФЗ). Согласно абз. 1, 2 п. 1 ст. 80 НК РФ, налоговая декларация представляет собой письменное заявление или заявление налогоплательщика, составленное в электронной форме и переданное по телекоммуникационным каналам связи с применением усиленной квалифицированной электронной подписи или через личный кабинет налогоплательщика, об объектах налогообложения, о полученных доходах и произведенных расходах, об источниках доходов, о налоговой базе, налоговых льготах, об исчисленной сумме налога и (или) о других данных, служащих основанием для исчисления и уплаты налога (в редакции Федерального закона от 04 ноября 2014 года № 347-ФЗ). Налоговая декларация представляется каждым налогоплательщиком по каждому налогу, подлежащему уплате этим налогоплательщиком. Согласно абз. 1 п. 1 ст. 81 НК РФ, при обнаружении налогоплательщиком в поданной им в налоговый орган налоговой декларации факта не отражения или неполноты отражения сведений, а также ошибок, приводящих к занижению суммы налога, подлежащей уплате, налогоплательщик обязан внести необходимые изменения в налоговую декларацию и представить в налоговый орган уточненную налоговую декларацию (в редакции Федерального закона от 03 июля 2016 года № 243-ФЗ). В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 87 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 05 мая 2014 года № 99-Ф3), ст.ст. 2, 8, 32, 33 Федерального закона № 14-Ф3 «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08 февраля 1998 года, ст. 7.2 устава ООО «организация изъята», утвержденного решением единственного учредителя № 1 от 03 мая 2017 года, ФИО1, являясь генеральным директором и единственным участником Общества, владельцем 100% доли в уставном капитале, то есть бенефициарным владельцем, прямо владеющим Обществом, имела право на участие в управлении делами Общества; получение информации о деятельности Общества, ознакомление с бухгалтерскими книгами и иной документацией; принятие участия в распределении чистой прибыли Общества между его участниками; определение основных направлений деятельности Общества; изменение устава Общества, в том числе изменение размера уставного капитала Общества; образование исполнительных органов Общества и досрочное прекращение их полномочий; утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов; принятие решений о распределении чистой прибыли Общества между участниками Общества; утверждение (принятие документов), регулирующих внутреннюю деятельность Общества; одобрение крупных сделок; предоставление участникам дополнительных прав и возложение на всех участников дополнительных обязанностей, а также прекращение или ограничение дополнительных прав, предоставленных всем участникам, и прекращение дополнительных обязанностей; принятие решения о продаже доли, принадлежащей Обществу, всем или некоторым участникам и (или) третьим лицам. ФИО1, являясь единственным участником, владельцем 100% доли в уставном капитале Общества - бенефициарным владельцем, прямо владеющим ООО «организация изъята», участвовала в управлении делами Общества в порядке, установленном Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08 февраля 1998 года № 14-Ф3, Гражданским кодексом Российской Федерации, уставом Общества, получала информацию о деятельности Общества, знакомилась с бухгалтерской отчетностью, принимала участие в распределении прибыли. ФИО1, являясь генеральным директором (единоличным исполнительным органом) ООО «организация изъята», в соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 32, 39 и 40 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ, п. 1 ст. 26, 27 (в редакции Федерального закона от 31 июля 1998 года № 146-ФЗ), ст. 28 НК РФ, ст. 8.2 устава ООО «организация изъята», утвержденного решением учредителя № 1 от 03 мая 2017 года, была обязана в соответствии со ст. 57 Конституции Российской Федерации, п. 1 ст. 3, пп. 1, 2, 4 п. 1 ст. 23, а также п. 2 ст. 44, абз. 1, 2 п. 1, ст. 45, 57, НК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2016 года № 243-ФЗ, абз. 2 п. 1 ст. 45 – в редакции Федерального закона от 30 ноября 2016 года № 401-ФЗ), п. 1 ст. 6, ст. 7 Федерального закона «О бухгалтерском учете» № 402-ФЗ от 06 декабря 2011 года, своевременно и в полном объеме уплачивать законно установленные налоги и сборы, вести своевременный полный учет и отчетность по финансово-хозяйственным операциям, а также нести ответственность за организацию бухгалтерского учета в организации и соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, утверждать и представлять в Инспекцию ФНС России по месту учета в установленном порядке налоговые декларации и расчеты по налогам, а также бухгалтерскую отчетность за отчетный период, самостоятельно исполнять обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах, уплачивать налоги в срок, установленный законодательством о налогах и сборах, нести иные обязанности, установленные законодательством о налогах и сборах в Российской Федерации. Вышеуказанные положения законодательства были достоверно известны ФИО1, которая вопреки вышеперечисленным установленным законодательством обязанностям, исполняя функции единоличного исполнительного органа, являясь генеральным директором и учредителем Общества, осуществляя руководство текущей финансово-хозяйственной деятельностью Общества на основе единоначалия, в том числе бухгалтерией, и являясь лицом, ответственным за правильное и своевременное исполнение данным налогоплательщиком возложенных на нее законодательством о налогах и сборах обязанностей, имея умысел на уклонение от уплаты налога на добавленную стоимость в особо крупном размере, достоверно осведомленная о необходимости исчисления и уплаты налога на добавленную стоимость с организации, являясь фактическим выгодоприобретателем от деятельности Общества, его бенефициарным владельцем, лично заинтересованным в результатах финансово-хозяйственной деятельности, руководствуясь корыстными интересами, выраженными в минимизации налоговых обязательств перед бюджетом Российской Федерации, создавая видимость законности своих действий, в срок до 25 июля 2018 года разработала план совершения преступления, суть которого сводилась к организации формального документооборота с техническими организациями, в качестве которых впоследствии были подобраны ООО «организация изъята» ИНН **83, ООО «организация изъята» ИНН **43, имитирующего финансово-хозяйственные отношения с ООО «организация изъята», без намерения осуществления фактических хозяйственных операций, и включению ложных сведений о суммах налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость и суммах налога на добавленную стоимость, подлежащих уплате в бюджетную систему Российской Федерации. Во исполнение преступного умысла, ФИО1 - генеральный директор (единоличный исполнительный орган) Общества, осуществляя в период 2018-2019 годов коммерческую деятельность в сфере оптовой торговли ювелирными изделиями, осознавая, что своими преступными действиями причиняет ущерб бюджетной системе Российской Федерации, имея умысел на уклонение от уплаты налогов в особо крупном размере с возглавляемой ею организации, действуя из корыстных побуждений, выраженных в минимизации налоговых обязательств перед бюджетом Российской Федерации, с целью уклонения от уплаты налогов в особо крупном размере, не позднее 25 марта 2020 года получила в свое распоряжение реквизиты и данные расчетных счетов организаций ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята», обладающих всеми необходимыми внешними признаками юридического лица, зарегистрированных в налоговом органе Российской Федерации, но не осуществляющих реальной хозяйственной деятельности, руководителями и учредителями которых значились лица, не имеющие отношения к руководству и деятельности организаций. Продолжая реализацию своего преступного умысла, ФИО1, используя указанную неправомерную схему, направленную на уклонение от уплаты налогов с организации в особо крупном размере, осуществляя в 2018-2019 годах коммерческую деятельность в качестве генерального директора (единоличного исполнительного органа) ООО «организация изъята», осознавая, что ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» фактически самостоятельной финансово-хозяйственной деятельности не ведут, поставки ювелирных изделий в адрес ООО «организация изъята» не производят, с целью создания видимости наличия законных оснований для применения налоговых вычетов, введения в заблуждение налоговых органов о деятельности организации и объемах фактически произведенных Обществом затрат, наличия законных оснований для перечисления денежных средств на расчетные счета, не позднее 25 марта 2020 года получила в свое распоряжение документы: договоры, счета-фактуры, а также иные документы о якобы имевшихся в указанный период времени взаимоотношениях по поставке ювелирных изделий ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» в адрес ООО «организация изъята», что фактически не имело место, о чем ФИО1 была осведомлена. Для придания видимости исполнения условий указанных договоров, ФИО1, осуществляя полномочия генерального директора (единоличного исполнительного органа) ООО «организация изъята», в период с 01 января 2018 года по 31 декабря 2018 года обеспечила оплату выставленных от имени ООО «организация изъята» счетов-фактур, на основании платежных поручений на перечисление денежных средств с расчетного счета ООО «организация изъята» № **410, открытого в АО КБ «Глобэкс», на расчетный счет ООО «организация изъята» № **725, открытый в АО КБ «Ланта-Банк», в общей сумме 1 612 488 рублей, а именно во 2 квартале 2018 года. В адрес ООО «организация изъята» денежные средства не перечислялись. На основании первичных финансово-хозяйственных документов о якобы имевших место взаимоотношениях между ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята», что фактически не соответствовало действительности, ФИО1, не позднее 25 марта 2020 года, находясь в офисных помещениях ООО «организация изъята», обеспечила отражение в регистрах бухгалтерского учета и налоговой отчетности Общества заведомо для нее (ФИО1) ложных сведений по взаимоотношениям с указанными контрагентами. После чего, ФИО1, находясь в офисных помещениях ООО «организация изъята», в срок не позднее 25 марта 2020 года обеспечила внесение в налоговые декларации ООО «организация изъята» по налогу на добавленную стоимость за налоговые периоды 2 квартал 2018 года, 3, 4 кварталы 2019 года заведомо для нее (ФИО1) ложных сведений о суммах налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость, суммах налога на добавленную стоимость, подлежащих уплате в бюджет. Декларации по НДС за 2 квартал 2018 года, 3, 4 кварталы 2019 года, содержащие вышеуказанные заведомо для нее (ФИО1) ложные сведения в Разделе 1 «Сумма налога, подлежащая уплате в бюджет (возмещению из бюджета), по данным налогоплательщика», строке 1_040 «Сумма налога, подлежащая уплате в бюджет в соотв. с пунктом 1 статьи 173 НК РФ»; разделе 3 «Расчет суммы налога, подлежащей уплате в бюджет по операциям, облагаемым по налоговым ставкам, предусмотренным пунктами 2 - 4 статьи 164 НК РФ»; строке 3_118_05 «Общая сумма налога, исчисленная с учетом восстановленных сумм налога», строке 3_120_03 «Сумма налога, предъявленная НП при приобретении товаров (работ, услуг), имущ. прав, подлежащая вычету в соответствии с п. 2, 4, 13 ст. 171 НК РФ, а также сумма налога, подлежащая вычету в соответствии с п. 5 ст. 171 НК РФ», строке 3_190_03 «Общая сумма налога, подлежащая вычету»; строке 3_200_03 «Итого сумма налога, подлежащая уплате в бюджет по разделу 3», ФИО1 подписала и в период с 25 июля 2018 года по 14 февраля 2020 года обеспечила поэтапное поступление в ИФНС России № 2 по г. Москве, расположенную по адрес изъят, по телекоммуникационным каналам связи: - 25 июля 2018 года – уточненной (корректировка № 1) налоговой декларации ООО «организация изъята» по налогу на добавленную стоимость за 2 квартал 2018 года (в соответствии с вышеописанными положениями п. 1, 5 ст. 174, п. 7 ст. 6.1 НК РФ, срок предоставления декларации за указанный налоговый период – не позднее 25 июля 2018 года, срок уплаты налога - не позднее 25 сентября 2018 года), сумма НДС, подлежащая уплате в бюджет – 61 106 рублей; - 24 октября 2019 года – первичной налоговой декларации ООО «организация изъята» по налогу на добавленную стоимость за 3 квартал 2019 года (в соответствии с вышеописанными положениями п. 1, 5 ст. 174, п. 7 ст. 6.1 НК РФ срок предоставления декларации за указанный налоговый период – не позднее 25 октября 2019 года, срок уплаты налога - не позднее 25 декабря 2019 года), сумма НДС, подлежащая уплате в бюджет – 651 929 рублей; - 14 февраля 2020 года – уточненной (корректировка № 2) налоговой декларации ООО «организация изъята» по налогу на добавленную стоимость за 4 квартал 2019 года (в соответствии с вышеописанными положениями п. 1, 5 ст. 174, п. 7 ст. 6.1 НК РФ срок предоставления декларации за указанный налоговый период – не позднее 27 января 2020 года, срок уплаты налога - не позднее 25 марта 2020 года), сумма НДС, подлежащая уплате в бюджет – 1 812 583 рубля. В результате вышеуказанных преступных действий ФИО1, действующей во исполнение преступного умысла, направленного на уклонение от уплаты налогов с организации ООО «организация изъята», совершенных ею в нарушение указанных выше норм налогового законодательства, в том числе п. 1, пп. 1, 2 п. 2, п. 8 ст. 171, абз. 1 п. 1, п. 3 ст. 172, п. 1 ст. 173 НК РФ, выразившихся в отражении при описанных обстоятельствах в бухгалтерском и налоговом учетах ООО «организация изъята» сведений, содержащихся в документах по финансово-хозяйственным операциям с ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята», а также во включении в составленные на основании данных налогового учета Общества первичную и уточненные налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость за налоговые периоды 2 квартал 2018 года, 3, 4 кварталы 2019 года заведомо ложных сведений в части сумм налоговых вычетов, сумм налога на добавленную стоимость, подлежащих уплате в бюджет, ООО «организация изъята» уклонилось от уплаты налога на добавленную стоимость за 2 квартал 2018 года в размере 934 022,56 рублей, 3 квартал 2019 года в размере 2 169 376,84 рублей, 4 квартал 2019 года в размере 95 521 489,78 рублей, а всего на общую сумму 98 624 889,18 рублей. При этом, действительный размер обязательств ООО «организация изъята» по уплате налога на добавленную стоимость за налоговые периоды 2 квартал 2018 года, 3, 4 кварталы 2019 года с учетом фактически отраженных ООО «организация изъята» сумм налога на добавленную стоимость, подлежащих уплате в бюджет, а также установленных в результате умышленных действий ФИО1 сумм неуплаченных налогов, составил – 101 150 507,18 рублей (98 624 889,18 + 2 525 618). Таким образом, ФИО1, действующая во исполнение своего преступного умысла, направленного на уклонение от уплаты налогов с организации в особо крупном размере, в результате вышеописанных действий, осуществленных в нарушение вышеуказанных норм налогового законодательства, в период с 25 сентября 2018 года по 25 марта 2020 года уклонилась от уплаты налогов с организации, включив в налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость за налоговые периоды 2 квартал 2018 года, 3, 4 кварталы 2019 года заведомо ложные сведения о суммах налоговых вычетов, суммах налога на добавленную стоимость, подлежащих уплате в бюджет, тем самым совершила уклонение от уплаты налога на добавленную стоимость с ООО «организация изъята» на общую сумму 98 624 889,18 рублей, что превышает за период трех финансовых лет подряд пятьдесят шесть миллионов двести пятьдесят тысяч рублей, то есть является в соответствии с примечанием 1 к ст. 199 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 06 апреля 2024 года № 79-ФЗ) особо крупным размером. Допрошенная в судебном заседании подсудимая ФИО1, согласившись давать показания, вину в совершении инкриминируемых ей деяний не признала в полном объеме и пояснила, что не имеет отношения к формированию и сдаче налоговой отчетности ООО «организация изъята». Компанию ООО «организация изъята» ФИО1 учредила в 2017 году по просьбе своего знакомого фио. Также по просьбе фио ФИО1 стала генеральным директором Общества. Фио и ФИО1 достигли договоренности, что позднее фио переоформит эту Компанию на себя. В момент учреждения ООО «организация изъята» ФИО1 занималась туристическим бизнесом и была генеральным директором турфирмы ООО «организация изъята». Необходимый пакет документов для регистрации ООО «организация изъята» собирал сам фио. Документы на регистрацию подавались ФИО1, как учредителем, через нотариуса. После регистрации Общества, ФИО1 несколько раз поднимала вопрос о переоформлении Компании согласно их договоренности, но каждый раз у фио находились причины, препятствующие этому. ФИО1 не видела ничего криминального в том, что числится номинальным собственником и генеральным директором ООО «организация изъята», она видела, что Компания фактически работает, занимается финансово-хозяйственной деятельностью, продает и покупает металл. Снимался офис, был штат сотрудников, были контрагенты. При учреждении ООО «организация изъята» был уставный капитал 800 000 рублей. Для фиктивной компании столько не вносят. Приезжали инкассаторские машины, логистические машины, привозили и увозили металл. Были курьеры, которые возили первичную документацию. Компания полностью работала, и у ФИО1 не было подозрений, что она фиктивная. Фактически никаких обязанностей у ФИО1 в Компании не было. Всеми финансово-хозяйственными вопросами занимался фио, который постоянно находился в офисе ООО «организация изъята». Фио вел свой бизнес, а ФИО1 занималась своим туристическим бизнесом. При необходимости, как генеральный директор, ФИО1 подписывала документы по просьбе фио. На этом все обязанности ФИО1 заканчивались. Подбором контрагентов и проведением переговоров занимался фио. Все ключевые решения по сделкам фио принимал единолично. Как генеральный директор, ФИО1 могла встречаться с контрагентами при подписании договоров и контактировать с ними по просьбе и распоряжению фио. Также ФИО1 ездила с фио на ювелирные выставки, где происходило общение с представителями бизнеса и поиск контрагентов. По просьбе фио, ФИО1 ездила в банки для открытия расчетных счетов Компании. К формированию бухгалтерской и налоговой отчетности ФИО1 отношения не имела; это не входило в ее обязанности и изначально обсуждалось при регистрации Общества. В штате был бухгалтер, который занимался этими вопросами. Электронная цифровая подпись, необходимая при сдаче отчетности и ее формирования, выданная на имя ФИО1, всегда находилась у фио. Отчетность ФИО1 не проверялась и с ней не согласовывалась. При сдаче налоговой декларации за четвертый квартал 2019 года, 27 января 2020 года, по которой ИФНС доначислила НДС в размере 95 000 000 рублей, ФИО1 находилась за пределами Российской Федерации и не могла физически иметь отношение к формированию и сдаче указанной декларации. Это противоречит обстоятельствам, изложенным в обвинительном заключении. Это подтверждает, что доступ к программе «1С» и электронной цифровой подписи ФИО1 находился у иного лица, у фио. ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята», ФИО1 знакомы, поскольку они есть в уголовном деле. По просьбе фио ФИО1 встречалась с директором ООО «организация изъята» при подписании договора. Директора ООО «организация изъята» ФИО1 не помнит, и не помнит, встречалась ли она с ним. ФИО1 могла подписывать договоры и документы, связанные с этой организацией. ФИО1 допускает, что по поручению фио она могла контактировать с ними при обсуждении моментов по сделкам. Такое бывало редко, так как после подписания договора, общение по сделкам происходило на уровне менеджеров по закупкам и продажам. Никакого умысла на уклонение от уплаты налогов и заинтересованности в этом у ФИО1 не было. ФИО1 не отрицает, что юридически числилась учредителем и генеральным директором ООО «организация изъята». Фактическим собственником и руководителем Общества был фио. Инициатива учреждения Общества принадлежала фио. До этого у фио уже была компания, он занимался аналогичным бизнесом. По каким причинам та компания закрылась или была продана, ФИО1 не знает, фио хотел открыть новую компанию, но в тот момент по каким-то обстоятельствам не мог это сделать. ФИО1 не вдавалась в подробности. Опыта работы в сфере торговли драгоценными металлами у ФИО1 не было, с 2009 года она занимается туристическим бизнесом и с этого же года начала работать в ООО «организация изъята», сначала менеджером, затем стала генеральным директором, сейчас ФИО1 генеральный директор и собственник этой компании. Изначально ООО «организация изъята» принадлежало фио, где они и познакомились. На момент учреждения ООО «организация изъята» ФИО1 была генеральным директором ООО «организация изъята», а собственником был фио. В конце 2020 года фио продал ООО «организация изъята» ФИО1 Таким образом, в период, описанный в обвинительном заключении, ФИО1 фактически находилась в подчинении фио, как собственника ООО «организация изъята» Отвечая на вопросы участников процесса, подсудимая ФИО1 пояснила, что фио в ООО «организация изъята» полностью распределял финансово-хозяйственную деятельность, занимался поиском контрагентов, нанимал людей; в Компании у фио была должность исполнительного директора, на него была выписана доверенность на финансово-хозяйственную деятельность, фио привлекал ФИО1 там, где нужно было физически присутствие генерального директора или подпись; перед каждой встречей фио готовил ФИО1, как правило, встречи были на подписании договора, изначально условия оговаривались менеджером или фио, контрагенты приезжали в офис для подписания договора и знакомства с генеральным директором; на каких-то встречах фио был вместе с ФИО5, на каких-то она присутствовала одна; в подготовке условий сделок ФИО1 не участвовала, ей давали вводные, когда уже было известно, что контрагент согласится, и нужно было формально все зафиксировать; если ФИО1 что-то говорила на переговорах, то только после консультации с фио; офисы ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» находились в одном помещении, всей арендой занимался фио; реальных обязанностей без указаний фио в ООО «организация изъята» ФИО1 не выполняла, она не погружалась в финансово-хозяйственную деятельность ООО «организация изъята», не принимала участия в подготовке документов, которые подписывала, у фио был штат сотрудников, он сам составлял договоры, был бухгалтер, который делал документы из «1С», ФИО1 доступа к «1С» не имела и самостоятельно в данной программе работать не умеет; ФИО1 по указаниям фио подписывала договоры, дополнительные соглашения, первичную документацию, счета-фактуры, товарные накладные, внутренние документы, письма, анкеты для клиент-банков, приказы, доверенности по ООО «организация изъята», также фио находил кандидатов на работу в Компании, составлял анкеты для собеседования и часто просил ФИО1 провести собеседование, повторные собеседования фио проводил сам; уровень заработной платы сотрудников устанавливал фио, в том числе он устанавливал уровень заработной платы ФИО1; в штате ООО «организация изъята» была бухгалтер фио, курьер фио, менеджеры, бухгалтер фио занималась составлением бухгалтерской и налоговой отчетности, а фио контролировал и проверял ее, потому что электронная цифровая подпись ФИО1 была у него; Компания была на НДС, ФИО1 знала, что после каждого квартала проходят камеральные проверки после сдачи отчетности, когда она спрашивала, почему проверки, фио говорил, что это нормальное явление, все камеральные проверки проходили хорошо; кто физически направлял отчетность в налоговый орган – бухгалтер или фио, ФИО1 не известно; если в ходе камеральной проверки или при подготовке сдачи отчетности была необходимость взаимодействовать с ИФНС, этим занимались фио и бухгалтер, несколько раз, один или два, требовался вызов в ИФНС генерального директора; тогда ФИО1 ходила, а фио готовил для нее документы; когда ФИО1 находилась в офисе, к ней с вопросами подходили сотрудники ООО «организация изъята», поскольку они с фио не афишировали, что ФИО1 номинальный генеральный директор; фио приглашал ФИО1 на ювелирные выставки; они проходят несколько раз в год в городе Москве и городе Санкт-Петербурге, для наработки новой клиентуры фио выезжал туда и брал ФИО1 с собой, поскольку если удавалось заключить договор или сделку на поставку или покупку драгоценных металлов, контрагенты хотели познакомиться с генеральным директором; поиском контрагентов для Общества занимался фио, среди контрагентов были ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята», ФИО1 подписывала документы, бухгалтер и фио собирали на каждого контрагента пакет документов, досье; подробностей сделок, взаиморасчетов, ФИО1 пояснить не может, так как не вникала в это, все денежные потоки проходили через фио, он распоряжался, куда и что платить; лично ФИО1 электронную цифровую подпись (ЭЦП) не получала, когда возникла потребность в ЭЦП для сдачи отчетности, она выписала доверенность курьеру фио, он получил ЭЦП в ООО «организация изъята», привез и отдал ее фио, все ключи от клиент-банков, ФИО1 также передавала фио, которому доверяла; ООО «организация изъята», на упрощенной системе налогообложения, опыта самостоятельного формирования или сдачи налоговой отчетности у ФИО1 нет, у ее общества бухгалтер на аутсорсинге; в ООО «организация изъята» ФИО1, как и другие сотрудники, получала заработную плату на карту; ФИО1 перестала быть учредителем и генеральным директором ООО «организация изъята» в 2020 году; узнав, о размере доначислений и о том, что все суды по оспариванию решений налогового органа были не в пользу Общества, ФИО1 не пошла в налоговый орган и не сообщила о недостоверности внесенных сведений в отношении нее, поскольку Компания работала и ФИО1 считала, что с этим вопросом можно разобраться, она обращалась с этим к фио, тот сказал, что вопросы решаются, разбираются; на иждивении у ФИО1 находятся престарелые родственники, достигшие пенсионного возраста и являющиеся инвалидами. Несмотря на приведенные выше показания подсудимой, ее виновность в совершении инкриминируемого преступления подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а именно: - оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля фио (том 4 л.д. 151-155), согласно которым с 2007 года по 2018 год фио работал в ООО «организация изъята» водителем, после этого работал водителем в АО «организация изъята» и вахтовым методом в северных регионах России. Ни учредителем, ни генеральным директором ООО «организация изъята» фио не был, эту организацию без его ведома, открыли неизвестные свидетелю лица. Когда фио стало известно об учреждении ООО «организация изъята» на его имя, он сообщил об этом директору ООО «организация изъята», после чего съездил в город Москву для переоформления ООО «организация изъята» на другого человека, но кто занимался переоформлением, свидетель не помнит. Отношения к руководству финансово-хозяйственной деятельностью ООО «организация изъята» фио не имел, Обществом не руководил, его назначили директором неизвестные ему люди. Фактический руководитель ООО «организация изъята» фио не известен. Никакие документы по ООО «организация изъята» фио не подписывал, в налоговый орган никакие документы не представлял и не получал. Когда его опрашивали в налоговом органе, фио видел, что на документах, связанных с деятельностью ООО «организация изъята», подписи выполнены от его имени другим лицом, документы он не подписывал. О том, по какому адресу было зарегистрировано ООО «организация изъята», где фактически располагался офис данного Общества, какие сотрудники были в ООО «организация изъята» и их должности, основные виды деятельности ООО «организация изъята», в каких банках открыты счета ООО «организация изъята», кто осуществлял функции главного бухгалтера в ООО «организация изъята», каким образом начислялась и выплачивалась заработная плата сотрудникам ООО «организация изъята», в каком налоговом органе на учете состояло ООО «организация изъята» в качестве налогоплательщика, каким образом осуществлялось представление налоговых деклараций ООО «организация изъята» в налоговый орган, фио не известно. Ключи квалифицированной электронной подписи ООО «организация изъята» свидетель не оформлял, не получал и никому не доверял их получение, хранение, использование. Контрагенты ООО «организация изъята» фио не известны, он подбором контрагентов не занимался. В городе Москве фио никогда не жил. Ни ООО «организация изъята», ни ФИО1 свидетелю не известны. ООО «организация изъята», а также фио, фио, фио, фио, фио свидетелю не известны; - оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля фио (том 4 л.д. 165-169), согласно которым фио с июля 2018 года по август 2021 года являлся генеральным директором ООО «организация изъята», а также с апреля 2016 года по май 2022 года фио являлся учредителем данной организации. С 2016 года по 2021 года свидетель являлся фактическим руководителем ООО «организация изъята». По месту расположения офиса ООО «организация изъята» по адрес изъят, происходила приемка товара, переработка товара, из данного офиса лом золота отправлялся в адрес аффинажных заводов для переработки лома в гранулы золота, а также из данного же адреса заказчики получали товар, поступивший после переработки из аффинажных заводов. ООО «организация изъята» фио известно, оно являлось заказчиком ООО «организация изъята», то есть ООО «организация изъята» на основании агентских договоров осуществляло поиск и закупку лома золота, после чего ООО «организация изъята» перерабатывало лом золота и в дальнейшем поставляло гранулы для ювелирного производства, в том числе в адрес ООО «организация изъята». Все договорные отношения с ООО «организация изъята» осуществлялись через генерального директора ФИО1 Заявки, как на покупку, так и на продажу от ООО «организация изъята» поступали в ООО «организация изъята» посредством мобильной связи, далее информация обрабатывалась во внутренней системе (онлайн калькулятор) ООО «организация изъята» и, если цена сделки устраивала, как покупателя/заказчика, так и продавца, то заключался договор. Заявки от ООО «организация изъята» поступали от ФИО1 Организации ООО «организация изъята» свидетель не помнит, а ООО «организация изъята» в коммерческой деятельности по купле-продаже драгоценных металлов фио вообще не знакомо. Фио свидетелю не знаком и со стороны ООО «организация изъята» при взаимоотношениях с ООО «организация изъята», он отношения никакого не имел; - показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля фио полностью подтвердившего показания, данные им на стадии предварительного расследования и оглашенные в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ (том 4 л.д. 119-126, 129-136), согласно которым, фио состоит в должности заместителя начальника отдела выездных проверок ИФНС России № 43 по г. Москве с 04 мая 2021 года по настоящее время. На основании решения заместителя руководителя ИФНС России № 43 по г. Москве (далее-Инспекция), должностными лицами Инспекции в период с 31 марта 2021 года по 24 ноября 2021 года была проведена выездная налоговая проверка в отношении ООО «организация изъята» по всем налогам и сборам за период с 01 января 2018 года по 31 декабря 2019 года на основании заключения предпроверочного анализа. ООО «организация изъята» адрес изъят/стр. 1, эт. 5, пом. 1х, ком. 6(3) и в период с 23 октября 2020 года состоит на учете в ИФНС России № 43 по г. Москве, с момента основания состояло на учете в ИФНС № 8 по г. Москве и ИФНС № 2 по г. Москве. Учредителем и руководителем ООО «организация изъята» с момента образования до 10 января 2021 года являлась ФИО1 В ходе выездной налоговой проверки были установлены взаимоотношения с сомнительным контрагентом ООО «организация изъята». ООО «организация изъята» отразило в книгах покупок декларации по НДС 3 квартала 2019 года, счета-фактуры 2017 года, выставленные ООО «организация изъята». При анализе финансово-хозяйственной деятельности ООО «организация изъята» было установлено, что деятельность ООО «организация изъята» за 2017-2019 годы не велась, декларации не представлялись, операции по единственному расчетному счету не производились, оплата за поставленные товары ООО «организация изъята» в адрес ООО «организация изъята» не производилась. В 2020 году у ООО «организация изъята» сменился учредитель и генеральный директор и в 2020 году были представлены декларации только по НДС за 1, 2, 3 кварталы 2017 года, в книгах продаж которых было отражено ООО «организация изъята», в книгах покупок отражены счета-фактуры 2014 года, выставленные «техническими» организациями, НДС по «цепочке» контрагентов не уплачен. ООО «организация изъята» сначала представило счета-фактуры 2017 года, выставленные в адрес ООО «организация изъята» и подписанные фио, которая являлась учредителем и генеральным директором ООО «организация изъята» с 24 декабря 2019 года по 29 июля 2021 года. Далее ООО «организация изъята» представила те же самые счета-фактуры 2017 года, товарные накладные, только уже подписанные предыдущим генеральным директором и учредителем фио и были получены пояснения, что ООО «организация изъята» получило от фио сообщение о наличии задолженности у ООО «организация изъята» за поставку оборудования и представлены дубликаты счетов-фактур с сопроводительным письмом. Сведения о реквизитах и суммах счетов-фактур могли быть взяты из книги продаж ООО «организация изъята». Также были представлены документы и пояснения, что задолженность ООО «организация изъята» перед ООО «организация изъята» путем переуступки прав требования перешла к ООО «организация изъята». Тем самым, ООО «организация изъята» был создан фиктивный документооборот. Был произведен допрос учредителя и руководителя ООО «организация изъята» фио, который пояснил, что являлся руководителем и учредителем ООО «организация изъята» с 2013 по 2019 годы, организация в данный период деятельность не вела. ООО «организация изъята» было создано под строительный проект, который сорвался, штат сотрудников в данной организации отсутствовал, при этом ООО «организация изъята» фио не знакомо, как и ответственные лица Общества, никаких переговоров с данной организацией фио не вел, встречи не проводил, договоры ООО «организация изъята» не заключались вообще, в том числе и с ООО «организация изъята». ООО «организация изъята» не осуществляло финансово-хозяйственную деятельность, ООО «организация изъята» фио не известно, документы, представленные ООО «организация изъята», фио не подписывал. В конце 2019 года фио переуступил право владения ООО «организация изъята» другому лицу. Ha основании вышеизложенного, установлено, что ООО «организация изъята» не осуществляло какой-либо финансово-хозяйственной деятельности, у общества отсутствовали сотрудники, транспортные средства, производственные мощности, недвижимость, контрагенты и иные ресурсы, необходимые для исполнения договорных обязательств перед ООО «организация изъята», операции по расчетному счету общества не производились, генеральный директор ООО «организация изъята» в ходе допроса подтвердил факт отсутствия договорных взаимоотношений с ООО «организация изъята» и с иными контрагентами. Сотрудников и генерального директора ООО «организация изъята» он не знает и не владеет информацией относительно договорных взаимоотношений ООО «организация изъята» с ООО «организация изъята». Таким образом, ООО «организация изъята» является участником схемы, созданной для уклонения от уплаты налога на добавленную стоимость. Установлены также взаимоотношения ООО «организация изъята» с взаимозависимой и подконтрольной организацией ООО «организация изъята», обладающей признаками «технической» организации. ООО «организация изъята» отразило в книгах покупок декларации по НДС за 2, 3, 4 кварталы 2019 года счета-фактуры, выставленные ООО «организация изъята». ООО «организация изъята» не отразило в книгах продаж счета-фактуры, выставленные ООО «организация изъята», тем самым было установлено наличие несформированного источника для применения налоговых вычетов по НДС, НДС по «цепочке» контрагентов не был уплачен. В ходе анализа банковских выписок ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» установлено, что ООО «организация изъята» не произвело оплату за поставленные товары в адрес ООО «организация изъята». Были представлены пояснения, что задолженность ООО «организация изъята» перед ООО «организация изъята» погашена по трехстороннему соглашению о переуступке права требования, заключенному между ООО «организация изъята», ООО Лайт Голд» и ООО «организация изъята», стороны договорились, что ООО «организация изъята» до 31 марта 2020 года исполняет свое обязательство перед ООО «организация изъята» в размере 63 000 000 рублей в пользу ООО «организация изъята». Согласно банковской выписке, денежные средства ООО «организация изъята» в адрес ООО «организация изъята» не перечислялись, тем самым задолженность не была погашена. Согласно протоколу допроса фио, который является генеральным директором ООО «организация изъята» поставляло золото Группе Компаний, в данную в Группу Компаний входят организации ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» ООО «организация изъята» и другие общества, координацию которых осуществляет фио, которая указывала, на какие организации из Группы Компаний необходимо выставлять счета для оплаты за поставленный товар. Все платежи были без НДС. Вопросами оплаты занималась фио Деятельность данной Группы Компаний управляется АП ДМ (Ассоциацией), которая создана самой Группой Компаний. Согласно справкам, сданным по форме 2-НДФЛ, сотрудниками АП ДМ в период 2018-2021 гг. являлись, в том числе: фио, фио, фио, фио, фио, фио, фио, фио. Учредителем АП ДМ является ООО «организация изъята» ИНН **21, в которой фио является учредителем и руководителем. Также было установлено, что фио является супругой фио, который, в свою очередь, являлся исполнительным директором ООО «организация изъята» ООО «организация изъята» оказывало консультационные и бухгалтерские услуги для ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята». Руководителем ООО «организация изъята» является фио, которая является давней знакомой ффио и фио, с которыми она работала в организации «Эр Джи Тинаиф» в должности консультанта руководителя. Фио являлась бухгалтером в организации «Эр Джи Тинаиф», при допросе пояснила, что учредитель ООО «организация изъята» фио. IP- адреса ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» совпадают. Руководитель ООО «организация изъята» фио, а также сотрудники фио, фио, фио, фио, являлись сотрудниками АП ДМ. Сотрудник ООО «организация изъята» фио одновременно осуществляла деятельность в АП ДМ. Также сотрудник ООО «организация изъята» фио выполнял поручения по доверенности, выданной ООО «организация изъята». Сотрудники ООО «организация изъята» фио, фио, фио одновременно осуществляли деятельность в АП ДМ. Согласно сведениям, содержащимся в ПК АИС Налог- 3, руководитель ООО «организация изъята» фио получала заработную плату в АП ДМ, а также получала заработную плату в ООО «организация изъята», в том же периоде, когда фио занимала должность руководителя коммерческого отдела в ООО «организация изъята». Также, при проведенном анализе банковских выписок установлено расходование денежных средств участниками Группы Компани (одной организацией за другую — аффилированную): ООО «организация изъята» производит расчеты за ООО «организация изъята», АП ДМ, АНО НИЦ РДМ, в частности, производились расчеты по страховым взносам на выплату страховой части трудовой пенсии, страховым взносам на обязательное медицинское страхование; ООО «организация изъята» также осуществляло расчеты по страховым взносам на выплату страховой части трудовой пенсии, страховых взносов на обязательное медицинское страхование за ООО «организация изъята» и АП ДМ. Из полученных документов и информации установлено, что Группой Компаний образована АП ДМ, с помощью данной Ассоциации контролируется деятельность, координируются и согласовываются действия участников Группы Компаний. Сделка ООО «организация изъята» с ООО «организация изъята» не имела экономической обоснованности и деловой цели, а была направлена на занижение налоговой базы по НДС с целью неполной уплаты налога. В ходе допроса свидетеля фио, проведенного сотрудниками ИФНС России по городу Костроме, свидетель сообщил, что работал в ООО ЮЗ «Регион-Кострома» в должности водителя, знаком с фио фио, согласно данным ЕГРЮЛ являлся соучредителем и руководителем ООО «организация изъята», фио сообщил, что он никогда не являлся учредителем и руководителем ООО «организация изъята», не принимал никаких решений относительно финансово-хозяйственной деятельности Общества. Фио ему не знаком, на должность генерального директора фио его не назначал, однако согласно сведениям из ЕГРЮЛ, в период назначения генеральным директором фио, фио являлся учредителем (доля 65%) ООО «организация изъята». С учредителем ООО «организация изъята» фио, фио также не знаком. Свидетелями было указано, что расчетные счета ООО «организация изъята» закрывались банками в связи с действующим законодательством (115-ФЗ о противодействии легализации (отмывании) доходов). Основной причиной перевода бизнеса ООО «организация изъята» явилась невозможность открытия расчетных счетов в банках. При допросе фио сотрудниками Инспекции свидетель сообщил, что расхождений между банковской выпиской и книгами покупок ООО «организация изъята» не было, а самые крупные поставщики ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» отражены в декларациях по НДС за 2018-2019 годы. Однако, ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» применяют упрощенную систему налогообложения, не являются плательщиками НДС и все расчеты с данными организациями ООО «организация изъята» произведены без НДС. Тем самым, фио не располагает основополагающими сведениями, касающимися деятельности ООО «организация изъята». Инспекцией отказано в предоставлении ООО «организация изъята» права на заявление к вычету (зачету) сумм НДС по взаимоотношениям с ООО «организация изъята», что обусловлено совокупностью полученных фактов, свидетельствующих об умышленном создании фиктивного документооборота между участниками схемы, направленного на неправомерное завышение вычетов по НДС и занижению налоговой базы НДС. Таким образом можно сделать вывод о том, что участниками преступной схемы по уклонению от уплаты налогов являлась Группа Компаний, в которую входили в том числе ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», контролировалась данная Группа Компаний специально созданной руководителями компаний-участников в этих целях АП ДМ. Данная Группа Компаний закупала лом драгоценных металлов у общих компаний-поставщиков, основными из которых были ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята», которые не облагаются НДС, после чего, с целью последующей реализации приобретенного лома драгоценных металлов заводам-изготовителям ювелирной продукции осуществляла товарооборот с использованием фиктивного документооборота между аффилированными компаниями, то есть между Обществами, входящими в Группу Компаний, уклоняясь от уплаты НДС. Причиной расхождения выводов заключения эксперта № 132э/7 от 15 августа 2023 года с решением ИФНС России № 43 по г. Москве № 13-12/02р от 21 июля 2022 года о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части установленного налогового периода по неуплате суммы налога на добавленную стоимость ООО «организация изъята» послужило то, что согласно материалам выездной налоговой проверки в отношении ООО «организация изъята» установлено, что Обществом отражены сделки с контрагентами ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» в книге-покупок во 2 квартале 2018 года, в 3 и 4 кварталах 2019 года, а во 2 квартале 2019 года в книге-покупок сделки не отражались. При этом, при проведении выездной налоговой проверки налоговым органом были приняты указанные сделки по НДС по дате их принятия на учет, то есть по датам, отраженным в счетах-фактурах. Расхождения в суммах не исчисленного к уплате НДС по сделкам ООО «организация изъята» с сомнительными контрагентами ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» за 3, 4 квартал 2019 года между заключением эксперта № 132э/7 от 15 августа 2023 года и решением налогового органа от 21 июля 2022 года № 13-12/02р связаны с тем, что налоговым органом при проведении выездной налоговой проверки приняты указанные сделки по НДС по дате их принятия на учет, то есть по датам, отраженным в счетах-фактурах. Вместе с этим, в соответствии с п. 6 ст. 52 НК РФ сумма налога исчисляется в полных рублях, сумма сбора округляется до полного рубля. Таким образом, ИФНС России № 43 по г. Москве при исчислении неуплаченного ООО «организация изъята» налога на добавленную стоимость, его общая сумма была округлена до рубля. Если исчислять сумму недоимки в точности до копейки, то сумма НДС, не исчисленная к уплате ООО «организация изъята» за 2 квартал 2018 года, 3 квартал 2019 года, 4 квартал 2019 года, составляет 95 521 489,78 рублей. Фио в рамках выездной налоговой проверки в отношении ООО «организация изъята» неоднократно проводился допрос в качестве свидетеля генерального директора ООО «организация изъята» ФИО1, в ходе которого последняя давала последовательные показания и отвечала на заданные вопросы. При проведении выездной налоговой проверки, допрашивались в том числе руководители контрагентов ООО «организация изъята», которые сообщали, что все переговоры по взаимоотношениям с ООО «организация изъята» осуществляли непосредственно с руководителем данной организации ФИО1 Кроме того, допрашивались работники ООО «организация изъята», в том числе главный бухгалтер ООО «организация изъята» фио, которые сообщали, что ФИО1 являлась фактическим руководителем данной организации, то есть единоличным исполнительным органом. Сведений о том, что ФИО1 являлась номинальным руководителем ООО «организация изъята» в ходе выездной налоговой проверки получено не было, а ООО «организация изъята» являлось самостоятельным юридическим лицом. В рамках статьи 90 НК РФ сотрудниками ИФНС России № 43 по г. Москве был проведен допрос фио, которая являлась главным бухгалтером ООО «организация изъята» с 2017 года по июль 2020 года, руководителем Общества являлась ФИО1, заказчиков Общества фио не помнит, как и представителей. Относительно контрагента ООО «организация изъята» сообщила, что подробности ей не известны, так как взаимодействие осуществляла лично ФИО1 Сотрудниками ИФНС России № 43 по г. Москве был проведен допрос фио в ходе которого фио сообщила, что являлась ведущим менеджером по продажам в ООО «организация изъята», руководителем Общества была ФИО1, однако, организация ООО «организация изъята» ей не знакома, как и иные контрагенты, в том числе и ООО «организация изъята». Сотрудниками ИФНС России № 43 по г. Москве был проведен допрос фио, в ходе которого фио сообщила, что являлась главным бухгалтером в ООО «организация изъята» в 2017 году, руководство Обществом осуществляла ФИО1, никаких Контрагентов ООО «организация изъята» фио не знает, в том числе ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята». Сотрудниками ИФНС России № 43 по г. Москве был проведен допрос фио, в ходе которого фио сообщила что являлась менеджером по продажам ООО «организация изъята» с 2017 по 2018 годы, руководителем являлась ФИО1, организации ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» ей не знакомы. Вместе с этим, в ходе выездной налоговой проверки было установлено, что ООО «организация изъята» оказывало консультационные и бухгалтерские услуги для ООО «организация изъята», ООО «организация изъята». Был установлен сотрудник ООО «организация изъята» - фио, который также выполнял поручения по доверенности, выданной от имени ООО «организация изъята», что также может говорить об аффилированности ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята». В ходе выездной налоговой проверки установлено, что сделка ООО «организация изъята» с ООО «организация изъята» не имела экономической обоснованности и деловой цели, а была направлена на занижение налоговой базы по НДС, с целью неполной уплаты налога. Согласно анализу банковских выписок, у ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» одни и те же контрагенты, которые поставляли товар без НДС, а реализация товара производится в полном объеме с НДС. При этом, НДС в бюджет в полном объеме не уплачен. В ходе анализа данной сделки было установлено, что ООО «организация изъята» не произведен расчет за поставленный товар. При анализе банковских выписок за период 2019-2021 годов ООО «организация изъята» перечисление денежных средств от ООО «организация изъята» не установлено. ООО «организация изъята» исключено из ЕГРЮЛ и является недействующей организацией с 26 августа 2021 года. Таким образом, оплата за поставленный товар ООО «организация изъята» не произведена, что в том числе, говорит о фиктивности сделки между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята». Относительно ООО «организация изъята» налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки достоверно установлено, что данная организация, в том числе в исследуемый период (2018-2019 годов) финансово-хозяйственной деятельности вообще не осуществляла, перечислений денежных средств между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» не было, у ООО «организация изъята» вообще основным видом деятельности являлось строительство жилых и нежилых зданий, а допрошенный в качестве свидетеля генеральный директор ООО «организация изъята» фио также подтвердил факт отсутствия какой-либо финансово-хозяйственной деятельности данного Общества, и отрицал какие-либо взаимоотношения с ООО «организация изъята». Кроме того в ЕГРЮЛ содержатся сведения о недостоверности генеральных директоров ООО «организация изъята» фио и фио, назначенных после ФИО1 Также по данным, содержащимся в ПК АИС Налог-3 ООО «организация изъята» 18 января 2021 года поданы декларации налога на прибыль за 12 месяцев 2020 года и НДС за 4 квартал 2020 года, подписанные ФИО1, таким образом, декларации подписаны неуполномоченным лицом. IP- адрес, с которого сдавалась данная отчетность, совпадает с IP- адресом ООО «организация изъята» ИНН **, в котором ФИО1 также являлась учредителем и руководителем (1Р-адрес: **). С 1 квартала 2021 года ООО «организация изъята» является фактически недействующей организацией, операции по расчетным счетам отсутствуют. В ходе выездной налоговой проверки сведений о том, что фио являлся бенефициарным владельцем ООО «организация изъята», координирующим действия ФИО1 при сдаче бухгалтерской и налоговой отчетности получено не было. Именно ФИО1 являлась подписантом налоговых деклараций ООО «организация изъята», в том числе налоговых деклараций по налогу на добавленную стоимость за 2 квартал 2018 года, 2 квартал 2019 года, 3 квартал 2019 года, за 4 квартал 2019 года. Отвечая на вопросы участников процесса, свидетель фио пояснил, что документы у ООО «организация изъята» запрашивались. Но представлены не были, поскольку на тот момент общество уже не действовало; - показаниями допрошенной в судебном заседании свидетеля фио, полностью подтвердившей показания, данные ею на стадии предварительного расследования и оглашенные в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ (том 4 л.д. 137-143), согласно которым фио в период с апреля 2017 года по сентябрь 2017 года номинально числилась в должности генерального директора ООО «организация изъята», ее заработная плата составляла примерно 60 000 рублей в месяц. Фио работала в ООО «организация изъята» и взаимодействовала со многими компаниями, в один из дней марта 2017 года, в ходе встречи в офисе ООО «организация изъята», представитель одной из компаний, мужчина, которого свидетель не помнит, предложил фио номинально назначиться на должность генерального директора в компанию, которая якобы занималась куплей/продажей драгоценных металлов, при этом данный мужчина сразу сказал фио, что фактически в ее обязанности ничего входить не будет, ей только будет начисляться заработная плата в данной компании, как генеральному директору. Ввиду трудного материального положения фио согласилась номинально назначиться на должность генерального директора ООО «организация изъята». В один из дней марта/апреля 2017 года свидетель обратилась в одну из налоговых инспекций с соответствующим заявлением и необходимым пакетом документов, все это происходило под контролем мужчины, который предложил ей данное назначение. Предыдущего генерального директора фио лично никогда не видела, как она поняла, тот также был номинальным директором. После назначения фио на должность генерального директора ООО «организация изъята», она продолжала исполнять свои должностные обязанности в ООО «организация изъята». При этом в ООО «организация изъята» руководитель свидетеля фио была в курсе того, что фио номинально назначается на должность генерального директора ООО «организация изъята», потому что она формально уволилась из ООО «организация изъята» для официального назначения в ООО «организация изъята». Таким образом фио номинально числилась в должности генерального директора ООО «организация изъята» с апреля по сентябрь 2017 года. Находясь в должности генерального директора ООО «организация изъята», фио никаких переговоров от имени генерального директора ООО «организация изъята» не вела и никаких договоров не подписывала. Точный адрес офиса ООО «организация изъята» свидетель не помнит, но офис был по юридическому адресу и был формальный, сотрудников в данном офисе не было, как фио поняла, офис был открыт на случай проверки со стороны налогового органа. Заработная плата фио начислялась на ее банковскую карту с расчетного счета ООО «организация изъята», это было сделано для того, чтобы показать, что якобы данная компания осуществляет финансово-хозяйственную деятельность. Фио никакого отношения к руководству финансово-хозяйственной деятельностью ООО «организация изъята» она не имела, возможно подписывала по указанию мужчины по чьей инициативе она была назначена на должность, какие-то документы. ООО «организация изъята» фактически никакой деятельности не осуществляло. ООО «организация изъята» свидетелю незнакомо, в договорных отношениях с указанной организацией она не состояла, ООО «организация изъята» ей также не знакомо. С учредителем ООО «организация изъята» фио не знакома, насколько помнит, учредители тоже были номинальные. Фио свидетелю не знаком. В конце августа 2017 года фио решила уволиться с должности генерального директора ООО «организация изъята», так как стала понимать, что у нее могут возникнуть проблемы из-за этого с правоохранительными органами или налоговыми органами, после чего она написала заявления в налоговый орган, с сентября 2017 года фио перестала работать в ООО «организация изъята». Отвечая на вопросы участников процесса, свидетель фио пояснила, что ООО «организация изъята» занималось покупкой и продажей лома золота, она в обществе занималась открытием расчетных счетов, помнит, что счета были отрыты в «Россельхозбанке» и «Т-Банке»; о налоговой проверке и налоговой отчетности в ООО «организация изъята» за 2018-2019 годы свидетелю ничего не известно; - показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля фио, полностью подтвердившего показания, данные им на стадии предварительного следствия и оглашенные в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ (том 4 л.д. 158-162), согласно которым фио является другом фио. В период с 25 ноября 2016 года по 16 сентября 2019 года фио являлся соучредителем в ООО «организация изъята», генеральным директором и соучредителем в данной организации являлся фио. Указанная организация учреждалась именно фио. Основным видом деятельности ООО «организация изъята» являлось строительство жилых и нежилых зданий. После выхода фио из состава участников, фио продал ООО «организация изъята» фио. ООО «организация изъята» создавалось для реализации строительного проекта, который не был реализован, поэтому ООО «организация изъята» фактически свою финансово-хозяйственную деятельность не осуществляло. Бухгалтера в ООО «организация изъята» не было. Примерно с 2021 года по настоящее время фио проживает за территорией Российской Федерации, где осуществляет свою трудовую деятельность. Впервые название ООО «организация изъята» фио услышал при допросе его в налоговом органе. ОО «ДМ Инвест» свидетелю не знакомо, между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» никаких финансово-хозяйственных взаимоотношений не было. Тем более, что видом деятельности ООО «организация изъята» была торговля драгоценными металлами. К данному виду деятельности ни ООО «организация изъята», ни фио, ни фио отношения никакого не имели, никаких договоров между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» не заключалось и соответственно не подписывалось, а также никаких перечислений денежных средств между указанными организациями не было. Фио также никаких договоров с ООО «организация изъята» от имени генерального директора ООО «организация изъята» не заключал и не подписывал. ООО «организация изъята», ФИО1, фио свидетелю не знакомы. Отвечая на вопросы участников процесса, свидетель фио пояснил, что участия в подготовке налоговой отчетности ООО «организация изъята» он не принимал, осуществлял совместно с фио работы на строительной площадке и иным образом в деятельность ООО «организация изъята» не вникал; - показаниями допрошенной в судебном заседании свидетеля фио, полностью подтвердившей показания, данные ею на стадии предварительного следствия и оглашенные в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ (том 4 л.д. 171-175), согласно которым в 2018 году фио учредила ООО «организация изъята» и на основании решения № 1 единственного учредителя от 18 апреля 2018 года, была назначено на должность генерального директора указанной организации. Фио фактически осуществляла руководство финансово-хозяйственной деятельностью ООО «организация изъята», иных лиц, в том числе бенефициарных владельцев у ООО «организация изъята» не было. В 2018-2020 годах между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» имелись финансово-хозяйственные взаимоотношения по купле-продаже драгоценных металлов. ООО «организация изъята» по отношению к ООО «организация изъята» являлось поставщиком драгоценных металлов. От имени ООО «организация изъята» при взаимоотношениях с ООО «организация изъята» выступала генеральный директор ФИО1, с которой фио заключала договор и с ФИО1 же она обсуждала все нюансы по договору и поставке драгоценных металлов. Иные руководители ООО «организация изъята» свидетелю не известны. Фио фио не знаком, с ним по взаимоотношениям с ООО «организация изъята» свидетель никогда не общалась. По взаимоотношениям с ООО «организация изъята» фио общалась только с генеральным директором ФИО1 Отвечая на вопросы участников процесса, свидетель фио пояснила, что продала ООО «организация изъята» в 2022 году; объемы поставок и цены договоров между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» согласовывались на каждую партию между ней и ФИО1, объем сделок между организациями был точно больше 10 - 20 000 000 рублей; ООО «организация изъята» сотрудничало с ООО «организация изъята», как и с ООО «организация изъята», взаимодействие также шло с генеральным директором; ООО «организация изъята» свидетелю не знакомо; о взаимодействии ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» фио ничего не известно; - показаниями допрошенной в судебном заседании свидетеля фио, полностью подтвердившей показания, данные ею на стадии предварительного следствия и оглашенные в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ (том 5 л.д. 52-56, 60-65), согласно которым с 2016 года по 2023 год фио работала генеральным директором ООО «организация изъята». ООО «организация изъята» являлось контрагентом ООО «организация изъята». С фио свидетель не знакома, и какое отношение он имел к деятельности ООО «организация изъята», свидетелю не известно. ООО «организация изъята» фио не известно. ООО «организация изъята» являлось контрагентом ООО «организация изъята». Руководителем ООО «организация изъята» являлась ФИО1, с которой фио общалась в период финансово-хозяйственных взаимоотношений, с которой она лично заключала договоры по купле-продаже драгоценных металлов, поддерживала деловые отношения. фио неоднократно была в офисе ООО «организация изъята», в том числе в кабинете руководителя ООО «организация изъята» - ФИО1, а также ФИО1 неоднократно бывала в офисе фио. Помимо ФИО1 свидетель более ни с кем по взаимоотношениям с ООО «организация изъята» не общалась. Все решения по взаимоотношениям между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» от имени ООО «организация изъята» принимала всегда ФИО1 Также в ООО «организация изъята» была бухгалтер по имени Наталья, ее фамилию свидетель не помнит. Кроме того, фио очень часто присутствовала на различных ювелирных выставках в городе Москве и городе Санкт-Петербурге, где также часто присутствовала ФИО1, которая представляла ООО «организация изъята». При общении с генеральным директором ООО «организация изъята» ФИО1 по взаимоотношениям с ООО «организация изъята», у свидетеля не было оснований считать ФИО1 номинальным руководителем ООО «организация изъята». Генеральный директор ООО «организация изъята» ФИО1 являлась полноценным фактическим руководителем ООО «организация изъята», это фио поняла в ходе многочисленных переговоров и личных встреч с ФИО1, именно ФИО1 принимала различные руководящие решения по финансово-хозяйственной деятельности от имени ООО «организация изъята». ФИО1 помимо того, что являлась руководителем ООО «организация изъята», являлась профессиональным специалистом в области драгоценных металлов и ювелирных изделий. Договорные отношения с ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» были установлены при личном общении свидетеля с ФИО1, договор они подписывали в офисе ООО «организация изъята» по адрес изъят. Между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» было 2 договора, которые в присутствии свидетеля лично подписывала ФИО1 О лицах, которые прямо или косвенно влияли на деятельность ООО «организация изъята», давали указания по управлению таковым, руководили сотрудниками Общества, фио не известно, ей известна только ФИО1, так как свидетель общалась только с ней, ФИО1 принимала всегда руководящие решения от имени ООО «организация изъята». Фио никогда не слышала от ФИО1 анкетные данные фио, от имени ООО «организация изъята» свидетель всегда общалась только с генеральным директором ФИО1, которая принимала руководящие решения от имени ООО «организация изъята». Также фио не слышала, чтобы ООО «организация изъята» входило в какую-то группу компаний, так как перед началом взаимоотношений, свидетель лично осуществляла проверку всех контрагентов, а также лично общалась с генеральными директорами своих контрагентов, в том числе для установления иных собственников компаний. Отвечая на вопросы участников процесса, свидетель фио пояснила, что взаимоотношения между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» были с начала 2018 года по конец 2020 года в рамках указанных взаимоотношений металл всегда физически передавался; ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» хранили металлы на одном складе. Также вина ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления, подтверждается: - сопроводительным письмом ИФНС России № 43 по г. Москве от 25 января 2023 года № 13-12/002443дсп с приложением оптического диска формата CD-R о направлении материалов выездной налоговой проверки в отношении ООО «организация изъята» в адрес изъят-58); - протоколом осмотра предметов и документов от 26 апреля 2024 года, согласно которому проведен осмотр оптического диска формата CD-R, представленный в следственный орган ИФНС России № 43 по г. Москве сопроводительным письмом от 25 января 2023 года № 13-12/002443дсп, содержащий материалы выездной налоговой проверки в отношении ООО «организация изъята». В ходе осмотра содержимого памяти оптического диска обнаружены, в том числе следующие документы: банковские выписки ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята»; протоколы допросов, акт налоговой проверки от 24 января 2022 года № 13-12/02а, проведенной ИФНС России № 43 по г. Москве в отношении ООО «организация изъята»; дополнение к акту налоговой проверки № 13-12/02а от 09 июня 2022 года, проведенной ИФНС России № 43 по г. Москве в отношении ООО «организация изъята»; решение от 21 июля 2022 года № 13-12/02р о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в отношении ООО «организация изъята»; возражения и жалобы налогоплательщика; выписка из ЕГРЮЛ, книги покупок, книги продаж, налоговые декларации по НДС. Осмотром налоговых деклараций по НДС за 2 квартал 2018 года, 3, 4 кварталы 2019 года установлено, что в них имеются ложные сведения в Разделе 1 «Сумма налога, подлежащая уплате в бюджет (возмещению из бюджета), по данным налогоплательщика», строке 1_040 «Сумма налога, подлежащая уплате в бюджет в соотв. с пунктом 1 статьи 173 НК РФ»; разделе 3 «Расчет суммы налога, подлежащей уплате в бюджет по операциям, облагаемым по налоговым ставкам, предусмотренным пунктами 2 - 4 статьи 164 НК РФ»; строке 3_118_05 «Общая сумма налога, исчисленная с учетом восстановленных сумм налога», строке 2_120_03 «Сумма налога, предъявленная НП при приобретении товаров (работ, услуг), имущ. прав, подлежащая вычету в соответствии с п. 2, 4, 13 ст. 171 НК РФ, а также сумма налога, подлежащая вычету в соответствии с п. 5 ст. 171 НК РФ», строке 3_190_03 «Общая сумма налога, подлежащая вычету»; строке 3_200_03 «Итого сумма налога, подлежащая уплате в бюджет по разделу 3». Подписантом в вышеуказанных налоговых декларациях по налогу на добавленную стоимость за 2 квартал 2018 года, 3, 4 кварталы 2019 года является ФИО1 В налоговых декларациях, в том числе по налогу на добавленную стоимость за 2 квартал 2018 года, 3, 4 кварталы 2019 года, указан контактный абонентский номер мобильного телефона, используемый ФИО1 Вышеуказанные налоговые декларации по налогу в период с 25 июля 2018 года по 14 февраля 2020 года направлены в ИФНС России № 2 по г. Москве, расположенную по адрес изъят, по телекоммуникационным каналам связи, а именно: 25 июля 2018 года – уточненная (корректировка № 1) налоговая декларация ООО «организация изъята» по налогу на добавленную стоимость за 2 квартал 2018 года (в соответствии с вышеописанными положениями п. 1, 5 ст. 174, п. 7 ст. 6.1 НК РФ срок предоставления декларации за указанный налоговый период – не позднее 25 июля 2018 года, срок уплаты налога - не позднее 25 сентября 2018 года), сумма НДС, подлежащая уплате в бюджет – 61 106 рублей; 24 октября 2019 года – первичная налоговая декларация ООО «организация изъята» по налогу на добавленную стоимость за 3 квартал 2019 года (в соответствии с вышеописанными положениями п. 1, 5 ст. 174, п. 7 ст. 6.1 НК РФ срок предоставления декларации за указанный налоговый период – не позднее 25 октября 2019 года, срок уплаты налога - не позднее 25 декабря 2019 года), сумма НДС, подлежащая уплате в бюджет – 651 929 рублей; 14 февраля 2020 года – уточненная (корректировка 2) налоговая декларация ООО «организация изъята» по налогу на добавленную стоимость за 4 квартал 2019 года (в соответствии с вышеописанными положениями п. 1, 5 ст. 174, п. 7 ст. 6.1 НК РФ срок предоставления декларации за указанный налоговый период – не позднее 27 января 2020 года, срок уплаты налога - не позднее 25 марта 2020 года), сумма НДС, подлежащая уплате в бюджет – 1 812 583 рубля (том 1 л.д. 59-132); - протоколом обыска от 25 июля 2023 года, согласно которому, в присутствии понятых, проведен обыск в жилище ФИО1 по адресу: **, в ходе обыска, в числе прочего, изъят: мобильный телефон «Iphone 11 Pro» IMEI 1: **285, IMEI 2: **43, в чехле с названием «GUESS», находящийся в пользовании ФИО1 (том 1 л.д. 201-206); - протоколом осмотра предметов и документов от 28 июля 2023 года, согласно которому, в присутствии понятых, осмотрен, в том числе мобильный телефон «Iphone 11 Pro» IMEI 1: **285, IMEI 2: **43, находящийся в пользовании ФИО1 и из него изъята сим-карта оператора сотовой связи «МТС» с серийным номером **210-8 (том 1 л.д. 232-234); - протоколом дополнительного осмотра предметов и документов от 05 декабря 2024 года с фототаблицей, согласно которому проведен осмотр мобильного телефона «Iphone 11 Pro» IMEI 1: **285, IMEI 2: **43, находящегося в пользовании ФИО1, в ходе осмотра в памяти мобильного телефона обнаружены: копия допроса, проведенного сотрудником налогового органа, свидетеля фио, числящегося генеральным директором ООО «организация изъята»; копия допроса, проведенного сотрудником налогового органа, свидетеля фио, числящегося работником в ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята». Также обнаружены фотоизображения кассового чека, свидетельствующего об отправке 22 сентября 2022 года через АО «организация изъята» документов в отношении ООО «организация изъята» в адрес ИФНС России № 43 по г. Москве, а именно: дополнения к апелляционной жалобе на Решение от 21 июля 2022 года № 13-12/02р о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, договора поставки товара, книги продаж ООО «организация изъята» за 3 квартал 2018 года, акта сверки за 3 квартал 2018 года между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята», товарных накладных, счетов-фактур, доверенности (том 2 л.д. 1-65); - протоколом выемки от 22 ноября 2024 года, проведенной в ИФНС России № 43 по г. Москве, расположенной по адрес изъят А, согласно которому, в присутствии понятых, изъяты материалы выездной налоговой проверки в отношении ООО «организация изъята» за период 2018-2019 годов и цифровые носители информации (том 2 л.д. 73-77); - протоколом осмотра предметов и документов от 24 ноября 2024 года с фототаблицей, согласно которому проведен осмотр материалов выездной налоговой проверки, проведенной в ИФНС России № 43 по г. Москве в отношении ООО «организация изъята», а именно: акт налоговой проверки от 24 января 2022 года № 13-12/02а, проведенной ИФНС России № 43 по г. Москве в отношении налогоплательщика - ООО «организация изъята» за проверяемый налоговый период с 01 января 2018 года по 31 декабря 2019 года, на 26 листах; дополнение к акту налоговой проверки № 13-12/02а от 09 июня 2022 года, проведенной ИФНС России № 43 по г. Москве в отношении налогоплательщика - ООО «организация изъята» за проверяемый налоговый период с 01 января 2018 года по 31 декабря 2018 года, на 105 листах; решение от 21 июля 2022 года № 13-12/02р о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в отношении налогоплательщика - ООО «организация изъята», на 52 листах; оптический диск формата CD-R, на лицевой стороне которого имеется рукописная надпись «ДМ Инвест», выполненная маркером черного цвета, в памяти которого содержится следующая информация: регистрационное дело ООО «организация изъята»; бухгалтерская (финансовая) отчетность, книги покупок и книги продаж, налоговые декларации по НДС за 2018-2019 годы. В ходе осмотра налоговой декларации по НДС за 2 квартал 2018 года установлено, что 25 июля 2018 года ФИО1 направлена в ИФНС России № 2 по г. Москве, расположенную по адрес изъят, по телекоммуникационным каналам связи уточненная (корректировка № 1) налоговая декларация ООО «организация изъята» по НДС за 2 квартал 2018 года (срок предоставления декларации за указанный налоговый период – не позднее 25 июля 2018 года, срок уплаты налога - не позднее 25 сентября 2018 года), сумма НДС, подлежащая уплате в бюджет – 61 106 рублей. В ходе осмотра налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2019 года установлено, что 24 октября 2019 года ФИО1 направлена в ИФНС России № 2 по г. Москве, расположенную по адрес изъят, по телекоммуникационным каналам связи первичная налоговая декларация ООО «организация изъята» по НДС за 3 квартал 2019 года (срок предоставления декларации за указанный налоговый период – не позднее 25 октября 2019 года, срок уплаты налога - не позднее 25 декабря 2019 года), сумма НДС, подлежащая уплате в бюджет – 651 929 рублей. В ходе осмотра налоговой декларации по НДС за 4 квартал 2019 года установлено, что 14 февраля 2020 года ФИО1 направлена в ИФНС России № 2 по г. Москве, расположенную по адрес изъят, по телекоммуникационным каналам связи уточненная (корректировка 2) налоговая декларация ООО «организация изъята» по НДС за 4 квартал 2019 года (срок предоставления декларации за указанный налоговый период – не позднее 27 января 2020 года, срок уплаты налога - не позднее 25 марта 2020 года), сумма НДС, подлежащая уплате в бюджет – 1 812 583 рублей (том 2 л.д. 78-99); - ответами на запросы из ИФНС России № 43 по г. Москве в отношении ООО «организация изъята» от 18 июля 2024 года № 05-17/023190дсп, от 18 июля 2024 года № 05-17/023168, от 25 ноября 2024 года № 05-17/036991дсп, с приложениями налоговых декларации по НДС за 2 квартал 2018 года, 3, 4 кварталы 2019 года; сведений о движении денежных средств; копии регистрационного дела в отношении ООО «организация изъята», в том числе: устава Общества, утвержденного решением единственного учредителя от 03 мая 2017 года, решения единственного учредителя ООО «организация изъята» № 1 от 03 мая 2017 года об учреждении ООО «организация изъята», об утверждении устава ООО «организация изъята», избрании на должность генерального директора ООО «организация изъята» ФИО1; сведений об адресах местонахождения ООО «организация изъята», сведений о подписанте налоговых деклараций, сведений о суммах начисленных и уплаченных налогов за налоговые периоды: 2 квартал 2018 года, 3, 4 кварталы 2019 года, а также сведений о неуплате сумм НДС за 2 квартал 2018 года, 3, 4 кварталы 2019 года (том 2 л.д. 105-244, том 3 л.д. 54, 56-57); - представленной с ответом на запрос копией решения о привлечении к ответственности ООО «организация изъята» за совершение налогового правонарушения от 21 июля 2022 года № 13-12/02р, согласно которому по результатам выездной налоговой проверки в отношении ООО «организация изъята» за 2018-2019 годы установлены, в том числе, следующие налоговые нарушения: в нарушение п. 1 ст. 54.1 НК РФ, п. 2 ст. 169 НК РФ, п. 2 ст. 171 НК РФ, п. 1 ст. 172 НК РФ ООО «организация изъята» неправомерно занижена база для расчета суммы НДС в рамках взаимоотношений с ООО «организация изъята», всего в 4 квартале 2019 года на сумму 377 165 221 рубль, в том числе НДС в размере 57 533 678 рублей; в нарушение п. 1 ст. 54.1 НК РФ, п. 2 ст. 169 НК РФ, п. 2 ст. 171 НК РФ, п. 1 ст. 172 НК РФ ООО «организация изъята» неправомерно занижена база для расчета суммы НДС в рамках взаимоотношений с ООО «организация изъята», всего во 2 квартале 2018 года, 2, 3, 4 кварталах 2019 года, на сумму 247 066 170 рублей, в том числе НДС в размере 41 091 211 рублей (том 3 л.д. 1-52); - выпиской из информационно-аналитического ресурса «Контур.Фокус» от 27 августа 2024 года, содержащей сведения в отношении ООО «организация изъята», согласно которой организация зарегистрирована 10 мая 2017 года, учредителем и генеральным директором ООО «организация изъята» в период с 10 мая 2017 года до 11 января 2021 года являлась ФИО1 (том 3 л.д. 59-71); - выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «организация изъята», согласно которой ООО «организация изъята» адрес изъят-86); - выпиской из информационно-аналитического ресурса «Контур.Фокус» от 27 августа 2024 года, содержащей сведения в отношении ООО «организация изъята», согласно которым организация зарегистрирована 11 сентября 2013 года, учредителем ООО «организация изъята» в период с 25 ноября 2016 года до 31 декабря 2019 года являлся фио, генеральным директором ООО «организация изъята» в период с 11 сентября 2013 года до 24 декабря 2019 года являлся фио (том 3 л.д. 87-90); - выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «организация изъята», согласно которой ООО «организация изъята» адрес изъят-102); - выпиской из информационно-аналитического ресурса «Контур.Фокус» от 27 августа 2024 года, содержащей сведения в отношении ООО «организация изъята», согласно которым организация зарегистрирована 16 декабря 2016 года, генеральным директором ООО «организация изъята» в период с 16 декабря 2016 года до 03 апреля 2017 года являлся фио, в период с 03 апреля 2017 года до 04 сентября 2019 года являлась фио, в период с 04 сентября 2019 года до 13 февраля 2020 года являлся фио, учредителями ООО «организация изъята» в период с 16 декабря 2016 года до 12 февраля 2020 года являлись фио и фио (том 3 л.д. 103-113); - выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «организация изъята», согласно которой ООО «организация изъята» адрес изъят-128); - решением Арбитражного суда города Москвы от 24 июля 2023 года по делу № А40-12002/23-154-88, которым в удовлетворении заявленных требований ООО «организация изъята» о признании недействительным решения ИФНС России № 43 по г. Москве от 21 июля 2022 года № 13-12/02р о привлечении к ответственности ООО «организация изъята» за совершение налогового правонарушения, отказано (том 3 л.д. 130-143); - определением Арбитражного суда города Москвы от 08 октября 2023 года по делу № А40-12002/23-154-88, которым в удовлетворении заявленных требований ООО «организация изъята» о пересмотре по новым обстоятельствам решения Арбитражного суда города Москвы от 24 июля 2023 года по делу № А40-12002/23-154-88, отказано (том 3 л.д. 144-147); - постановлением № 09АП-64262/2023 Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 декабря 2023 года по делу № А40-12002/23-154-88, которым решение Арбитражного суда города Москвы от 24 июля 2023 года оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ООО «организация изъята» оставлена без удовлетворения (том 3 л.д. 148-161); - постановлением Арбитражного суда Московского округа от 12 апреля 2024 года по делу № А40-12002/2023, которым решение Арбитражного суда города Москвы от 24 июля 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 декабря 2023 года оставлены без изменения, а кассационная жалоба ООО «организация изъята» оставлена без удовлетворения (том 3 л.д. 162-167); - определением Верховного суда Российской Федерации № 305-ЭС24-11551 от 31 июля 2024 года, согласно которому ООО «организация изъята» в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации, отказано (томи 3 л.д. 168); - ответом ИФНС России № 43 по г. Москве, а также сведениями из Единого государственного реестра юридических лиц, согласно которым ООО «организация изъята» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц 29 июля 2021 года в связи с наличием сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности; при этом в информационной базе АИС Налог – 3 банковские выписки в отношении ООО «организация изъята» отсутствуют (том 3 л.д. 170, 172-186); - ответом на запрос и протоколом осмотра предметов (документов) от 25 сентября 2024 года, с фототаблицей, согласно которому проведен осмотр банковской выписки с расчетного счета ООО «организация изъята», открытого в АКБ «Ланта-Банк» (АО), за период с 03 мая 2017 года по 18 декабря 2018 года, содержащейся в памяти оптического диска формата CD-R с имеющимися рукописными надписями ООО «организация изъята», представленного в ответ на запрос из АКБ «Ланта-Банк» (АО). В ходе осмотра установлено, что расчетный счет ООО «организация изъята» № **25 открыт 03 мая 2017 года и закрыт 18 декабря 2018 года, в ходе осмотра также установлены следующее операции (перечисления) с расчетного счета ООО «организация изъята» на расчетный счет ООО «организация изъята» № **25, а именно: 11 мая 2018 года на расчетный счет ООО «организация изъята» № **25, открытый в АКБ «Ланта-Банк», произведено зачисление денежных средств в сумме 111 259 рублей 52 копейки с расчетного счета ООО «организация изъята» № **410, открытого в АО «организация изъята», с назначением платежа: «Оплата по договору поставки № А05/18-5 от 06 мая 2018 года за драгоценные металлы в т.ч. НДС 18% - 16 971.79»; 15 мая 2018 года на расчетный счет ООО «организация изъята» № **25, открытый в АКБ «Ланта-Банк», произведено зачисление денежных средств в сумме 1 501 228 рублей 37 копеек с расчетного счета ООО «организация изъята» № **410, открытого в АО «организация изъята», с назначением платежа: «Оплата по договору поставки № А05/18-5 от 06 мая 2018 года за драгоценные металлы в т.ч. НДС 18% - 229 000.94». Также в ходе осмотра установлено, что с расчетного счета ООО «организация изъята» № **10, открытого в АО «организация изъята», на расчетный счет ООО «организация изъята» № **25, открытый в АКБ «Ланта-Банк», во 2 квартале 2018 года всего перечислено денежных средств в общей сумме 1 612 488 рублей. Более перечислений с расчетных счетов ООО «организация изъята» на расчетный счет ООО «организация изъята» № **25, открытый в АКБ «Ланта-Банк» не производилось (том 3 л.д. 220-226); - заключением эксперта № 132э/7 от 15 августа 2023 года, согласно которому отнесение ООО «организация изъята» сумм налога на добавленную стоимость по сделкам с ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» за периоды с 01 апреля 2018 года по 30 июня 2018 года, с 01 апреля 2019 года по 31 декабря 2019 года, повлияло в сторону занижения налогоплательщиком (ООО «организация изъята») суммы налога на добавленную стоимость, подлежащей к уплате в бюджет. Сумма налога на добавленную стоимость, не исчисленная к уплате ООО «организация изъята» за периоды с 01 апреля 2018 года по 30 июня 2018 года, с 01 апреля 2019 года по 31 декабря 2019 года, составила 98 624 889,18 рублей, в том числе: за 2 квартал 2018 года на сумму 934 022,56 рубля; за 3 квартал 2019 года на сумму 2 169 376,84 рублей; за 4 квартал 2019 года на сумму 95 521 489,78 рублей (том 5 л.д. 143-166). Выводы указанного заключения № 132э/7 от 15 августа 2023 года, подтвердила допрошенная в ходе судебного следствия эксперт фио, которая суду пояснила, что обладает правом на проведение экономических налоговых экспертиз и проходила соответствующее повышение квалификации по данной специальности. Во время проведения экспертизы фио исследовала книги покупок и продаж, декларации ООО «организация изъята», при этом акт налоговой проверки не является документом, исследование которого включается в экспертное заключение. Во время производства экспертизы, фио запрашивала у следствия дополнительные материалы, которые были ей необходимы для производства исследования, а именно налоговые декларации. Как были получены эти материалы, эксперт не помнит, но они были представлены ей на диске. Представленных материалов, было достаточно для производства указанной экспертизы, и дачи соответствующего заключения, на выводах которого эксперт фио настаивает. Оценив все собранные по делу вышеприведенные доказательства в их совокупности, суд считает их законными, допустимыми, достоверными, а в своей совокупности достаточными, для разрешения уголовного дела, и полностью подтверждающими вину подсудимой ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления. Проведенное по делу экспертное исследование, согласующееся с имеющимися по делу доказательствами, соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, оснований не доверять выводам эксперта у суда не имеется. Заключение эксперта содержит полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные, в том числе, заверенные подписями эксперта записи, удостоверяющие то, что ему разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и он предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений. Представленные на исследование материалы дела были достаточны для ответов на поставленные перед экспертом вопросы. Указанное заключение проведенной по уголовному делу экспертизы суд, вопреки позиции стороны защиты, считает обоснованным и аргументированным, согласующимся с имеющимися по делу доказательствами, в связи с чем, у суда отсутствуют основания сомневаться в его объективности и достоверности. Эксперт, проводивший исследование, обладает специальными познаниями, имеет соответствующее образование и опыт работы по специальности. Экспертиза проведена на основании постановления следователя, вынесенного в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона. В деле отсутствуют какие-либо основанные на фактических данных сведения, о наличии предусмотренных ст. 70 УПК РФ обстоятельств для отвода эксперта, участвовавшего в производстве экспертизы. Стороной защиты заявлено о необходимости исключения заключения эксперта № 132э/7 от 15 августа 2023 года из числа доказательств, поскольку основанием для производства данной судебной экспертизы является постановление заместителя руководителя следственного отдела по Тверскому району следственного управления по Центральному административному округу Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве фио от 02 июня 2023 года, в судебном заседании также исследовано ходатайство эксперта от 29 июня 2023 года о предоставлении дополнительных материалов, в частности деклараций по налогу на добавленную стоимость ООО «организация изъята» за второй квартал 2018 года и второй, третий и четвертый кварталы 2019 года. Допрошенная в судебном заседании эксперт пояснила, что данные декларации были необходимы для проведения экспертного исследования. Указанное ходатайство было удовлетворено заместителем руководителя фио 10 августа 2023 года, о чем вынесено постановление, согласно которому вышеуказанные документы и информация подлежат истребованию и направлению в адрес эксперта. В тот же день, 10 августа 2023 года, фио составил и подписал сопроводительное письмо, на котором имеется входящий штамп экспертного учреждения о принятии 10 августа 2023 года. Согласно тексту письма эксперту передаются декларации по налогу на добавленную стоимость за 2-й квартал 2017 года, а также за 2-й, 3-й и 4-й кварталы 2019 года. В качестве приложения к письму фио указал CDR-диск. Признаки, позволяющие идентифицировать данный диск, ни в письме, ни в постановлении об удовлетворении ходатайства эксперта не указаны. Данный диск был использован экспертом при подготовке заключения, что следует из текста заключения. В приложении к заключению эксперта изображен диск фиолетового цвета и скриншот его содержания. В то же время в материалах уголовного дела отсутствуют какие-либо документы, позволяющие установить происхождение и содержание данного диска фиолетового цвета, в частности, в материалах дела нет протоколов обыска, выемки, осмотра предметов, запросов, сопроводительных писем и иных документов, указывающих на то, что с момента возбуждения уголовного дела до 10 августа 2023 года следствием получались, исследовались и приобщались декларации по налогу на добавленную стоимость за второй квартал 2018 года и за второй, третий, четвертый кварталы 2019 года. Кроме того, диск фиолетового цвета был предоставлен эксперту лицом, не уполномоченным производить следственные и процессуальные действия по уголовному делу. Настоящее уголовное дело возбуждено и принято к производству 20 марта 2023 года фио. Основанием изъятия дела послужил отпуск фио, что прямо указано в постановлении. Следователь фио 17 июля 2023 года принял уголовное дело к своему производству, о чем вынес соответствующее постановление. С 17 июля 2023 года по 14 августа 2023 года единственным уполномоченным следователем являлся фио. Постановлением руководителя следственного отдела от 14 августа 2023 года уголовное дело изъято из его производства и передано фио, таким образом, на момент 10 августа 2023 года, когда было вынесено постановление об удовлетворении ходатайства эксперта и направлено в экспертное учреждение сопроводительное письмо с фиолетовым диском, фио не был уполномочен производить следственные и процессуальные действия по уголовному делу. Указанные доводы о необходимости исключения заключения эксперта № 132э/7 от 15 августа 2023 года из числа доказательств не состоятельны, поскольку как следует из материалов уголовного дела, декларации по налогу на добавленную стоимость ООО «организация изъята» за второй квартал 2018 года и второй, третий и четвертый кварталы 2019 года, в том числе на оптическом диске формата CD-R были приложены к сопроводительному письму ИФНС России № 43 по г. Москве от 25 января 2023 года № 13-12/002443дсп о направлении материалов выездной налоговой проверки в отношении ООО «организация изъята» в адрес ГСУ СК России по г. Москве, а также осмотрены в ходе предварительного следствия, что зафиксировано в протоколе осмотра от 26 апреля 2024 года, положенного в основу приговора, помимо этого, содержание диска отражено в экспертном заключении, что позволяет установить, что именно было исследовано экспертом при проведении исследования. Также согласно представленным в ходе судебного заседания сведениям, уголовное дело № данные изъяты в отношении ФИО1 10 августа 2023 года было изъято из производства следователя следственного отдела по Тверскому району следственного управления по Центральному административному округу Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве фио и передано для организации дальнейшего расследования заместителю руководителя следственного отдела по Тверскому району следственного управления по Центральному административному округу Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве фио и в тот же день было принято последним к своему производству. 11 августа 2023 года уголовное дело № данные изъяты в отношении ФИО1 изъято из производства заместителя руководителя следственного отдела по Тверскому району следственного управления по Центральному административному округу Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве фио и передано следователю следственного отдела по Тверскому району следственного управления по Центральному административному округу Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве фио, который в тот же день принял дело к своему производству. Само по себе несогласие стороны защиты с выводами экспертного заключения, не является основаниями для признания заключения эксперта недопустимым доказательством. Все процессуальные документы, приведенные выше, составлены в строгом соответствии с требованиями закона, облечены в надлежащую процессуальную форму, в необходимых случаях, с участием понятых, которые удостоверили своими подписями в соответствующих протоколах факт проведения того или иного следственного действия, и правильность его отражения в протоколе, и объективно фиксируют фактические данные. Все следственные действия были произведены надлежащими должностными процессуальными лицами, в пределах их компетенции, в соответствии с требованиями закона, а в ряде случаев после получения судебного решения в порядке ст. 165 УПК РФ. Каких-либо существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона, вопреки доводам стороны защиты, при проведении следственных действий, оказание какого-либо воздействия на участвующих лиц в ходе проведения следственных действий, следственным органом допущено не было. По результатам проведенных следственных действий были составлены соответствующие протоколы, которые были прочитаны и подписаны участвующими лицами, при этом участвующим лицам была предоставлена возможность внести замечания, заявления, дополнения по поводу зафиксированного в протоколы, и проведенных следственных действий. Таким образом, суд, вопреки доводам стороны защиты, все доказательства, приведенные выше, признает полученными в соответствии с требованиями закона, а доводы стороны защиты несостоятельными. Также судом не установлено существенных нарушений уголовно-процессуального и уголовного закона в ходе предварительного расследования и нарушения права на защиту подсудимой, а также нарушений, влекущих признание недопустимыми доказательств, положенных в основу настоящего приговора. Вещественные доказательства по делу, также получены в соответствии с требованиями закона, надлежащим образом оформлены, и в соответствии с уголовно-процессуальным законом признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела, нарушений закона при предоставлении данных доказательств на исследование, вопреки доводам стороны защиты, судом не установлено. Все указанные протоколы составлены в соответствии с требованиями закона. Кроме того, данные, установленные в ходе указанных следственных действий, не противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным на основе исследования всех доказательств по делу. Приведенным выше показаниям свидетелей фио, фио, фио, фио, фио, фио, фио, а также эксперта фио, суд доверяет, и признает их показания достоверными, поскольку они последовательны, не содержат существенных противоречий, согласуются с другими, исследованными в судебном заседании, приведенными выше доказательствами, и, в совокупности с другими доказательствами по уголовному делу, устанавливают одни и те же факты, имеющие существенное значение для оценки деяния, совершенного ФИО1 Указанные свидетели и эксперт не заинтересованы в исходе дела, обстоятельств, которые могли бы повлиять на объективность показаний свидетелей и эксперта, как и обстоятельств, которые давали бы основания полагать, что последние оговаривают подсудимую, судом не установлено. Кроме того, все свидетели и эксперт показания давали добровольно, без какого-либо принуждения, они предварительно были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний. Отдельные различия, не являющиеся существенными, между показаниями отдельных свидетелей в судебном заседании и на предварительном следствии не свидетельствуют о недостоверности этих показаний, а объясняются значительным временным промежутком между совершенным преступлением и судебным разбирательством. При оглашении показаний, данных в ходе предварительного расследования, свидетели, свои показания, данные в ходе предварительного расследования, подтвердили и дали пояснения о причинах возникших противоречий, в связи с чем, суд также учитывает вышеприведенные показания свидетелей, данные в ходе предварительного расследования, поскольку на тот момент они лучше помнили обстоятельства произошедшего. Суд тщательно исследовал доводы отрицания подсудимой ФИО1 вины в совершении инкриминируемого ей преступления, ее заявления о том, что корыстного умысла на совершение преступления она не имела, подбором контрагентов не занималась, реальные управленческие функции в ООО «организация изъята» не осуществляла, лишь формально числилась генеральным директором и учредителем Общества, выполняя указания фио, а в период подачи налоговой декларации по НДС за 4 квартал 2019 года находилась за пределами Российской Федерации и не могла ее отправить в налоговый орган, и находит данные доводы подсудимой не соответствующими действительности, относится к показаниям подсудимой, критически, расценивает их как способ защиты от предъявленного обвинения, полагая их надуманными, несостоятельными, вызванными стремлением избежать уголовной ответственности и наказания за содеянное, направленными на введение суда в заблуждение относительно истинных событий происшедшего, поскольку они не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, не соответствуют фактическим обстоятельствам, объективно ничем не подтверждены и опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств, изобличающих подсудимую в совершении инкриминируемого ей преступления. Виновность ФИО1 подтверждается показаниями свидетелей, эксперта, материалами уголовного дела. Нахождение ФИО1 за пределами Российской Федерации в период с 26 января 2020 года по 05 февраля 2020 года, не свидетельствует о невозможности формирования и подписания налоговой декларации до даты отправки, а также невозможности ее отправки 27 января 2020 года в налоговый орган посредством телекоммуникационных каналов связи, доказательств обратного суду не представлено. При этом суд учитывает, что ООО «организация изъята» обращалось в арбитражный суд с иском о признании недействительным решения ИФНС России № 43 по г. Москве от 21 июля 2022 года № 13-12/02р о привлечении к ответственности ООО «организация изъята» за совершение налогового правонарушения и решением Арбитражного суда города Москвы от 24 июля 2023 года по делу № А40-12002/23-154-88, в удовлетворении заявленных требований ООО «организация изъята» было отказано, при этом из указанного решения следует, что ФИО1 подтвердила факт отправления ею налоговых деклараций от имени ООО «организация изъята». Также указанным решением установлено, что Инспекцией ФНС России № 43 по г. Москве обосновано указано на то, что налоговые вычеты по спорным контрагентам ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» были применены ООО «организация изъята» не в связи с реальными операциями по приобретению товаров (работ, услуг), имущественных прав и имели своей целью неправомерное уменьшение налоговых обязательств по НДС. Также суд учитывает, что обязанности по правильному исчислению налоговой базы по НДС и сумме налога, подлежащей уплате в бюджет возложены были на налогоплательщика, при этом ФИО1, являясь генеральным директором Общества на дату подписания налоговых деклараций по НДС, несла ответственность за организацию ведения бухгалтерского учета в Обществе, за соблюдение содержащихся в законодательных и иных нормативных правовых актах требований и правил по ведению бухгалтерского учета, за формирование учетной политики организации, за своевременное представление полной и достоверной бухгалтерской отчетности, а также за обеспечение контроля по отражению на счетах бухгалтерского учета всех осуществляемых операций, за движением имущества и выполнением обязательств и за составлением на основе данных синтетического и аналитического учетов бухгалтерской отчетности ООО «организация изъята». Ссылки стороны защиты на имеющиеся в материалах дела рапорта не допустимы, поскольку данные рапорта в ходе судебного следствия не оглашались и не исследовались, а кроме того, в силу ч. 2 ст. 74 УПК РФ рапорт не является доказательством по делу и представляет собой - внутреннюю форма взаимоотношений органов полиции. Основания для возвращения настоящего уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ отсутствуют, поскольку в ходе предварительного следствия существенных нарушений уголовно-процессуального закона, ставящих под сомнение законность составленного по его результатам обвинительного заключения, не допущено. Само обвинительное заключение составлено с соблюдением требований ст. 220 УПК РФ, как с точки зрения его формы, так и содержания, в частности, описания преступных деяний подсудимой с указанием юридически значимых обстоятельств, в том числе касающихся ее роли в совершенных деяниях и ее конкретных действий, направленных на достижение умысла, и препятствий для вынесения решения на основе данного обвинительного заключения, не имеется. Доводы защиты о неполноте предварительного следствия, в связи с тем, что по делу не проведен ряд, необходимых, по мнению защиты, следственных действий, в частности, не проведены очные ставки между свидетелями и фио, не свидетельствует о нарушении закона, в связи с тем, что органы обвинения самостоятельны в определении объема доказательств, которые они представляют суду в подтверждение предъявленного обвинения, и то обстоятельство, что по делу представлены не все доказательства, необходимые, по мнению стороны защиты, не свидетельствуют о нарушении прав подсудимой, а также на правильность установления фактических обстоятельств дела, и на выводы суда по делу не влияют. Помимо этого, в соответствии с ч. 3 ст. 15 УПК РФ суд не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд также не усматривает предвзятости органов предварительного расследования при производстве следственных действий по уголовному делу. Кроме того, суд обращает внимание также и на тот факт, что в соответствии с требованиями закона, сторона защиты обладает правом самостоятельно представлять доказательства, и судом в ходе всего судебного разбирательства была предоставлена возможность стороне защиты реализовать свои права в полном объеме. В материалах дела не имеется и в суде не представлено доказательств, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения, поэтому доводы подсудимой ФИО1 и ее защитника о неправильном установлении фактических обстоятельств по делу, признаются судом несостоятельными. Все иные доводы стороны защиты и их ссылки на отдельные доказательства по делу, по мнению суда, носят односторонний характер, не отражают в полной мере их существо и оценены ими в отрыве от других имеющихся по делу доказательств. Между тем, исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, в связи с чем, существенных противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены в судебном заседании и доказательствами, положенными в основу приговора, не имеется. В ходе судебного следствия по ходатайству стороны защиты допрошены в качестве свидетелей фио и фио. Допрошенный свидетель фио пояснил, что работал в компании ООО «организация изъята» с 2018 года по 2020 год в должности курьера. Из сотрудников ООО «организация изъята» фио знакомы ФИО1 и фио. В период работы свидетеля в ООО «организация изъята», Обществом руководила ФИО1 Поручения по поводу своей работы, а именно отвозить документы, фио получал и от фио и от ФИО1 На фио была выдана доверенность от Общества. До трудоустройства в ООО «организация изъята» фио оказывал курьерские услуги ООО «организация изъята» и в 2017 году на него была выписана доверенность от ООО «организация изъята», на тот период фио был трудоустроен курьером в ООО «организация изъята». О взаимоотношениях между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» и о наличии между ними взаимосвязи, свидетелю ничего не известно. Имел ли фио какие-либо руководящие, административно-распорядительные полномочия в ООО «организация изъята», фио не знает, ему известно лишь, что генеральным директором Общества была ФИО1 Фио в ходе своей работы получал электронную цифровую подпись ФИО1 и привозил ее в офис Общества, где отдавал либо фио, либо непосредственно ФИО1 Чаще привозимые цифровые носители и документы фио отдавал фио, реже – ФИО1 Показания указанного свидетеля подтверждают, что ФИО1 являлась реальным руководителем ООО «организация изъята» и не могут достоверно свидетельствовать, что электронная цифровая подпись ФИО1 находилась только у фио. Кроме того, суд учитывает, что субъективное мнение отдельно взятого свидетеля стороны защиты, обладающего информацией в объеме, ограниченном занимаемым должностным положением, при отсутствии доступа ко всему массиву доказательств, собранных по уголовному делу, не оспаривает доказанность вины подсудимой, которая установлена всей совокупностью вышеприведенных доказательств и не может быть принято судом, как доказательство отсутствия состава преступления в действиях подсудимой или отсутствия ее вины. Допрошенный свидетель фио полностью подтвердил данные им на стадии предварительного расследования и оглашенные в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показания (том 4 л.д. 215-216, 218-223, том 5 л.д. 1-11, 12-19, 32-36), согласно которым в ООО «организация изъята» фио работал в период с июля 2017 года по август 2020 года, в должности исполнительного директора. ООО «организация изъята» было учреждено по инициативе фио в мае 2017 года. Общество по поручению свидетеля было учреждено и зарегистрировано на ее имя ФИО1 В дальнейшем фио планировал переоформить Компанию на себя, но не сделал этого в силу ряда причин. Изначально Компания оформлялась на ФИО1, поскольку свидетель хотел избежать бумажной волокиты, обычной при регистрации Общества. Должность генерального директора ООО «организация изъята» занимала ФИО1, но фактически Обществом руководил фио, ФИО1 была его помощником и выполняла его поручения. В полномочия фио, как фактического руководителя ООО «организация изъята» входило: ведение финансово-хозяйственной деятельности Общества, контроль сделок с контрагентами, контроль сдачи бухгалтерской отчетности и налоговых деклараций, общее руководство деятельностью Организации. ФИО1 фактически являлась помощником фио, несмотря на то, что оформлена она была как генеральный директор, а фио как исполнительный директор. ФИО1 не была уполномочена принимать какие-либо управленческие решения по стратегическому и операционному управлению Обществом. Штат сотрудников ООО «организация изъята» в разный период составлял от 5 до 12 человек. Компания занималась покупкой и продажей драгоценных металлов, лома драгоценных металлов. Офис компании располагался с 2017 года по 2018 год по адрес изъят, в дальнейшем, по причине продажи здания собственником, офис был изменен и находился по адрес изъят 2. В штате Компании числился главный бухгалтер, назначенный на указанную должность приказом генерального директора организации - фио именно она формировала бухгалтерскую отчетность на основе первичной документации, получаемой от контрагентов и из базы «1C». Фио лично проверял правильность всей отчетности и лично утверждал сведения, отраженные в налоговых декларациях. ООО «организация изъята» являлось самостоятельной организацией, в какую-либо группу компаний (холдинг) не входило. Основных заказчиков и поставщиков (подрядчиков) ООО «организация изъята» свидетель назвать не может в связи с прошествием большого количества времени. В ООО «организация изъята» работа по взаимодействию с контрагентами контролировалась лично фио, данная деятельность осуществлялась как им, так и менеджерами компании. Непосредственно решение о заключении договоров с контрагентами принималось только фио, договоры подписывались генеральным директором ФИО1 по указанию свидетеля, либо им на основании доверенности. Организационная структура ООО «организация изъята» была следующей: генеральный директор ФИО1, исполнительный директор и фактический руководитель в лице фио, менеджеры. В ООО «организация изъята» отвечал за поиск поставщиков и подрядчиков лично фио. Поиск контрагентов в Обществе осуществлялся различными способами: посещение ювелирных выставок; формирование базы данных клиентов по соответствующим видам деятельности в базе данных «Спарк» и предоставление этих сведений менеджерам; реклама в интернете и иные способы. Ключи удаленного доступа к расчетным счетам ООО «организация изъята» (системе «Клиент-Банк») находилась в офисе организации, без поручения свидетеля никто не мог воспользоваться данной системой и произвести платежи. Расходование денежных средств по счетам ООО «организация изъята» осуществлял лично фио. В ООО «организация изъята» занимался поиском и приемом на работу сотрудников лично фио. ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» являлись контрагентами Общества в период руководства свидетеля. Генеральным директором ООО «организация изъята» являлся фио (или Сергей, точно фио не помнит). Генеральными директорами ООО «организация изъята» в период взаимодействия с ООО «организация изъята» являлись фио и фио. ООО «организация изъята» поставляло ООО «организация изъята» оборудование, содержащее драгоценные металлы, а ООО «организация изъята» являлось контрагентом по купле-продаже драгоценных металлов. ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята», ООО «организация изъята» у фио на слуху, скорее всего они были контрагентами Общества. ООО «организация изъята» является логистической компанией, осуществляющей хранение и транспортировку драгоценных металлов. Генеральным директором ООО «организация изъята», в период взаимоотношений с ООО «организация изъята» являлся фио. ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» свидетелю известны. ООО «организация изъята» учреждал фио вместе с супругой фио в 2008 году, позже на должность менеджера в данную организацию пришла ФИО1, а в дальнейшем, примерно в 2020 году, компания была полностью продана ФИО1 ООО «организация изъята» оказывает туристические услуги. ООО «организация изъята» учреждалось в 2014 году фио и фио в равных долях. В 2015 году фио продал свою долю фио и вышел из состава учредителей. ООО «организация изъята» создавалось с целью оказания консалтинговых услуг в сфере Росфинмониторинга. Ведение бухгалтерского учета, сдачу налоговой отчетности в ООО «организация изъята» в период с июля 2017 года по август 2020 года осуществлял фио. В то время, когда офис компании располагался по адрес изъят 2, ООО «организация изъята» был заключен договор на оказание охранных услуг с компанией ООО «организация изъята», а когда компания находилась по адрес изъят - с компанией ООО «организация изъята». В указанных офисах располагались сейфы с возможностью хранения материальных ценностей. С данными охранными компаниями договоры заключал фио, но он точно не помнит, кто был подписантом указанных договоров. На имя фио от имени генерального директора ООО «организация изъята» ФИО1 была выдана доверенность на предоставление интересов Общества, подписание договоров и т.д. Выбор контрагентов осуществлял свидетель, он искал контрагентов на ювелирных выставках, знакомился там с ними, кроме того у него был доступ к «СПАРК-Интерфакс», по ОКВЭДам компаний, имеющих право заниматься покупкой/продажей драгоценных металлов, осуществлял «холодные» звонки. Контактировал с контрагентами ООО «организация изъята» лично фио, ФИО1 по его распоряжению могла присутствовать при подписании договоров с контрагентами. Проверку контрагентов в целях осуществления должной осмотрительности, их проверки осуществлял также фио, как с помощью общедоступных интернет-сайтов таких как «Налог.ру», «РусПрофиль», «СПАРК-Интерфакс» и иных программ. Согласованием договоров к подписанию и их подготовкой занимался лично фио. Договоры были шаблонные, в них отражались данные о контрагенте, приложениями к договорам были учредительные документы, приказы о назначении генерального директора. Полное формирование пакета документов было необходимо для осуществления платежей в банках, так как банки запрашивали полный пакет документов по каждой сделке, без наличия соответствующих документов контрагентов или не должным образом оформленных документов, платежи банками не проводились. Знакомство с ООО «организация изъята» произошло у фио на одной из выставок в 2017 году, возможно выставка была в Сокольниках. С ООО «организация изъята» фио также познакомился на одной из ювелирных выставок в 2018 году. ООО «организация изъята» предложила для реализации ООО «организация изъята» оборудование, бывшее в употреблении, которое было получено ООО «организация изъята» с целью дальнейшей реализации. Предполагалось, что в комплектующих в запасных частях оборудования, содержатся драгоценные металлы. Между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» был заключен 1 договор. Предметом договора была поставка оборудования бывшего в употреблении, стоимость оборудования не была оговорена, так как установить его ценность не представлялось возможным. ООО «организация изъята» переуступило ООО «организация изъята» право требования к ООО «организация изъята» в размере 254 653 959 рублей по договору цессии от 20 января 2020 года, по причине того, что расчетные счета не работали ни у ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята». Банки блокировали расчетные счета ООО «организация изъята», в связи с достижением определенных лимитов по обороту денежных средств на расчетных счетах, ссылаясь на положения ФЗ № 115. Для того, чтобы закрыть обязательства перед контрагентами, ООО «организация изъята», заключался договор цессии, тем самым производились расчеты с контрагентами. Банки, ссылаясь на положения ФЗ № 115, ограничивали переводы денежных средств на расчетных счетах ООО «организация изъята» с 2019 года и дальше было все сложнее и сложнее переводить денежные средства. Какое количество договоров было заключено между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята», свидетель не помнит. В связи с чем, образовалась дебиторская задолженность у ООО «организация изъята» перед ООО «организация изъята», фио не помнит, как и сумму этой задолженности. Полномочия по дистанционному управлению расчетными счетами ООО «организация изъята» были у фио, как у фактического руководителя и бенефициара ООО «организация изъята», юридически это было оформлено доверенностью на представление интересов ООО «организация изъята». Заработная плата фио в ООО «организация изъята» составляла 250 000 рублей в месяц и зачислялась на его банковскую карту. Начислял заработную плату и установил ее себе, сам фио. Контрагента ООО «организация изъята» свидетель также нашел на одной из ювелирных выставок. Договор цессии от 20 января 2020 года между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» был подписан при следующих обстоятельствах: фио связалась с фио, сказала, что хочет закрыть задолженность ООО «организация изъята» перед ООО «организация изъята», в связи с чем, фио предложил фио подписать данный договор, на что она согласилась, данный договор подписывали фио и фио. С ФИО1 фио познакомился в 2009 году при совместной работе в ООО «организация изъята», фио был генеральным директором указанного общества и его собственником. В 2020 году ООО «организация изъята» была продана ФИО1 В 2017 году фио решил открыть компанию ООО «организация изъята» и попросил ФИО1 заняться оформлением компании, стать собственником и генеральным директором, с намерением в дальнейшем переоформить компанию на себя и соответственно войти в должность генерального директора. По какой причине фио не был переназначен на должность генерального директора ООО «организация изъята», он не помнит. Так как ФИО1 была назначена на должность генерального директора номинально, фактически она не выполняла функции генерального директора. То, что она делала в компании ООО «организация изъята» связанной с финансово-хозяйственной деятельностью, было исключительно по распоряжению фио и носило с ее стороны формальный характер, фактически самостоятельных обязанностей у ФИО1 в компании не было, она выполняла указания свидетеля. Определил обязанности ФИО1 как генерального директора ООО «организация изъята» фио. В ходе их беседы, когда фио предложил ФИО1 назначиться на должность генерального директора ООО «организация изъята», ФИО1 было известно о том, что к управлению и осуществлению финансово-хозяйственной деятельности указанного юридического лица она фактически допущена не будет, они изначально обговорили, что с ФИО1 просто оформит компанию и в дальнейшем фио все переоформит на себя, а ФИО1 деятельностью в копании заниматься не будет. Заработную плату ФИО1 в должности генерального директора ООО «организация изъята» определил фио, перечислялась ей заработная плата путем зачисления на ее банковскую карту с расчетного счета ООО «организация изъята», точный размер заработной платы свидетель не помнит. Регистрация Общества осуществлялась через нотариуса, куда ФИО1 обращалась по просьбе фио. Фио работала бухгалтером в ООО «организация изъята», в ее обязанности входило на основе первичной документации вести базу «1C бухгалтерия» компании. По распоряжению фио фио могла осуществить тот или иной платеж по расчетным счетам ООО «организация изъята», самостоятельного доступа к счетам Общества она не имела. В ООО «организация изъята» давал распоряжения работникам Общества фио. ФИО1 присутствовала при подписании договора по взаимоотношениям между ООО «организация изъята» и ООО «организация изъята» в лице генерального директора фио. Конфликтов между фио и фио не было, как и не было конфликтов между ним и фио. Отвечая на вопросы участников процесса, свидетель фио пояснил, что в настоящее время взаимоотношений с ФИО1 он не поддерживает; в момент, когда фио попросил ФИО1 учредить ООО «организация изъята», происходила ликвидация ООО «организация изъята», в которой свидетель работал, фио планировал к июлю 2017 года, как и обещал ФИО1, переоформить на себя компанию, но не смог этого сделать, потому что ИФНС устроила проверку всех контрагентов Красноярского завода, в число которых входила компания фио, сотрудники ИФНС ему сказали, что к ООО «организация изъята», если фио ее оформит на себя, будет пристальное внимание, 01 августа 2017 года фио устроился работать в ООО «организация изъята» исполнительным директором; ФИО1 написала доверенность и передала почти все свои полномочия в ООО «организация изъята» фио, она подписывала договоры с контрагентами и первичные документы, по просьбе свидетеля, открывала расчетные счета Общества и встречалась со службой безопасности банка; на тот момент ФИО1 была генеральным директором в ООО «организация изъята» и это было ее основной работой; составлялась и подавалась налоговая отчетность ООО «организация изъята» на основе первичной документации финансово-хозяйственной деятельности, главный бухгалтер вносила все в базу данных, формировала отчетность, сдачу отчетности контролировал фио. В ходе выездной налоговой проверки фио взаимодействовал с сотрудником ИФНС и тот видел, что фио управляет Обществом; с жалобами на действия сотрудников налоговых органов фио не обращался, так как ООО «организация изъята» была продана; сам фио не оспаривал решение налогового органа о привлечении ООО «организация изъята» к налоговой ответственности, но он давал поручение на обжалование, суд оставил решение налогового органа в силе; недоимка по налогам не была оплачена, поскольку фио считает решение налогового органа не справедливым, а также он не является собственником Компании; в дальнейшем, по указанию фио ООО «организация изъята» было продано; никто не знал, что ФИО1 номинальный директор, а фио реальный собственник Общества. Оценив показания свидетеля фио, суд к показаниям указанного свидетеля относится критически, расценивая его показания, как желание помочь подсудимой ФИО1 избежать наказания, поскольку показания указанного свидетеля опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в числе которых показания свидетелей фио, фио, фио, фио, утверждавших, что ФИО1 осуществляла руководство Обществом, являлась полноценным фактическим руководителем ООО «организация изъята», принимала различные руководящие решения по финансово-хозяйственной деятельности от имени ООО «организация изъята». Показаниям указанных свидетелей суд доверяет, поскольку их показания согласованы между собой, последовательны, стабильны, логичны, и согласуются с письменными материалами уголовного дела, при этом оснований для оговора подсудимой свидетелями суд не усматривает. Кроме того, суд учитывает, что в отношении показаний свидетеля фио следственным органом была проведена проверка, по результатам которой 25 ноября 2024 года вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. При этом аргументы ФИО1 и ее адвоката о нарушении права на защиту обвиняемой, в связи с тем, что на стадии предварительного следствия ей не было предоставлено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении фио, которое она могла бы оспорить, не состоятельны, поскольку ФИО1 не является субъектом, которому предъявление данного постановления является обязательным, а также не входит в круг лиц, имеющих право на обжалование указанного постановления, поскольку ее права и законные интересы, исходя из положений действующего уголовно-процессуального законодательства, данным решением органа предварительного расследования, не нарушены. Все иные доводы стороны защиты и их ссылки на отдельные доказательства по делу, по мнению суда, носят односторонний характер, не отражают в полной мере их существо и оценены ими в отрыве от других имеющихся по делу доказательств. Между тем, исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, в связи с чем, существенных противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены в судебном заседании и доказательствами, положенными в основу приговора, не имеется. Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного следствия полностью доказана вина подсудимой ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления, которая подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств, приведенных выше, в связи с чем, оснований для иной квалификации действий подсудимой, а также для вынесения в отношении подсудимой оправдательного приговора, как о том указывала сторона защиты, не имеется. Приходя к выводу о доказанности вины подсудимой, суд квалифицирует действия ФИО1 по п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ, поскольку она совершила уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, в особо крупном размере. Об умысле подсудимой на уклонение от уплаты налогов в особо крупном размере свидетельствуют суммы совершенных уклонений, которые за период в пределах трех финансовых лет подряд значительно превышают сумму в размере пятьдесят шесть миллионов двести пятьдесят тысяч рублей, то есть являются в соответствии с примечанием 1 к ст. 199 УК РФ в редакции Федерального закона от 06 апреля 2024 года № 79-ФЗ особо крупным размером. При назначении подсудимой ФИО1 наказания суд учитывает характер и обстоятельства совершенного преступления и приходит к выводу о необходимости назначения ей наказания в виде лишения свободы. При назначении наказания подсудимой суд также учитывает данные о ее личности, а именно то, что ФИО1 ранее не судима, впервые привлекается к уголовной ответственности; на учетах в наркологическом и психоневрологическом диспансерах не состоит; по месту регистрации характеризуется формально; по месту жительства характеризуется положительно; сведения о состоянии здоровья подсудимой и членов ее семьи, а также сообщенные подсудимой сведения, о наличии у нее на иждивении престарелых родственников, достигших пенсионного возраста и являющихся инвалидами. Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимой ФИО1 суд признает в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – наличие положительных характеристик; наличие иждивенцев, сведения о состоянии здоровья подсудимой и членов ее семьи. Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой ФИО1, судом не установлено. Несмотря на наличие у подсудимой смягчающих наказание обстоятельств, а также отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, учитывая данные о личности подсудимой, способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, роль подсудимой в преступлении, с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд не считает целесообразным изменять категорию преступления на менее тяжкую, в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ. Учитывая изложенное, данные о личности подсудимой ФИО1, а кроме того, степень общественной опасности преступления, конкретные обстоятельства совершения преступления, влияние назначаемого наказания на исправление подсудимой и на условия жизни ее семьи, принимая во внимание тяжесть содеянного, необходимость исправления подсудимой и восстановления социальной справедливости, нарушенной в результате совершения ею преступления, учитывая значимость преступных действий, совершаемых ФИО1, для достижения конечного результата и преступной цели, наличие у нее смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, суд приходит к выводу о том, что исправление подсудимой ФИО1 еще возможно без реального отбывания ею наказания в виде лишения свободы, полагая возможным применить к ней положения ст. 73 УК РФ. При назначении наказания ФИО1 суд не находит исключительных обстоятельств, позволяющих применить к подсудимой положения ст. 64 УК РФ. Исходя из данных о личности подсудимой, а также с учетом конкретных обстоятельств дела, суд полагает возможным не назначать ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. По уголовному делу Прокуратурой города Москвы, заявлен гражданский иск (уточненный) о взыскании с ФИО1 в пользу Российской Федерации ущерба в размере 98 624 889 рублей 18 копеек. Обсудив гражданский иск Прокуратуры города Москвы, выслушав доводы участников процесса, в том числе подсудимой, не признавшей исковых требований, суд приходит к следующим выводам. Согласно ст. 57 Конституции Российской Федерации каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы. В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (ст. 15 ГК РФ). В силу п. 1 ст. 124 ГК РФ Российская Федерация выступает в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, на равных началах с иными участниками этих отношений - гражданами и юридическими лицами. Согласно ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем возмещения убытков. Статьей 1082 ГК РФ предусмотрено, что, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре или возместить причиненные убытки. На основании ч. 1 ст. 54 УПК РФ в качестве гражданского ответчика может быть привлечено физическое или юридическое лицо, которое в соответствии с ГК РФ несет ответственность за вред, причиненный преступлением. Согласно п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2019 года № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления», виновное физическое лицо может быть привлечено в качестве гражданского ответчика лишь в случаях, когда отсутствуют правовые и (или) фактические основания для удовлетворения налоговых требований за счет самой организации или лиц, отвечающих по ее долгам в предусмотренном законом порядке (например, если у организации-налогоплательщика имеются признаки недействующего юридического лица, указанные в пункте 1 статьи 21.1 Федерального закона от 8 августа 2001 года № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», либо установлена невозможность удовлетворения требований об уплате обязательных платежей с учетом рыночной стоимости активов организации). Как следует из материалов дела, налоговыми органами в целях урегулирования образовавшегося по результатам контрольных мероприятий долга принят комплекс мер, направленных на взыскание недоимки с Общества, однако до настоящего времени недоимка не погашена. Согласно определению Арбитражного суда города Москвы от 08 ноября 2023 года по делу № А40-18569/23-128-395 Б, производство по делу о банкротстве ООО «организация изъята» прекращено, в связи с тем, что участвующие в деле лица не представили в дело письменных согласий на финансирование дальнейшей процедуры банкротства в отношении должника и не перечислили на депозитный счет Арбитражного суда города Москвы в указанных целях денежные средства. Данным определением также установлено, что ООО «организация изъята» зарегистрированного имущества не имеет и отсутствуют достоверные доказательства того, что у должника имеется имущество, достаточное для покрытия расходов, связанных с делом о банкротстве. Таким образом, взыскание с Общества налоговой недоимки на основании норм налогового и гражданского законодательства невозможно, а исковые требования Прокуратуры города Москвы, поскольку виновность ФИО1 в совершении преступления, в результате которого бюджетной системе Российской Федерации причинен ущерб, установлена всей совокупностью вышеприведенных доказательств, исковые требования подлежат удовлетворению, а ущерб подлежит возмещению с подсудимой в размере 98 624 889 рублей 18 копеек. В связи с изложенным, арест, наложенный на имущество фио, фио, фио и фио на основании постановления Мещанского районного суда города Москвы от 11 сентября 2025 года, а также арест, наложенный на имущество ФИО1 на основании постановления Замоскворецкого районного суда города Москвы от 20 августа 2024 года, подлежат сохранению до исполнения приговора в части имущественных взысканий. Также суд считает необходимым разрешить судьбу вещественных доказательств по делу в соответствии с требованиями ст.ст 81- 82 УПК РФ. На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 304, 307, 308, 309 УПК РФ, суд – П Р И Г О В О Р И Л: ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 06 месяцев. На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком в течение 2 лет. Возложить на ФИО1 обязанности: не менять места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного и являться по вызовам в указанный специализированный государственный орган с периодичностью, установленной данным специализированным государственным органом, но не реже одного раза в месяц. Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, после чего отменить. Исковые требования Прокуратуры города Москвы удовлетворить, взыскать с ФИО1 в доход Российской Федерации денежные средства в размере 98 624 889 (девяносто восемь миллионов шестьсот двадцать четыре тысячи восемьсот восемьдесят девять) рублей 18 (восемнадцать) копеек, в счет возмещения ущерба причиненного бюджетной системе Российской Федерации и подлежащих взысканию в федеральный бюджет. Арест, наложенный на имущество фио, фио, фио и фио на основании постановления Мещанского районного суда города Москвы от 11 сентября 2025 года, а также арест, наложенный на имущество ФИО1 на основании постановления Замоскворецкого районного суда города Москвы от 20 августа 2024 года - не отменять, сохранив их до исполнения приговора в части имущественных взысканий. Вещественные доказательства по делу: информацию, находящуюся на оптическом диске формата CD-R, представленном в следственный орган из ИФНС России № 43 по г. Москве сопроводительным письмом от 25 января 2023 года № 13-12/002443дсп, содержащий материалы выездной налоговой проверки в отношении ООО «организация изъята»; информацию, находящуюся на оптическом диске формата CD-R, на лицевой стороне которого имеется рукописная надпись «ДМ Инвест», выполненная маркером черного цвета; информацию, находящуюся на оптическом диске формата CD-R, поступившем из АКБ «Ланта-Банк» (АО) сопроводительным письмом от 23 сентября 2024 года исх. № 148/СБ, хранящиеся в материалах уголовного дела № данные изъяты; предметы и документы в отношении ООО «организация изъята», изъятые в ходе выемки 22 ноября 2024 года в ИФНС России № 43 по г. Москве, в том числе: акт налоговой проверки от 24 января 2022 года № 13-12/02а, дополнение к акту налоговой проверки № 13-12/02а от 09 июня 2022 года, решение № 13-12/02р от 21 июля 2022 года о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в отношении налогоплательщика; мобильный телефон «Iphone 11 Pro» IMEI 1: **285, IMEI 2: **43; дополнительное соглашение № 3 от 20 сентября 2019 года к договору поставки от 07 августа 2018 года, в 2х экз. на 2 листах, изъятые 25 июля 2023 года в ходе обыска в жилище ФИО1, хранящиеся в камере вещественных доказательств ГСУ СК России по г. Москве; - продолжать хранить в местах их хранения до рассмотрения по существу выделенных уголовных дел. Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Московский городской суд через Мещанский районный суд города Москвы в течение 15-ти суток с момента его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Если осужденная заявляет ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, об этом ей необходимо указать в ее апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса. Судья: ФИО2