В 2019 году в рамках процедуры банкротства Ольги З. финансовый управляющий реализовал на торгах принадлежавшую должнику квартиру за 333 777 руб., при том что кадастровая стоимость объекта превышала 3,4 млн руб., а общая задолженность перед кредиторами составляла лишь 293 000 руб. Должник обратилась в суд общей юрисдикции с иском о признании торгов и заключенного по их итогам договора купли-продажи недействительными (дело № 78-КГ26-8-К3). В обоснование иска она указала, что квартира являлась единственным пригодным для проживания жильем для нее и матери, цена реализации была существенно занижена, а о проведении торгов ее надлежащим образом не уведомили. Иск был подан в декабре 2021 года — спустя почти три года после торгов, проведенных 19 марта 2019 года.
Позиция нижестоящих судов
Суд первой инстанции удовлетворил требования должника. После нескольких циклов пересмотра нижестоящие суды пришли к согласованной позиции: спорная квартира являлась единственным пригодным жильем для должника и ее матери, цена реализации была существенно занижена по сравнению с кадастровой стоимостью, а должник не была надлежащим образом извещена о торгах.
Срок исковой давности суды не сочли пропущенным, исходя из того, что о нарушении своего права истец узнала 21 июня 2021 года — с момента ознакомления с выпиской из ЕГРН, а в суд обратилась в декабре того же года, то есть в пределах годичного срока.
Позиция Верховного Суда РФ
Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ отменила судебные акты нижестоящих инстанций и направила дело на новое рассмотрение, указав на ряд существенных нарушений.
Во-первых, коллегия обратила внимание, что квартира была продана еще в 2019 году, однако в рамках дела о банкротстве должник не оспаривала ни действия финансового управляющего, ни сами торги. Преодоление силы судебных актов, принятых в банкротной процедуре (в частности, определения о порядке продажи имущества), через иск в суде общей юрисдикции недопустимо и создает правовую неопределенность.
Во-вторых, ВС РФ указал, что вывод о статусе квартиры как единственного жилья сделан без надлежащей оценки обстоятельств: должник вместе с сыновьями зарегистрирована по другому адресу — в комнате коммунальной квартиры, предоставленной по договору социального найма еще в 2002 году. Это обстоятельство нижестоящими судами должным образом не исследовалось.
В-третьих, коллегия признала ошибочным подход к исчислению срока исковой давности. Срок оспаривания торгов составляет один год и подлежит исчислению со дня проведения торгов — с 19 марта 2019 года. При определении начала течения срока надлежит учитывать не только момент, когда истец, по ее утверждению, узнала о нарушении права, но и момент, когда она в силу объективных обстоятельств должна была об этом узнать. Будучи участником дела о банкротстве, должник презюмируется осведомленной о ходе процедуры в силу ч. 1 ст. 121 АПК РФ.
Правовые выводы
Годичный срок исковой давности по требованиям о признании торгов недействительными исчисляется со дня их проведения (п. 2 ст. 181 ГК РФ), а не с момента субъективного «узнавания» должника о нарушении.
Запоздалое ознакомление должника с документами (например, с выпиской из ЕГРН) не позволяет «перезапустить» специальный годичный срок оспаривания торгов.
Должник в процедуре банкротства презюмируется осведомленным о ходе процедуры и реализации имущества, поскольку получает извещение о возбуждении дела в порядке ч. 1 ст. 121 АПК РФ.
Оспаривание торгов и сделок по реализации имущества банкрота в суде общей юрисдикции не должно подменять собой банкротные процедуры обжалования и преодолевать силу судебных актов арбитражного суда.
Статус жилого помещения как «единственного пригодного для проживания» подлежит проверке с учетом всех обстоятельств, включая регистрацию должника и членов его семьи по иным адресам и наличие иных жилых помещений на ином правовом основании (в том числе по договору соцнайма).
Процессуальная пассивность должника в банкротстве — отсутствие возражений против порядка продажи, неоспаривание действий финансового управляющего — учитывается судом при оценке добросовестности и срока обращения за защитой.
Практическое значение
Определение ВС РФ имеет важное точечное значение для практики оспаривания торгов в делах о банкротстве граждан. Коллегия фактически зафиксировала запрет на использование иска в суде общей юрисдикции как способа преодоления результатов завершенных банкротных процедур спустя длительное время после их окончания.
Для должников-банкротов позиция ВС РФ означает необходимость активного процессуального поведения в рамках самой процедуры банкротства: своевременно заявлять об исполнительском иммунитете единственного жилья, оспаривать действия финансового управляющего и условия торгов в установленные сроки. Ссылки на позднее ознакомление с документами и «незнание» о нарушении более не работают как универсальный способ восстановления пропущенного срока.
Для кредиторов и приобретателей имущества с торгов определение усиливает гарантии стабильности результатов реализации: добросовестный покупатель получает дополнительную защиту от запоздалых исков об оспаривании сделки спустя годы после ее совершения.
Для нижестоящих судов ВС РФ напомнил о необходимости комплексного исследования обстоятельств: при оспаривании торгов следует тщательно проверять специальный годичный срок, давать критическую оценку доводам о позднем «узнавании» и обязательно исследовать вопрос о реальном статусе спорного жилья с учетом всех имеющихся у должника жилых помещений. Подход коллегии направлен на пресечение злоупотреблений процессуальными правами и обеспечение принципа правовой определенности в банкротных процедурах.